О Б З О Р судебной практики по рассмотрению районными (городскими) судами Калининградской области гражданских дел во втором полугодии 2010 года

Всего на рассмотрение коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда в 2010 году поступило 5 937 дел, что на 790 дел (или 15,3%) больше, чем в 2009 году (5 147 дел).

По 48 делам кассационное производство прекращено в связи с отказом от поданной жалобы, еще 111 дел сняты с рассмотрения и возвращены в суды.

По существу окончено 5 779 дел, что на 806 дел (или 16,2 %) больше, чем в 2009 году              (4 973 дела), из них по кассационным жалобам и представлениям 4 303 дел (в 2009 году –              3638 дел), то есть на 665 дел или 18,3 % больше и по частным жалобам и представлением – 1 476 дел, что больше прошлого года на 10 % (в 2009 году –  1 335 дел).

Из 4 303 обжалованных решений без изменения оставлено 3 716 или 86,4% от общего числа оконченных дел.

Отменено 555 решений (из них полностью — 417 и 138 в части) или 12,9% (в 2009 году 12,8%).

По 285 делам  (51,4 %) коллегией приняты новые решения, что значительно превышает аналогичный показатель прошлого года (в 2009 году – 204 решения или 44 %).

На новое рассмотрение в райгорсуды направлено  221 дело, 16 – производством прекращены, 1 – оставлено без рассмотрения.

По 32 делам решения изменены (1%) (в 2009 году – 46 решений).

Таким образом, всего отменено и изменено 587 решений (13,6%) и стабильность судебных решений из числа обжалованных в кассационной инстанции составила  86,4 %, что соответствует аналогичному показателю за 2009 год (86%).

Стабильность судебных решений от числа всех оконченных райгорсудами гражданских дел  составила 97,6 %.

Что касается надзорной инстанции, то согласно статистическим данным за 12 месяцев 2010 года президиумом областного суда отменено 7 решений райгорсудов и  1 решение изменено (в 2009 году президиумом областного суда отменено 1 решение городского суда).

Далее приводится анализ ошибок в применении норм материального и процессуального права, допущенных судами при рассмотрении отдельных категорий дел.

В настоящем обзоре не приводятся отдельные категории гражданских дел, приведенные в иных справках по результатам обобщений, проведенных Калининградским областным судом.

 СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПРИМЕНЕНИЕМ ЖИЛИЩНОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА 

Споры, связанные с предоставлением жилых помещений

по договору социального найма

1. Решение об отмене постановления администрации о предоставлении жилого помещения признано незаконным, так как судом неверно применены нормы жилищного законодательства о предоставлении освободившихся жилых помещений в коммунальной квартире. 

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда отменено постановление главы администрации городского округа  «Город Калининград»  № от 29 января 2010 года о предоставлении освободившейся комнаты № в коммунальной квартире № дома № по ул. А. в г. Калининграде  Войтовой Д.Н. Признано право  на указанную комнату за Сухачевой Т.Е., Сухачевой М.А., несовершеннолетним В.

Отменяя решение районного суда, судебная коллегия указала на неверное применение норм материального права.

Принимая решение об удовлетворении требований Сухачевых, суд сослался в решении на то, что они являются членами одной семьи, состоят в очереди нуждающихся в улучшении жилищных условий раньше, чем Войтова Д.Н., а Сухачева Т.Е., кроме того, имеет право на внеочередное получение жилья. Учитывал суд и то, что Войтова Д.Н. обращалась с заявлением о предоставлении ей дополнительно других комнат, а не комнаты №. При этом суд не учел, что освободившаяся комната № находится в коммунальной квартире №, расположенной на №-м этаже дома № по ул. А. в г. Калининграде и с учетом положений ч.1 ст. 59 ЖК РФ она может быть предоставлена в первую очередь проживающим в этой квартире малоимущим и нуждающимся гражданам.

Как следует из материалов дела, в указанной квартире зарегистрированы и проживают: в комнате № площадью 11,7 кв.м. Сухачева М.А. и ее внук В., которые являются собственниками этой комнаты по ½ доли каждый (2 человека); в комнате № площадью 11,7 кв.м. – Войтова Д.Н. с двумя несовершеннолетними детьми (3 человека); в комнате № площадью 11,7 кв.м. – Л.

  Сухачева Т.Е. проживает в комнате №, расположенной в квартире № на № этаже дома и является собственником указанной комнаты площадью 9,2 кв.м. Она же состоит в очереди на внеочередное обеспечение жильем в связи с имеющимся у нее заболеванием и должна быть обеспечена им в виде отдельной однокомнатной квартиры.

         С учетом изложенного право на предоставление освободившейся комнаты в квартире № дома № по ул. А. в г. Калининграде имеют Войтова Д.Н., Сухачева М.А. и В. Поскольку семья Войтовой Д.Н. состоит из 3-х человек, т.е. на каждого члена ее семьи приходится по 3,9 кв.м., а на Сухачеву М.А. и В. – по 5,85 кв.м., администрация обоснованно приняла решение о предоставлении освободившейся комнаты № в квартире № в доме № по ул. А. в г. Калининграде Войтовой Д.Н., тем более, что предоставлением Сухачевой М.А. и В. освободившейся комнаты, они оставались бы нуждающимися в улучшении жилищных условий.

         Судебная коллегия также указала, что то обстоятельство, что Войтова Д.Н. встала на очередь нуждающихся в улучшении жилищных условий позже, чем Сухачевы, по смыслу ч.1 ст. 59 ЖК РФ не имеет юридического значения для разрешения возникшего спора и не является основанием для предоставления Сухачеву И.В. и Сухачевой М.А. комнаты №. Не может свидетельствовать о незаконности постановления мэра г. Калининграда о предоставлении освободившейся комнаты Войтовой Д.Н. и то обстоятельство, что она не просила предоставить ей комнату №. Как следует из материалов дела, она просила о предоставлении других освободившихся комнат в доме № по ул. А. в г. Калининграде, поскольку не была уверена, что комната № была свободна от прав других лиц. Администрация, установив, что законных прав на указанную комнату никто не имеет, с учетом положений ч.1 ст. 59 ЖК РФ приняла решение о предоставлении ее Войтовой Д.Н.

        Сухачевой Т.Е. комната № не может быть предоставлена, поскольку она проживает и имеет в собственности комнату №, расположенную в другой квартире.

         С учетом изложенного решение суда было отменено, принято новое решение об отказе в удовлетворении заявленных требований.

2. Принимая решение о предоставление истице, страдающей тяжелой формой хронического заболевания, жилого помещения по договору социального найма,  судом неверно определен размер подлежащей предоставлению квартиры. 

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 19 апреля 2010 года на администрацию городского округа «Город Калининград»  возложена обязанность по предоставлению Леончиковой И.В. с учетом права на дополнительную площадь по договору социального найма благоустроенного жилого помещение, общей площадью не менее 30 кв.м., соответствующее санитарно-техническим нормам и расположенное в границах города Калининграда.

Принимая такое решение, суд исходил из того, что Леончикова И.В., страдающая тяжелой формой хронического заболевания, включенного в Перечень тяжелых форм хронических заболеваний,  при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, состоящая  в общей очереди на получение жилой площади и в списке льготной очереди на предоставление жилого помещения, в соответствии с положениями п.3 ч.2 ст. 57 и п.4 ч.1 ст. 51 Жилищного Кодекса  РФ имеет право на предоставление жилого помещения во внеочередном порядке на основании договора социального найма.

С решением суда в указанной части судебная коллегия согласилась, признала его соответствующим  требованиям закона.

Вместе с тем судебная коллегия указала, что, определяя размер подлежащего предоставлению жилого помещения – не менее 30 кв.м., суд, применив положения ч.2 ст.58 ЖК РФ, с учетом нормы предоставления жилого помещения, утвержденной решением городского Совета депутатов г. Калининграда  от 30.11.2005 г. № 408,  исходил из права истицы на дополнительную жилую площадь.

С такими выводами суда кассационная инстанция не согласилась.

Нормы Жилищного кодекса РФ (в отличие  от ранее действовавшего ЖК РСФСР) не содержат такого понятия  как дополнительная жилая площадь и предусмотренное п.3 ч.2 ст. 57, п.4 ч.1 ст. 51 ЖК РФ  право Леончиковой И.В. как лица,  страдающего тяжелой формой хронического заболевания, включенного в Перечень…, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, реализуется путем предоставления ей отдельного благоустроенного жилого помещения.

В соответствии  с частями 1 и 2 ст. 50 ЖК РФ размер общей площади жилого помещения, предоставляемого по договору социального найма, определяется нормой предоставления, устанавливаемой органом местного самоуправления.

Решением городского Совета депутатов Калининграда от 30 ноября 2005 года № 408 «Об утверждении учетной нормы площади жилого помещения в г. Калининграде» норма предоставления общей площади жилого помещения в г. Калининграде для одиноко проживающего гражданина определена в размере не менее 20 кв.м.

Исходя из этого Леончиковой И.В. подлежит предоставлению во внеочередном порядке по договору социального найма отдельное благоустроенное жилое помещение,  соответствующее санитарно – техническим  нормам, расположенное  в границах г. Калининграда, общей площадью не менее 20 кв.м.

Решение суда в указанной части изменено.

3. Снятие с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий признано судом незаконным без достаточных оснований. 

Решением  Правдинского  районного  суда     Калининградской области  от  1 октября   2010 года решение  МО «Правдинское городское поселение» о снятии  Володиной С.В. с учета  граждан,  нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального  найма, признано несоответствующим закону. МО «Правдинское городское поселение» обязано восстановить Володину С.В. на учете граждан, состоящих  в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, в прежнем составе членов семьи.

Судебная коллегия решение отменила исходя из следующего.

Судом установлено, что Володина С.В. 20 января 1992 года была поставлена на очередь нуждающихся в улучшении жилищных условий. На момент постановки  она с составом семьи 3 человека проживала  в однокомнатной квартире 1 дома 3 по  пер. Рабочий общей площадью 16,9 кв. м., жилой – 15,5 кв.м.  В 1998 г.  в результате обмена жилых помещений Володина С.В.  переехала  в квартиру № дома № по ул. К. с жилой площадью – 15,8 кв. м., общей        31,4 кв.м.  После  совершения обмена, несмотря на то, что жилищные условия истицы улучшились по сравнению с прежними,  она продолжала  стоять на учете  нуждающихся в улучшении жилищных условий, но  уже   с составом   семьи 2 человека (она и дочь). Постановлением  МО «Правдинское городское поселение» № от 09 июля 2010 года Володина С.В. снята  с учета нуждающихся  по основаниям  пункта 2 части 1 статьи 56 ЖК РФ.

Суд признал решение  МО о снятии  Володиной С.В.  с учета неправомерным и   обязал восстановить ее в очереди. При этом суд  руководствовался  требованиями  ч. 2 ст. 6 Федерального закона РФ «О введение в действие Жилищного кодекса Российской Федерации»,  в соответствии с положениями которой  граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 года, в целях последующего предоставления им жилых помещений по договорам социального найма сохраняют право состоять на данном учете до получения ими жилых помещений по договорам социального найма.

С  выводами суда о сохранении  за Володиной С.В. права состоять в очереди на  получение социального  жилья судебная коллегия не согласилась.

Действительно,   согласно  приведенной судом норме за лицами, ранее   принятыми  на учет  до 1 марта 2005 г.,   сохраняется право состоять в очереди  на получение жилья.   Между тем,  эта же ч. 2 ст. 6 ФЗ «О введение в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» предусматривает,  что указанные граждане  снимаются с учета  в случае  утраты оснований, которые  до введении в действие Жилищного Кодекса РФ давали им  право на получение  жилых помещений по договорам  социального найма.

В соответствии  с  ч. 5 ст.57 ЖК РФ  по договору социального найма  жилое помещение  должно предоставляться гражданам  общей площадью на  одного человека не менее  нормы предоставления, установление которой  отнесено ст. 14 ЖК  РФ к компетенции  органа местного самоуправления.

Норма предоставления  жилого помещения  по Правдинскому городскому поселению  на одного человека  составляет 12 кв.м.  общей площади,   учетная норма – 9 кв.м. общей площади. Исходя из требований ч. 5 ст. 57 ЖК РФ  Володина С.В. вправе претендовать на жилое помещение общей площадью 24 кв.м.,  предоставление  квартиры большей площади  правом, а не обязанность МО.

Между  тем Володина С.В. с составом  своей семьи 2 человека проживает  в  отдельной  однокомнатной благоустроенной квартире (с центральным отоплением, центральным  водоснабжением, канализацией)  общей площадью 31,4 кв.м., жилой  15,8 кв.м.

При таких обстоятельствах, поскольку  норма предоставления  жилого помещения  по договору социального найма  менее занимаемого истицей жилого помещения, судебная коллегия пришла к выводу, что у  МО отсутствует обязанность  и соответствующие  правовые основания для  предоставления  истице другого жилого  помещения. Указанные обстоятельства правильно были расценены  муниципальным образованием как основания для снятия  Володиной С.В. с учета нуждающихся  в жилых помещениях.

На основании изложенного решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

Споры о  праве  пользования жилым помещением

1. Судом удовлетворены требования о признании ответчика утратившим право пользования жилым помещением и выселении без надлежащей оценки  всех обстоятельств. 

Лузгина Л.А. обратилась в суд с иском к Тимербаеву Д.А. о признании утратившим право пользования жилым помещением — ½ долей жилого дома № по ул. Т. в г. М. и выселении из этого жилого помещения.

Тимербаев Д.А. обратился в суд  со встречным иском к Лузгиной Л.А. о признании за ним права пользования и проживания в ½ части указанного домовладения, об устранении препятствий в пользовании указанным жилым помещением.

Решением Багратионовского районного суда Калининградской области от 13 октября          2010 года Тимербаев Д.А.  признан утратившим право пользования жилым помещением – ½ долей д.№ по ул. Т. в г. М. Б-го района Калининградской области, выселен из указанного жилого помещения без предоставления другого жилья и снят с регистрационного учета. В иске Тимербаеву Д.А. о признании права пользования жилым помещением отказано.

Судебная коллегия отменила указанное решение по следующим основаниям.

При рассмотрении дела суд установил, что Тимербаев Д.А. был вселен в дом № по ул. Т. в г. М. своими родителями, проживал там постоянно до 1992 года, а затем выехал в г. Калининград и указанным жилым помещением не пользуется, ссылаясь при этом на уважительность причин своего отсутствия. При этом сохраняет в г. М. регистрацию по месту своего постоянного жительства.

Собственником ½ доли жилого дома № по ул. Т. в г. М. с 1992 года на основании договора купли-продажи была мать сторон — Тимербаева М.Д., которая умерла в 2007 году, в порядке наследования собственником указанной доли дома стал Тимербаев А. – отец истицы и ответчика. На основании договора дарения от  26 декабря 2008 года он подарил ее дочери  Лузгиной Л.А. и переход права собственности был зарегистрирован 13 января 2009 года. Отец сторон умер в сентябре 2009 года.

Принимая решение об удовлетворении требований Лузгиной Л.А. и признавая           Тимербаева Д.А. утратившим право пользования долей жилого дома в г. М., суд исходил из того, что истица является собственником этой доли, а ответчик не относится по смыслу ст. 31 ЖК РФ к членам ее семьи и не проживает в доме с 1992 года.

Однако суд не учел, что до 13 января 2009 года собственником доли дома был        Тимербаев А. – отец ответчика, который до совершения договора дарения доли дома своей дочери не ставил вопрос о признании сына утратившим право пользования спорным жилым помещением в связи с его непроживанием. У истицы такое право возникло только после               13 января 2009 года. Этому обстоятельству, а также доводам ответчика о том, что отец признавал за ним право пользования жилым помещением, суд надлежащей оценки не дал.

Также судебная коллегия указала, что не дано судом оценки и тому обстоятельству, что, оформляя на сестру договор дарения доли дома, отец указал в договоре на то, что после перехода права собственности на сестру, Тимербаев Д.А. сохраняет право на проживание в этом жилом помещении (п.6 договора).  При этом без соответствующего подтверждения суд принял во внимание пояснения истицы о том, что отец был против включения этого пункта в договор.

Вместе с тем доводы Тимербаева Д.А. о том, что он не может пользоваться жилым помещением в г. М. в связи с препятствиями, которые ему чинит Лузгина Л.А., об отсутствии у него другого жилья, изложенные в его встречном исковом заявлении, оставлены судом без проверки и соответствующей оценки.

При таких обстоятельствах решение отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

2. Решение суда о признании за ответчиком права пользования жилым помещением отменено, поскольку суд, не приняв во внимание положения ч. 1 ст. 69 ЖК РФ, согласно которой иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке в исключительных случаях, без достаточных оснований признал ответчика членом семьи нанимателя. 

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда администрации ГО «Город Калининград» отказано в удовлетворении иска к Тихончуку А.М. о признании не приобретшим права пользования жилым помещением и выселении, а встречные исковые требования  Тихончука А.М. удовлетворены: за ним признано право пользования жилым помещением по        ул. З., №, кв. № в г. Калининграде, на администрацию ГО «Город Калининград» возложена обязанность заключить с Тихончуком А.М. договор социального найма данного жилого помещения.

Судебная коллегия отменила указанное решение исходя из следующего.

При рассмотрении дела судом было установлено, что квартира № дома № по ул. З. в г. Калининграде находится в муниципальной собственности. Нанимателем данного жилого помещения являлся С. 11 мая 2002 г. С. зарегистрировал по месту жительства в указанном жилом помещении Тихончука А.М. 5 апреля 2009 г. С. умер.

Отказывая в удовлетворении иска администрации ГО «Город Калининград» о выселении Тихончука А.М. и удовлетворяя его исковые требования о признании за ним права пользования вышеуказанным жилым помещением, суд пришел к выводу о том, что Тихончук А.М. был вселен нанимателем спорной квартиры С. как член его семьи, поскольку они вместе проживали и вели общее хозяйство.

Однако такой вывод суда не основан на законе и не соответствует обстоятельствам дела.

Из материалов дела усматривается, что Тихончук А.М. в каких-либо родственных отношениях с нанимателем квартиры № дома № по ул. З. в г. Калининграде  С. не состоял, вселялся нанимателем в данное  жилое помещение не в качестве члена его семьи, а как знакомый, что подтверждается имеющимися в деле копиями поквартирной карточки и лицевого счета на спорное жилое помещение.

Кроме того, Тихончук А.М., утверждая о том, что он вел общее хозяйство со С., не представил суду допустимых, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих объединение бюджетов, совместное приобретение  какого-либо имущество и несение общих расходов.

Из искового заявления Тихончука А.М. и его пояснений в судебных заседаниях следует, что в обоснование заявленных требований он ссылался на то, что оказывал материальную помощь С., что с учетом установленного судом факта самостоятельной оплаты Тихончуком А.М. жилья и коммунальных услуг может свидетельствовать лишь о том, что бюджеты Тихончука А.М. и С. не объединялись.

Таким образом, в процессе рассмотрения дела Тихончук А.М. не доказал факта ведения общего хозяйства со С. Наличие каких-либо исключительных обстоятельств, необходимых для признания Тихончука А.М. членом семьи нанимателя спорного жилого помещения, о которых говорится в ст. 53 ЖК РСФСР и ч. 1 ст. 69 ЖК РФ, не установлено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что Тихончук А.М. не может быть признан членом семьи нанимателя квартиры № дома № по ул. З. в  г. Калининграде С. и приобрести права пользования данным жилым помещением.

При таких обстоятельствах решение суда отменено с вынесением нового решения, которым  исковые требования администрации ГО «Город Калининград» удовлетворены:         Тихончук А.М. признан не приобретшим права пользования квартирой № дома № по ул. З. в г. Калининграде и выселен из указанной квартиры без предоставления другого жилья, а в удовлетворении его исковых требований о признании нанимателем спорной квартиры и понуждении к заключению договора социального найма указанного жилого помещения отказано.

3. Непроживание ребенка в жилом помещении, право пользования которым имеет один из его родителей, не является основанием для признания его не приобретшим права пользования данным жилым помещением по мотиву отсутствия фактического вселения. 

Семенова Н.Н. обратилась в суд с  иском к Поспеловой Е.В. об утрате права  пользования жилым помещением, и к ее дочери Логиновой Я.Е. о признании не приобретшей права пользования жилым помещением, обосновав его тем, что ей, как работнику рыбоконсервного комбината, было предоставлено койко-место в общежитии по ул. К., № в г. Калининграде. В этой же комнате проживала Усанева (Поспелова) Е.В., которая в 1999 году вышла замуж и переехала проживать к родителям мужа. В 2001 году у нее родился ребенок — Я., которую она зарегистрировала в спорном жилом помещении. Ответчица с 1999 года не проживает в квартире № д. № по ул. К. в г. Калининграде, коммунальные услуги не оплачивает. Несовершеннолетняя дочь Поспеловой Е.В. — Я. в квартиру не вселялась.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда  от 06 сентября  2010 года  несовершеннолетняя Я. признана не приобретшей права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. Калининград, ул. К., д.№, кв.№, и снята с регистрационного учета. В удовлетворении остальной части иска Семеновой Н.Н. о признании Поспеловой Е.В. утратившей право пользования жилым помещением по адресу: г. Калининград, ул. К. д.№, кв.№- отказано.

Судебная коллегия не согласилась с решением суда в части признания несовершеннолетней Я. не приобретшей права пользования спорным жилым помещением и снятия с регистрационного учета.

Отказывая Семеновой Н.Н. в удовлетворении иска об утрате  права пользования жилым помещением Поспеловой Е.В., суд обоснованно сделал вывод о том, что достаточных и неопровержимых доказательств того, что Поспелова Е.В. выехала на другое место жительства, в связи с чем утратила право пользования спорной жилой площадью, суду представлено не было.

Как установлено судом, 01 ноября 2008 года Логинова (ныне Поспелова) расторгла брак с Л. В 2009 году вступила в брак и проживает с мужем П. по ул. Г., д.№, кв.№. Данная квартира на праве собственности принадлежит супругу Поспеловой, его ребенку от первого брака, а также пасынку, т.е. ребенку его умершей супруги.

С учетом  исследованных доказательств, в том числе и на основании показаний П., суд обоснованно пришел к выводу о том, что Поспелова Е.В. не приобрела право на проживание в другой квартире.

В тоже время, удовлетворяя исковые требования Семеновой Н.Н. о признании  несовершеннолетней дочери ответчицы – Я., ДД.ММ.ГГГГ рождения, не приобретшей права пользования спорным жилым помещением, суд исходил из того, что на момент рождения и в последующем Я. проживала в квартире по ул. Ч., д. №, кв. №. А то обстоятельство, что ребенок был зарегистрирован в спорной квартире, не свидетельствует о том, что он приобрел право пользования квартирой, поскольку в силу Постановления Конституционного суда № 3-п от 25.04.1995 года наличие регистрации не порождает для гражданина каких-либо жилищных прав, а является лишь способом учета граждан. Доказательств того, что несовершеннолетняя Я. вселялась в спорную квартиру и проживала в ней, суду представлено не было.

Однако с такими выводами судебная коллегия не согласилась.

Судом установлено, что 20 июля 2001 года, т.е. вскоре после своего рождения ДД.ММ.ГГГГ, Я. была зарегистрирована в спорном жилом помещении несмотря на то, что в  тот период девочка проживала в квартире своего отца вместе с матерью по ул. Ч., д.№, кв.№.

Непроживание несовершеннолетней в спорном жилом помещении обусловлено объективным обстоятельствами — проживанием ребенка с родителями в другом месте, а после расторжения брака между родителями – с матерью в квартире ее нового мужа по ул. Г., д.№, кв.№.

На вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя (часть 1 ст. 70 ЖК РФ; аналогичная правовая норма содержалась в статье 54 ЖК РСФСР).

В соответствии с пунктом 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей — родителей, усыновителей или опекунов.

Из указанных правовых норм следует, что несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей. Такое соглашение выступает предпосылкой вселения ребенка в конкретное жилое помещение.

В силу ст. 71 ЖК РФ временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменения их прав и обязанностей по договору социального найма.

Таким образом, проживание ребенка и его родителей в другом жилом помещении не может служить основанием для признания его не приобретшим права пользования жилым помещением, в котором имеет право на жилую площадь один из его родителей. Фактического вселения ребенка на спорную жилую площадь  и проживания в ней с учетом того, что он не может сам  без родителей самостоятельно вселиться в это жилье,  в данном случае не требуется.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что у суда не имелось оснований к удовлетворению  заявленного Семеновой Н.Н. иска и признания несовершеннолетней Я. не приобретшей права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. Калининград, ул. К., д.№, кв.№.

На основании изложенного решение  суда в части признания несовершеннолетней Я. не приобретшей права пользования спорным жилым помещением и снятия с регистрационного учета отменено и принято новое решение, которым Семеновой Н.Н. в удовлетворении указанных требований отказано.

Споры об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны

1. Вдове ветерана Великой Отечественной войны отказано в признании нуждающейся в улучшении жилищных условий без исследования обстоятельств, подтверждающих соответствие (несоответствие) занимаемого истицей жилого помещения установленным для жилых помещений требованиям.

Решением Черняховского городского суда Калининградской области от 17 августа 2010 года Некрасовой П.В. отказано в иске к администрации муниципального образования «Черняховское городское поселение», Правительству Калининградской области о признании нуждающейся в улучшении жилого помещения и выдаче свидетельства о предоставлении социальной выплаты на приобретение жилья за счет средств федерального бюджета.

Судебная коллегия указанное решение отменила по следующим основаниям.

Указом Президента РФ от 7 мая 2008 года № 714 (в ред. Указа Президента РФ от 09.01.2010 № 30) «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны 1941 – 1945 годов» постановлено необходимым завершить обеспечение жильем нуждающихся в улучшении жилищных условий ветеранов Великой Отечественной войны, членов семей погибших (умерших) инвалидов и участников Великой Отечественной войны, имеющих право на соответствующую социальную поддержку согласно Федеральному закону от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах».

Судом установлено, что Некрасова П.В., являясь членом семьи умершего участника Великой Отечественной войны, на основании Указа Президента РФ от 7 мая 2008 года № 714 (в ред. Указа Президента РФ от 09.01.2010 № 30) «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны 1941 – 1945 годов» имеет право на соответствующую социальную поддержку согласно Федеральному закону от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах», в том числе по обеспечению жильем, при условии нуждаемости в улучшении жилищных условий.

Отказывая Некрасовой П.В. в иске, суд исходил в том числе из того, что Некрасова П.В. не нуждается в улучшении жилищных условий, поскольку не установлено, что занимаемое ею жилое помещение не отвечает  установленным для жилых помещений требованиям.

Однако с таким выводом суда первой инстанции судебная коллегия не согласилась, так как он основан на недоказанных обстоятельствах, имеющих значение для дела, и не соответствует действующему законодательству.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются проживающие в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям.

Требования, которым должно отвечать жилое помещение, порядок признания жилого помещения пригодным для проживания и основания, по которым жилое помещение признается непригодным для проживания, установлены Положением о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, утвержденным  Постановлением Правительства РФ от 28 января 2006 года № 47 (в ред. Постановления Правительства РФ от 02.08.2007 № 494).

Согласно п. 7 указанного Положения признание помещения жилым помещением, пригодным (непригодным) для проживания граждан, а также многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции осуществляется межведомственной комиссией, создаваемой в этих целях, на основании оценки соответствия указанных помещения и дома установленным в настоящем Положении требованиям.

Между тем, оценка соответствия квартиры № в доме № по ул. Л. в г. Ч., в которой проживает Некрасова П.В., установленным для жилых помещений требованиям в нарушение установленных в Положении требований межведомственной комиссией не проводилась, решение в форме заключения о признании помещения пригодным (непригодным) для постоянного проживания по установленной форме не принималось.

В нарушение положений ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд не вынес на обсуждение указанное обстоятельство, не предложил органу местного самоуправления поручить межведомственной комиссии провести обследование вышеназванного помещения для установления факта его пригодности (непригодности) для постоянного проживания.

Ссылка суда в обоснование вывода пригодности указанного жилого помещения установленным для жилых помещений требованиям на акт проверки жилищных условий Некрасовой П.В. от 15 апреля 2010 года, а также на справку о технической характеристике жилого строения – дома, в котором проживает истица, — несостоятельна, поскольку Постановлением Правительства РФ от 28 января 2006 года № 47(в ред. Постановления Правительства РФ от 02.08.2007 № 494) вопросы оценки соответствия помещения установленным в настоящем Положении требованиям и признание жилого помещения пригодным (непригодным) для проживания отнесены к компетенции межведомственной комиссии, создаваемой органом местного самоуправления, в состав которой включаются представители этого органа местного самоуправления, а также представители органов, уполномоченных на проведение государственного контроля и надзора в сферах санитарно-эпидемиологической, пожарной, промышленной, экологической и иной безопасности, защиты прав потребителей и благополучия человека, на проведение инвентаризации и регистрации объектов недвижимости, находящихся в городских и сельских поселениях, других муниципальных образованиях, в необходимых случаях органов архитектуры, градостроительства и соответствующих организаций (пункт 7 Положения).

Кроме того, судебная коллегия также указала, что судом не принято во внимание и не дано оценки тому обстоятельству, что в акте проверки жилищных условий Некрасовой  П.В. от                  15 апреля 2010 года указано, что дом является ветхим.

Таким образом, учитывая, что обстоятельства, подтверждающие соответствие (несоответствие) занимаемого истицей жилого помещения установленным для жилых помещений требованиям, судом первой инстанции не установлены, судом кассационной инстанции решение отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

2. Решение о предоставлении ветерану Великой Отечественной войны жилого помещения отменено в связи с неправильным применением норм материального права. 

Решением Гусевского городского суда от 17 ноября 2010 года признано незаконным решение жилищной комиссии от 25 сентября 2009 года и постановление главы администрации муниципального образования «Гусевский муниципальный район» от 16 октября 2009 года № в части отказа Семенихину С.Т. в постановке на очередь в  улучшении жилищных условий. Администрация МО «Гусевский муниципальный район» обязана предоставить Семенихину С.Т. вне очереди на состав семьи из двух человек, в том числе супругу В., благоустроенное жилое помещение общей площадью не менее 44 кв.м. Правительство Калининградской области обязано профинансировать администрации МО «Гусевский муниципальный район» предоставление Семенихину С.Т.  указанного жилого помещения.

Судебная коллегия решение суда отменила в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значения для дела, и нарушением норм материального права.

Судом установлено, что Семенихин С.Т. является ветераном Великой Отечественной войны, проживает с супругой В. в доме № по ул. У. в г. Г. Калининградской области, в доме зарегистрированы также сын и внук истца. Общая площадь дома 68,6 кв.м. Собственником дома на основании договора дарения от 22 мая 2008 года является сын истца — Д.

Семенихин С.Т. неоднократно обращался в администрацию МО «Гусевский муниципальный район» с просьбой о постановке его на очередь нуждающихся в улучшении жилищный условий. Постановлением главы МО «Гусевский муниципальный район» от 16 октября 2009 года № Семенихину С.Т. было отказано в постановке на очередь в улучшении жилищных условий в связи с тем, что он имеет доходы выше величины прожиточного минимума, установленного в Калининградской области, площадь жилого помещения на одного человека выше учетной нормы жилого помещения, установленной в МО «Гусевский муниципальный район».

 Указом Президента Российской Федерации «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны 1941-1945 годов» от 07 мая 2008 года № 714 постановлено считать необходимым завершить обеспечение жильем нуждающихся в улучшении жилищных условий ветеранов Великой Отечественной войны, членов семей погибших (умерших) инвалидов и участников Великой Отечественной войны, имеющих право на соответствующую социальную поддержку согласно Федеральному закону от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах».

Удовлетворяя исковые требования, суд исходил из того, что Семенихин С.Т. нуждается в улучшении жилищных условий, поскольку проживает в доме, непригодном для проживания.

Однако с такими выводами суда судебная  коллегия не согласилась исходя из следующего.

Из содержания искового заявления Семенихина С.Т. следует,  что он ставил вопрос об обеспечении его жильем как ветерана ВОВ, нуждающегося в улучшении жилищных условий, и одновременно о своем праве на внеочередное предоставление жилья, как проживающему в жилом помещении, непригодном для постоянного проживания.

Судебная коллегия указала, что суду следовало уточнить у Семенихина С.Т. его исковые требования,  поскольку для обеспечения жильем  в указанных истцом случаях предусмотрены различные основания и условия,  а также порядок.

В соответствии с названным выше Указом Президента  право на обеспечение жильем за счет средств федерального бюджета имеют ветераны ВОВ, нуждающиеся в улучшении жилищных условий.

Основания признания граждан нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма,  предусмотрены ст. 51 ЖК РФ. Гражданами, нуждающимися в улучшении жилищных условий, признаются, в частности, граждане,  проживающие в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям.

Если истец настаивал на своем праве быть обеспеченным жильем как ветеран ВОВ, суду следовало с учетом ст. 51 ЖК РФ установить,  можно ли признать его нуждающимся в улучшении жилищных условий.

Кроме того, в целях  реализации обеспечения за счет средств федерального бюджета жильем инвалидов Великой Отечественной войны, нуждающихся в улучшении жилищных условий,  принято  Постановление Правительства Калининградской области от 20.11.2008 года  № 762  «О порядке предоставления ветеранам, инвалидам и семьям, имеющим детей-инвалидов, мер социальной поддержки по обеспечению жильем на территории Калининградской области за счет средств федерального бюджета».

При этом обеспечение жильем данной категории граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий,  предусмотрено в виде субсидий,  размер которой  определяется из расчета общей площади жилья 36 кв.м. и средней рыночной стоимости 1 кв.м. общей площади жилья по субъекту РФ.

В данном случае  размер социальной выплаты рассчитывается Министерством ЖКХ и строительства Калининградской области на дату выдачи Свидетельства, оформляемого указанным Министерством. Учет граждан, нуждающихся  в жилых помещениях,  в том числе  ветеранов и инвалидов ВОВ,  осуществляется по их месту жительства органами местного самоуправления.

Учитывая изложенное,  судебная коллегия не согласилась и с другими выводами суда,  касающимися проживания истца в жилом доме, непригодном для проживания, о праве Семенихина С.Т. на обеспечение жильем во внеочередном порядке в соответствии с ч. 2 ст. 57 ЖК РФ.

При таких обстоятельствах решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

3. Судом без достаточных оснований удовлетворены требования о признании ветерана Великой Отечественной войны нуждающимся в жилом помещении.

 Решением Центрального районного суда г. Калининграда исковые требования Бобовникова Н.А. к администрации городского округа «Город Калининград» о признании права на получение мер социальной поддержки удовлетворены. Бобовников Н.А. признан нуждающимся в жилом помещении. На администрацию городского округа «Город Калининград» возложена обязанность принять Бобовникова Н.А. на учет граждан, нуждающихся в жилых помещениях, и включить его в льготный список ветеранов Великой Отечественной войны.

Судебная коллегия отменила указанное решение исходя из следующего.

Судом установлено, что Бобовников Н.А. является инвалидом 2-й группы и имеет право на льготы и преимущества, установленные для инвалидов Великой Отечественной войны. Бобовников Н.А. с 2005 года зарегистрирован и проживает в однокомнатной квартире по адресу: г. Калининград, ул. Х., д. №, кв. №. Данная квартира, общей площадью 33 кв.м., принадлежит на праве собственности дочери Бобовникова Н.А. – Л. как унаследованная после смерти ее матери – Е. (бывшей супругибБобовникова Н.А.).

В мае 2010 года истец обратился в управление учета и найма жилья комитета муниципального имущества и земельных ресурсов администрации ГО «Город Калининград» с заявлением об улучшении жилищных условий. Письмом от 21 мая 2010 г. Бобовникову Н.А. было отказано в принятии на учет нуждающихся в жилых помещениях и включении в льготный список ветеранов Великой Отечественной войны, имеющих право на получение таких мер социальной поддержки.

Признавая истца нуждающимся в жилом помещении, суд первой инстанции исходил из того, что Бобовников Н.А. членом семьи собственника квартиры по адресу: г. Калининград,             ул. Х., д. №, кв. №, не является и жильем не обеспечен.

С такими выводами судебная коллегия не согласилась.

В соответствии с положениями ст. 21 ЖК РФ и Указа Президента РФ от 07 мая 2008 года № 714 «Об обеспечении жильем ветеранов Великой Отечественной войны 1941 — 1945 годов» ветераны Великой Отечественной войны имеют право на обеспечение за счет средств федерального бюджета жильем в случае признания их нуждающимися в улучшении жилищных условий в порядке, установленном жилищным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с ст. 292 ГК РФ члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

Согласно п. 1, 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, признаются в том числе: не являющиеся собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения; являющиеся собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы.

Таким образом, в соответствии с требованиями, установленными пунктами 1, 2 ч. 1 ст. 51 ЖК РФ, Бобовников Н.А. не может быть признан нуждающимся в жилом помещении и состоять на соответствующем учете, поскольку был вселен и проживает в вышеуказанной квартире как член семьи собственника (отец), его право на указанное жилое помещение никем не оспаривается, а действующая в г. Калининграде учетная норма жилой площади (12 кв.м.) не нарушается как в случае учета одного проживающего (Бобовникова Н.А.), так и в случае учета двух членов семьи (Л. и Бобовникова Н.А.).

При таких обстоятельствах сам по себе факт того, что собственник указанной квартиры — Л. имеет возможность проживать в ином жилом помещении, также находящемся в ее собственности, по смыслу ст. 31 ЖК РФ не свидетельствует о том, что Бобовников Н.А. членом ее семьи не является.

На основании изложенного решение районного суда отменено и вынесено новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований Бобовникова Н.А.

Иные жилищные споры

1. Решение суда об отказе в выселении из жилого помещения ответчика, ранее признанного утратившим  право на это жилье на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства, препятствует собственнику в осуществлении его прав в отношении этого жилого помещения. 

Решением  Черняховского городского суда Калининградской области от 06 сентября          2010 года исковые требования администрации муниципального образования «Черняховское городское поселение» к Полевому А.В. о выселении из жилого помещения, расположенного по адресу: Калининградская область, город Ч., улица К., дом №,  квартира №, без предоставления другого жилого помещения оставлены без удовлетворения.

Судебная коллегия отменила указанное решение исходя из следующего.

Как следует из материалов дела,  ответчик Полевой А.В.  имел право  пользования как член семьи  нанимателя  кв.№ д.№ по ул. К. в г. Ч., относящейся к объектам  муниципальной собственности.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 14 мая 2008 года  удовлетворен иск администрации МО «Черняховский городской округ» —   с Полевым А.В. расторгнут договор социального найма указанного жилого помещения. Постанавливая такое судебное решение, судебная коллегия исходила из того,  что в  2003 году Полевой А.В. въехал по туристической визе  в Ф. и по окончании срока действия визы в Россию не вернулся, проживая в Ф. по виду на жительство, действительному в период с 08 июня 2007 года по 07 июня 2017 года, имеет там статус «российский беженец».  Указанные выше обстоятельства позволили  судебной коллегии сделать вывод  о выезде Полевого А.В. на другое место жительства, что  в силу требований ч. 3  ст. 83 ЖК РФ  явилось  основанием для расторжения с ним договора социального найма.

Отказывая в удовлетворении  требований муниципального образования о выселении Полевого А.В. суд исходил из того, что оснований для вынесения  решения  о выселении ответчика не имеется, поскольку  право Полевого А.В. на пользование  жилым помещение прекращено и он фактически в этом спорном помещении и не проживает.

Такой вывод  суда судебная коллегия признала ошибочным.  В силу требований  ст. 83 ЖК РФ прекращение  права пользование жилым помещением влечет  обязанность нанимателя или члена его семьи, право которого прекращено,  освободить  соответствующее жилое помещение.  В случае, если   в добровольном порядке   жилое помещение не освобождено,  такое освобождение  может быть произведено в принудительном порядке  путем выселения  из  жилого помещения лица,  удерживающего его за собой,  применительно к требованиям ст. 80 ЖК РФ.   Как видно из материалов дела, хотя Полевой А.В. и не проживает  в спорной квартире, он  ее не освободил, квартира закрыта и  там   продолжает находиться  принадлежащее  ему  имущество. При отсутствии решения суда о выселении  у собственника квартиры отсутствуют правовые основания для вскрытия  жилого  помещения и освобождения его от имущества ответчика.

Учитывая изложенное, судебная коллегия  решение  суда отменила, вынесла   новое решение, которым   Полевой А.В. выселен из квартиры № дома № по ул. К.  в г. Ч. Калининградской области  без предоставления ему другого жилого помещения.

2. Решение суда о снятии ответчика с регистрационного учета по месту жительства признано незаконным, поскольку при наличии жилищного спора такие требования не могут быть рассмотрены в качестве самостоятельного иска.

Сыроваткин В.Н. обратился в суд с иском к Гринько Р.Н., отделу УФМС России по Калининградской области в Ленинградском районе и просил обязать Гринько Р.Н. сняться с регистрационного учета по адресу: г. Калининград, ул. Г., №-№; обязать отдел УФМС России по Калининградской области в Ленинградском районе г. Калининграда снять Гринько Р.Н. с регистрационного учета по указанному адресу.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 27 июля 2010 года      Гринько Р.Н. снят с регистрационного учета по месту жительства по адресу: г. Калининград, ул. Г., д. №, кв. №.

Судебная коллегия отменила указанное решение в связи с неправильным определением юридически значимых по делу обстоятельств.

Так, Сыроваткин В.Н. и Н. состояли с 30 июня 2001 года в зарегистрированном браке, который прекращен судебным решением от 2 ноября 2009 года. В период брака они приобрели квартиру № в доме № по ул. Г. в г. Калининграде, право собственности на которую было оформлено на супругу Н. В указанной квартире они зарегистрированы с июля, октября 2003 года, их дочь М., ДД.ММ.ГГГГ рождения, с июня 2005 года.

Вступившим в законную силу решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 09 ноября 2009 года суд произвел раздел совместно нажитого супругами имущества, признав за Сыроваткиным В.Н. и Н. право собственности по ½ доли в праве собственности на спорную квартиру за каждым.  Согласно копии поквартирной карточки  ответчик  Гринько Р.Н. был зарегистрирован в спорной квартире в качестве знакомого с 11 ноября 2009 года.

Рассматривая заявленные Сыроваткиным В.Н. к Гринько Р.Н. и отделу УФМС России по Калининградской области требования о снятии Гринько Р.Н. с регистрационного учета по адресу: г. Калининград, ул. Г.,№-№, как самостоятельный иск, суд не учел, что регистрация граждан по месту жительства или по месту пребывания является административным актом, который лишь удостоверяет факт нахождения гражданина по месту пребывания или жительства, а также является способом учета граждан, носящим уведомительный характер.

Как видно из материалов дела, в том числе объяснений сторон, фактически между истцом Сыроваткиным В.Н. и ответчиком Гринько Р.Н., вселенным в спорное жилое помещение, имеет место жилищный спор о праве пользования указанным жилым помещением.

В связи с этим судебная коллегия указала, что суду при рассмотрении данного дела следовало уточнить у истца его требования и разъяснить право на предъявление к Гринько Р.Н. таких требований, как о выселении, о признании ответчика не приобретшим права пользования спорной жилой площадью или других требований, и уже в зависимости от заявленного иска рассматривать возникший спор. Суд же этого должным образом не сделал и фактически возникший между Сыроваткиным В.Н. и Гринько Р.Н. жилищный спор по существу не разрешил.

На основании изложенного решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С НЕНАДЛЕЖАЩИМ ИСПОЛНЕНИЕМ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ

1. Одновременное взыскание договорной и законной неустойки в связи с ненадлежащим исполнением обязательств по возврату займа признано противоречащим закону. 

Решением Центрального районного суда солидарно с заемщика ООО «Мясной комбинат Пионерский», поручителя Щербинина И.В. в пользу ООО «Калининградская оптовая торговля» взысканы задолженность по договору займа в размере 1 100 000 рублей, проценты за пользование займом в размере 20 567 рублей 60 копеек, неустойка в размере 255 200 рублей, проценты за пользование  чужими денежными средствами в размере 27 469 рублей 44 копейки, штраф в размере 589 800 рублей,  а всего  1 993 037 рублей 04 копейки.

Отменяя решение суда в части взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 27 469 руб. 44 коп., кассационная инстанция указала следующее.

Установив, что денежные средства, полученные заемщиком ООО «Мясной комбинат Пионерский»   по договору займа, а также предусмотренные договором проценты за пользование займом в установленные договором сроки  не были возвращены займодавцу                                   ООО «Калининградская оптовая торговля», суд правомерно  взыскал солидарно  в соответствии со ст.ст. 323, 363 ГК РФ  с   заемщика ООО «Мясной комбинат Пионерский», поручителя Щербинина И.В.  сумму основного долга в размере 1 100 000 руб., проценты за пользование займом в размере 20 567 руб. 60 коп., а также предусмотренную п. 5. 1 договора  неустойку за просрочку возврата основного долга  в размере 255 200 руб.

Кроме того, удовлетворяя требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, суд исходил из того, что на основании ст. 395 ГК РФ за просрочку возврата суммы займа подлежат уплате проценты за пользование чужими денежными средствами из расчета ставки рефинансирования 7, 75 % годовых  в размере 27 469 руб. 44 коп.

Такие выводы суда кассационная инстанция признала ошибочными.

Согласно п. 1 ст. 811 ГК РФ  если иное не предусмотрено законом или договором займа, в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, на эту сумму подлежат уплате проценты в размере, предусмотренном п. 1 ст. 395 ГК РФ, со дня, когда она должна была быть возвращена, до дня ее возврата займодавцу. В этих и подобных им случаях о процентах говорится как о неустойке. Отсылка к ст. 395 ГК РФ указывает лишь на механизм определения размера неустойки. Во всех таких случаях правила, относящиеся к законной неустойке, распространяются на взыскание процентов.

Таким образом, в отношении суммы займа (1 100 000 руб.) истцом  фактически заявлено требование как о взыскании законной неустойки (процентов за пользование чужими денежными средствами) в размере   27 469 руб. 44 коп. (п. 1 ст. 395 ГК РФ), так и взыскании договорной неустойки из расчета 0,2% за каждый день просрочки, предусмотренной п. 5. 1 договора займа, в размере  255 200 руб. (п. 1 ст. 811 ГК РФ).

В соответствии с п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ от 8.10.1998 г. № 13/14 «О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами» законом либо соглашением сторон может быть предусмотрена обязанность должника уплачивать неустойку (пени) при просрочке исполнения денежного обязательства. В подобных случаях кредитор вправе предъявить требование о применении одной из этих мер, не доказывая факта и размера убытков, понесенных им при неисполнении денежного обязательства.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу о том, что законных оснований для одновременного взыскания договорной и законной неустойки за просрочку возврата суммы займа не имеется, в связи с чем отменила решение суда в части удовлетворения исковых требований о взыскании  процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 27 469 руб. 44 коп.

По этому же делу судебная коллегия признала ничтожным условие договора займа, предусматривающее обязанность заемщика уплатить штраф в случае судебного и (или) принудительного взыскания задолженности с целью оплаты работ заимодавца, связанных с указанными процедурами. 

Удовлетворяя исковые требования в части взыскания штрафа в размере 589 800 руб. (эквивалент 15000 евро), суд первой инстанции исходил из того, что такой вид ответственности установлен договором займа, условиями которого не предусмотрена возможность  снижения штрафа.

С такими выводами суда судебная коллегия также не согласилась по следующим основаниям.

Согласно  п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Таким образом, неустойка является одним из способов обеспечения исполнения обязательства.

В зависимости от методов исчисления неустойки принято различать собственно неустойку, штраф, пеню. При этом пеня представляет собой определенную денежную сумму, которую должник обязан уплатить кредитору за каждый день (или иной период) просрочки, а штраф и собственно неустойка определяются либо в процентном отношении от какой-либо суммы, либо в твердой денежной сумме. Использование различной терминологии  в обозначении неустойки не меняет ее правовой природы. Обычно штрафом именуют неустойку, устанавливаемую за  действие (бездействие), которое представляется наиболее серьезным нарушением обязательства.

Кроме того, взыскание неустойки есть мера гражданско-правовой ответственности, которая применяется  при неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства должником.

Как следует из условий договора займа, за ненадлежащее исполнение обязательства по возврату займа и процентов, стороны установили ответственность в виде неустойки в размере 0,2% от невыплаченной суммы за каждый день просрочки (п. 5.1 договора).

Что касается положений п. 6.6. договора, предусматривающих обязанность уплатить штраф в размере 15 000 евро в случае судебного и (или) принудительного взыскания задолженности с целью оплаты работ заимодавца, связанных с указанными процедурами, то данные положения противоречат правовой природе неустойки, предусмотренной ст. 330 ГК РФ, поскольку устанавливают  гражданско-правовую ответственность не за нарушение обязательства должником, а за реализацию способа  защиты  нарушенного права кредитора, в данном случае, судебного.  Такие условия договора фактически ограничивают право  должника на судебную защиту в случае  возникновения спора относительно размера задолженности по договору займа, в частности,  размера штрафных санкций, в том числе на применение судом  к данным отношениям  положений ст. 333 ГК РФ. Кроме того, законом предусмотрен иной способ компенсации расходов кредитора, связанных с процедурой судебного разбирательства (ст. ст. 94, 98- 100 ГПК РФ).

С учетом изложенного судебная коллегия пришла к выводу о том, что условия п.6.6. договора займа о безоговорочной и безусловной оплате штрафа являются ничтожными, в связи с чем отменила решение суда в указанной части.

2. Решение суда об отказе в удовлетворении требований о взыскании долга по договору поручения отменено в связи с неправильным применением судом первой инстанции норм материального права.

Баулина И.Ю. обратилась в суд с иском к Капланову М.Г. о взыскании долга по договору  поручения, указав, что  11 апреля 2007 года Капланов М.Г. взял у неё  денежные средства в сумме 110 000 рублей для приобретения на них сруба с последующей установкой для неё бани. В подтверждение получения указанной суммы денег Капланов М.Г. выдал ей расписку от 11 апреля 2007 года и устно  обязался исполнить принятое на себя поручение в течение месяца или вернуть ей деньги по первому требованию в случае невозможности исполнения принятого на себя обязательства. В указанный срок ответчик не исполнил данное ему поручение, как не исполнил его и по настоящее время, деньги не вернул, в связи с чем на основании ст.ст. 971, 973, 974, 977 ГК РФ истица просила взыскать с Капланова М.Г. денежные средства в размере 110 000 руб.

Решением Багратионовского районного суда в удовлетворении исковых требований Баулиной И.Ю. отказано.

Судебная коллегия отменила указанное решение в связи с неправильным применением норм материального права.

Как следует из материалов дела, истицей Баулиной И.Ю.  предъявлен оригинал расписки от 11 апреля 2007 года, из содержания которой следует, что Капланов М.Г., ДД.ММ.ГГГГ рождения, взял деньги в размере 110 000 руб. для закупки сруба. Также в тексте расписки имеются паспортные данные Капланова М.Г.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из того, что с учетом требований ст.ст. 431, 432, 434, 971, 973 ГК РФ к данной расписке не могут быть применены нормы, регулирующие договор поручения, а кроме того, из текста расписки не следует, кто является второй стороной по сделке, при этом истицей не представлено доказательств, достоверно подтверждающих, что денежные средства в размере 110 000 руб. были получены именно от нее (Баулиной И.Ю.) и именно Каплановым М.Г.

С такими выводами судебная коллегия не согласилась, указав, что само по себе неприменение к возникшим правоотношениям норм договора поручения не являлось достаточным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, а  иные выводы о недоказанности факта передачи денежных средств по расписке от 11 апреля 2007 года, послужившие основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, являются ошибочными.

Принимая во внимание, что из текста расписки с очевидностью следует, что Капланов М.Г. получил  деньги в сумме 110 000 руб. для закупки сруба, однако такой сруб не закупил и денежные средства не вернул, при этом  указанное  обязательство по своей правовой природе  и текст расписки, которым оно оформлено, не противоречат закону,  в силу вышеприведенных норм, а также положений п. 3 ст. 1103 ГК РФ, предусматривающего, что правила о неосновательном обогащении подлежат применению к требованию одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством, у суда не имелось оснований для освобождения Капланова М.Г. от обязанности по возврату истице денежных средств в размере 110 000 руб.

Выводы суда о невозможности установить вторую сторону по данному обязательству, поскольку она в расписке не поименована, являются ошибочными. Так, в частности, держатель долговой расписки вправе предъявить требования о взыскании денежных средств в свою пользу, пока не доказано, что такая расписка оказалась в его владении без законных на то оснований. При этом бремя доказывания указанных обстоятельств (факта завладения распиской незаконным путем) в соответствии с ч. 1  ст. 56 ГПК РФ лежит на ответчике.

Кроме того, и бремя доказывания того факта, что расписка написана именно              Каплановым М.Г., то есть тем лицом, к которому предъявлен иск, а не иным лицом, также не может быть возложено на истицу. Напротив, обязанность представить доказательства, опровергающие принадлежность подписи на расписке лицу, от имени которого она составлена, возлагается на такое лицо.

При таких обстоятельствах решение суда отменено с вынесением по делу нового решения об удовлетворении исковых требований Баулиной И.Ю.

3. Решение суда об отказе в удовлетворении требований о взыскании суммы займа отменено, поскольку суд не принял во внимание, что замена долга заемным обязательством была осуществлена с соблюдением требований закона. 

Шкодин Ю.Г. обратился в суд с иском, указав, что 28 июля 2009 г. он заключил с Тимощуком А.В. договор о приобретении у последнего кирпича в количестве 50 000 шт. за                 180 000 руб. и передал предоплату в сумме 90 000 руб. Однако в нарушение условий договора Тимощук А.В. передал истцу кирпич в количестве 13 000 шт. В связи с нарушением            Тимощуком А.В. условий договора и приостановкой строительства истец понес убытки на сумму 48 000 руб.  7 марта 2010 г. Тимощук А.В., согласившись с тем, что должен вернуть истцу часть предоплаты и возместить убытки, выдал Шкодину Ю.Г. расписку, согласно которой обязался передать истцу денежные средства в сумме 98000 руб. до 18 марта 2010 г., однако и это обязательство не исполнил. Ссылаясь на данные обстоятельства, Шкодин Ю.Г. просил суд взыскать в его пользу с  Тимощука А.В. указанные в расписке денежные средства в сумме       98000 руб.

Решением Центрального районного суда в удовлетворении иска Шкодина Ю.Г. отказано.

При этом суд исходил из того, что Шкодин Ю.Г. не представил допустимых доказательств возникновения у ответчика обязательств перед истцом по возврату 98 000 руб.

Однако такие выводы судебная коллегия нашла необоснованными, противоречащими закону и обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 818 ГК РФ по соглашению сторон долг, возникший из любого основания, может быть заменен заемным обязательством. При этом замена долга заемным обязательством осуществляется с соблюдением требований о новации (статья 414) и совершается в форме, предусмотренной для заключения договора займа.

Таким образом, для подтверждения наличия заемных отношений и их обстоятельств займодавцу достаточно представления предусмотренных в ст. 808 ГК РФ расписки или иного документа.

При обращении в суд Шкодин Ю.Г. в подтверждение своих требований  представил расписку Тимощука А.В. от 18 марта 2010 г., содержащую его обязательство передать                Шкодину Ю.Г. 98000 руб. в срок до 18 марта 2010 г.

Указанная расписка соответствует требованиям закона, в том числе ст. 808 ГК РФ, бесспорно свидетельствуют о том, что Тимощук А.В. признавал факт наличия у него обязательств перед истцом на сумму 98 000 руб. и данная расписка была выдана Тимощуком А.В. в порядке замены признаваемых им обязательств перед истцом, возникших из их договора о поставке кирпича, заемным обязательством.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что достаточных оснований для отказа в удовлетворении заявленных Шкодиным Ю.Г. исковых требований у суда не имелось. Решение суда отменено с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований.

ЗЕМЕЛЬНЫЕ СПОРЫ

1. Истице, к которой на законных основаниях перешло право собственности на жилой дом, который расположен на земельном участке, предоставленном для индивидуального жилищного строительства до введения в действие ЖК РФ, необоснованно отказано в удовлетворении требований о признании за ней права собственности на указанный земельный участок, поскольку суд пришел к ошибочному выводу о том, что заключив договор аренды этого земельного участка, истица утратила право приобретения такого участка в собственность бесплатно. 

Буйничева И.И. обратилась в суд с иском к администрации ГО «Город Калининград» о расторжении договора аренды земельного участка и признании на него права собственности, ссылаясь на то, что по договору от 26 апреля 1960 года, заключенным между отделом жилищного хозяйства Калининградского горисполкома и С., последнему был предоставлен в постоянное бессрочное пользование земельный участок для возведения индивидуального жилого дома. 21 февраля 1962 года жилой дом был введен в эксплуатацию и право собственности С. на домовладение зарегистрировано  в органах БТИ 23 февраля 1962 года, после чего право собственности на жилой дом на основании договора купли-продажи от 6 апреля  1962 года перешло к Р., а после смерти последней, умершей 1 июня 1975 года, — к ее дочери Ш. В дальнейшем 18 октября 1996 года между Ш. и ее внучкой Буйничевой И.И. был заключен договор ренты, зарегистрированный в БТИ 21 октября 1996 года. В Управлении Федеральной регистрационной службы по Калининградской области право собственности Буйничевой И.И. на указанный жилой дом зарегистрирован 22 января 2008 года. 26 января 2007 года между Буйничевой И.И. и мэрией города Калининграда был подписан договор аренды указанного земельного участка под существующий жилой дом на срок до 21 октября 2045 года, который был зарегистрирован в установленном порядке 31 июля 2007 года. В июне 2009 года Буйничева И.И. обратилась в УФРС по Калининградской области с заявлением о государственной регистрации права собственности на земельный участок в упрощенном порядке, однако государственная регистрация была приостановлена ввиду наличия зарегистрированного договора аренды от 26 января 2007 года, после чего Буйничева И.И. обратилась в администрацию городского округа «Город Калининград» с заявлением о расторжении договора аренды от 26 января 2007 года в целях государственной регистрации возникшего у нее права собственности. Письмом председателя комитета муниципального имущества и земельных ресурсов от 17 марта 2010 года в расторжении договора аренды отказано и разъяснено право выкупа названного участка на основании п. 1, п. 5 ст. 36 ЗК РФ. Полагая отказ в расторжении договора аренды незаконным и нарушающим ее право собственности на данный земельный участок, Буйничева И.И. просила расторгнуть договор аренды земельного участка и признать за ней право собственности на данный земельный участок.

Отказывая Буйничевой И.И. в иске, суд первой инстанции исходил из того, что предусмотренных ст.ст. 450, 620 ГК РФ оснований для досрочного расторжения договора аренды земельного участка не имеется и, заключив договор аренды земельного участка, Буйничева И.И. утратила право на приватизацию земельного участка на основании п. 1 ст. 36 ЗК РФ.

С такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия не согласилась исходя из следующего.

Как видно из материалов дела, С. земельный участок был отведен земельный участок для строительства индивидуального жилого дома  в соответствии с Указом Президиума Верховного совета СССР от 26 августа 1948 года «О праве граждан на покупку и строительство индивидуальных жилых домов», согласно которому передача земельных участков застройщикам в бессрочное пользование оформлялась договором о предоставлении в бессрочное пользование земельного участка.

Земельное законодательство – Земельный кодекс 1922 года, Основы земельного законодательства Союза ССР и союзных республик 1968 года (ст. 33), Земельный кодекс РСФСР 1970 года (ст. 87),  Земельный кодекс РФ 1991 года (ст. 37), Земельный кодекс РФ 2002 года (п. 1 ст. 35) – предусматривало и предусматривает, что при переходе права собственности на здание, строение, сооружение к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, строением, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.

В силу названных норм закона с момента перехода к Буйничевой И.И. права собственности на жилой дом (регистрационное удостоверение БТИ от 21 октября 1996 года) к ней перешло право постоянного бессрочного пользования земельным участком и в силу п. 5 ст. 20 ЗК РФ 2002 года – право приобретения такого участка в собственность бесплатно.

В дальнейшем Федеральным законом № 93-ФЗ от 30 июня 2006 года пункт 5 ст. 20 ЗК РФ был признан утратившим силу, но одновременно  статья 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации»  № 137-ФЗ от 25 октября 2001 года  была дополнена пунктом 9.1, согласно которому  если земельный участок предоставлен до введения в действие Земельного кодекса РФ, в том числе, для индивидуального жилищного строительства, на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, гражданин, обладающий таким земельным участком на таком праве, вправе зарегистрировать право собственности на такой земельный участок, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность. Граждане, к которым перешли в порядке наследования или по иным основаниям права собственности на здания, строения и (или) сооружения, расположенные на земельных участках, указанных в настоящем пункте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе зарегистрировать права собственности  на такие земельные участки, за исключением случаев, если в соответствии с федеральным законом такие земельные участки не могут предоставляться в частную собственность. Государственная регистрация прав собственности на указанные в настоящем пункте земельные участки осуществляется в соответствии со статьей 25.2 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним». Принятие решений о предоставлении таких земельных участков в собственность граждан не требуется.

Из приведенных норм закона следует, что у  Буйничевой И.И. право собственности на спорный земельный участок  возникло в силу закона.

В то же время, 26 января 2007 года между Буйничевой И.И. и мэрией города Калининграда был подписан договор аренды указанного земельного участка, который зарегистрирован 31 июля 2007 года.

Однако, принимая во внимание возникновение у Буйничевой И.И. в силу закона права собственности на названный земельный участок, у органа местного самоуправления отсутствовали законные основания для передачи такого земельного участка в аренду его собственнику Буйничевой И.И.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о ничтожности договора аренды земельного участка (ст. 168 ГК РФ).

При таких обстоятельствах, учитывая ничтожность договора аренды земельного участка от 26 января 2007 года, судебная коллегия оставила без изменения решение суда в части отказа в удовлетворении требования о расторжении такого договора.

Вместе с тем, суд кассационной инстанции указал, что выводы районного суда об утрате Буйничевой И.И. права на приватизацию участка в соответствии с п. 1 ст. 36 ЗК РФ свидетельствуют о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права.

На основании изложенного решение суда в части отказа в удовлетворении требований Буйничевой И.И. о признании права собственности на земельный участок отменено и вынесено в этой части новое решение, которым применены последствия недействительности ничтожного договора аренды земельного участка и за истицей признано право собственности на спорный земельный участок.

2. Судом необоснованно удовлетворены требования истца – собственника доли в праве собственности на жилой дом — о признании права долевой собственности в порядке бесплатной приватизации на земельный участок, предназначенный для обслуживания указанного жилого дома, поскольку  бесплатная передача земельного участка в общую долевую собственность предусмотрена лишь в отношении собственников помещений в многоквартирном доме в качестве общего имущества этого многоквартирного дома.

Решением Балтийского городского суда Калининградской области за Тагаевым А.С. признано право долевой собственности в порядке бесплатной приватизации на 41/100 доли в праве собственности на земельный участок, предназначенный для обслуживания д. № по ул. С. в г. П.

Отменяя решение городского суда, судебная коллегия указала на неверное применение норм материального права.

Судом установлено, что Тагаев А.С. на основании договора приватизации от 24 августа 2004 года является собственником 41/100 доли в праве собственности на жилой дом № по  ул. С. в г. П. Калининградской области.

Удовлетворяя требования Тагаева А.С., суд исходил из того, что администрация муниципального образования должна передать ему бесплатно в долевую собственность в порядке, установленном частью 2 статьи 36 Земельного кодекса РФ и статьей 16 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», земельный участок, предназначенный для обслуживания многоквартирного жилого дома.

Однако с такими выводами судебная коллегия не согласилась.

По смыслу ст. 36 Земельного кодекса РФ и ст. 16 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» бесплатная передача земельного участка в общую долевую собственность предусмотрена лишь в отношении собственников помещений в многоквартирном доме в качестве общего имущества этого многоквартирного дома.

Согласно пункту 6 Положения о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции, утвержденного постановлением Правительства РФ от 28 января 2006 г. N 47, многоквартирным домом признается совокупность двух и более квартир, имеющих самостоятельные выходы либо на земельный участок, прилегающий к жилому дому, либо в помещения общего пользования в таком доме.

Судом установлено, что в 2003 году администрацией Балтийского городского округа сформирован и поставлен на кадастровый учет земельный участок площадью 600 кв.м. для эксплуатации индивидуального жилого дома.

Из материалов дела усматривается, что ранее дом № по ул. С. г. П. действительно состоял из двух квартир, которые были переданы в собственность граждан как доли в праве собственности на жилой дом.

Исходя из смысла ст. 15, 16 ЖК РФ, а также ст. 128 ГК РФ, дом и квартира как объекты жилищных прав различаются, что учитывается и при государственной регистрации указанных жилых помещений.

Так, в выданном истцу свидетельстве о государственной регистрации права собственности указано, что он является собственником доли дома № по ул. С. в г. П., а не квартиры в нем. По имеющимся в деле сведениям 58/100 доли в праве собственности на жилой дом были переданы по договору приватизации от 10 марта  1995 года З.

Таких объектов права как квартиры в спорном доме не имеется и не учитывается.

Изложенное свидетельствует о том, что дом № по ул. С. г. П. представляет собой жилое помещение в виде жилого дома и по своему статусу, порядку использования и техническим характеристикам не отличается от индивидуальных жилых домов, в которых проживают несколько семей.

Таким образом, Тагаев А.С. не обладает правом на бесплатную передачу в собственность земельного участка для обслуживания многоквартирного жилого дома, а в соответствии со ст. 36 Земельного кодекса РФ, Федерального закона РФ «О введении в действие Жилищного кодекса РФ» может приобрести в собственность земельный участок для обслуживания индивидуального жилого дома исключительно за плату.

С учетом изложенных обстоятельств решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе в иске.

3. Предоставление инвалиду земельного участка для индивидуального жилищного строительства в соответствии со ст. 17 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» как в собственность, так и на праве аренды должно быть осуществлено на возмездной основе, но без проведения торгов.

Заочным решением Октябрьского районного суда г.Калининграда иск Герасимчука Ф.К. к администрации городского округа «Город Калининград» о понуждении к предоставлению земельного участка для индивидуального жилищного строительства в аренду удовлетворен: администрация городского округа «Город Калининград» обязана предоставить Герасимчуку Ф.К. в аренду сроком на 49 лет земельный участок площадью 600 кв.м по ул. Л, № г. Калининграде для индивидуального жилищного строительства.

Отменяя решение районного суда, судебная коллегия указала на неверное применение норм материального права.

Удовлетворяя заявленные требования и возлагая на орган местного самоуправления обязанность по предоставлению Герасимчуку Ф.К. спорного земельного участка фактически без внесения платы за право на заключение договора аренды, суд первой инстанции исходил из того, что в соответствии со ст. 30.1 ЗК РФ продажа земельных участков для жилищного строительства или продажа права на заключение договоров аренды земельных участков для жилищного строительства осуществляется на аукционах, за исключением случаев, установленных подпунктом 5 пункта 1 статьи 24, пунктом 2-1 статьи 30 и пунктом 27 ст. 38.1 настоящего Кодекса, а в рамках аукциона невозможна реализация принципа первоочередности предоставления гражданам земельных участков, в связи с чем при предоставлении инвалиду земельного участка для жилищного строительства в соответствии со ст. 17 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российское Федерации» торги не проводятся.

В то же время, суд первой инстанции не учел, что Герасимчук Ф.К. заявил требования о предоставлении ему названного земельного участка для индивидуального жилищного строительства по договору аренды без оплаты права на заключение договора аренды.

Согласно ст. 17 Федерального закона от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (с последующими изменениями и дополнениями) инвалидам и семьям, имеющим в своем составе инвалидов, предоставляется право на первоочередное получение земельных участков для индивидуального жилищного строительства, ведения подсобного и дачного хозяйства и садоводства.

Согласно п. 2 ст. 30.1 ЗК РФ продажа земельных участков для жилищного строительства или продажа права на заключение договоров аренды земельных участков для жилищного строительства осуществляется на аукционах, за исключением случая, установленного п. 27 ст. 38.1 ЗК РФ (если аукцион признан не состоявшимся по причине участия в нем менее двух участников).

По общему правилу, установленному пунктом 1 ст. 38, пунктом 2 ст. 38.1 ЗК РФ, предметом торгов (аукциона) может быть сформированный земельный участок или право на заключение договора аренды такого земельного участка.

Несмотря на наличие определенных противоречий между положениями п. 1 ст. 38, п. 2    ст. 38.1 ЗК РФ о продаже самого по себе права на заключение договора аренды земельного участка для индивидуального жилищного строительства и порядком определения цены такого права как размера арендной платы (п.п. 7, 10, 24 ст. 38.1 ЗК РФ), судебная коллегия считает, что, помимо внесения арендной платы по договору аренды земельного участка, оплате подлежит само по себе право на заключение договора     аренды     земельного участка,  предназначенного для индивидуального жилищного строительства.

Аукцион представляет собой продажу, в частности имущества, с публичных торгов, при которой продаваемое имущество приобретается лицом, предложившим наивысшую цену, тогда как право на первоочередное получение чего-либо предполагает безусловное предоставление при отсутствии торгов. Действующим законодательством не предусмотрены какие-либо льготы для лиц, участвующих в аукционе. Таким образом, в рамках аукциона, проведение которого предполагает соблюдение определенных условий (внесение задатка, «шаг аукциона» и т.д.), а также обязательное участие нескольких лиц, невозможна реализация принципа первоочередности предоставления гражданам земельных участков.

Таким образом, предоставление инвалиду земельного участка для индивидуального жилищного строительства в соответствии со ст. 17 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» как в собственность, так и на праве аренды должно быть осуществлено на возмездной основе, но без проведения торгов.

Принимая во внимание, что Герасимчук Ф.К. возражает против внесения платы за заключение договора аренды испрашиваемого земельного участка без проведения торгов, судебная коллегия пришла к выводу, что достаточных правовых оснований к возложению на орган местного самоуправления обязанности по предоставлению спорного участка без указания на возмездный характер права заключения договора аренды не усматривается.

Решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе в иске.

4.  При решении вопроса о наличии у члена садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения граждан права на предоставление в собственность бесплатно распределенного ему таким некоммерческим объединением земельного участка правовое значение имеет время создания некоммерческого объединения. 

Отказав в иске Камаеву Г.Г. и Камаеву Г.Р. к администрации МО «Гвардейский район» о понуждении к передаче земельных участков, расположенных в с/т «Д.» Г. района, в собственность бесплатно, Гвардейский районный суд исходил из того, что Камаев Г.Р. и Камаев Г.Г. были приняты в садоводческое товарищество после вступления в силу Федерального закона № 66-ФЗ от 15 апреля 1998 года, решениями общих собраний садоводческого товарищества в 1993 году спорные земельные участки были признаны бесхозяйными, при этом установленный законом порядок признания имущества бесхозяйным соблюден не был, а само по себе выделение этих участков в 2007 году  истцам не порождает у них права на получение участков в собственность.

Однако с такими выводами судебная коллегия не согласилась.

На основании п. 4 ст. 28  Федерального закона № 66-ФЗ от 15 апреля 1998 года «О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан» в случае, если земельный участок, составляющий территорию садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения, предоставлен данному некоммерческому объединению либо иной организации, при которой до вступления в силу настоящего Федерального закона было создано (организовано) данное некоммерческое объединение,  гражданин, являющийся членом данного некоммерческого объединения, имеет право бесплатно приобрести в собственность земельный участок, предоставленный ему в соответствии с проектом организации и застройки территории данного некоммерческого объединения либо другим устанавливающим распределение земельных участков в данном некоммерческом объединении документом.

По смыслу приведенной нормы закона при решении вопроса о наличии у члена садоводческого, огороднического или дачного некоммерческого объединения граждан права на предоставление в собственность бесплатно распределенного ему таким некоммерческим объединением земельного участка правовое значение имеет не момент принятия лица в некоммерческое объединение, а время создания упомянутого некоммерческого объединения, в границах земельного участка которого находятся спорные земельные участки.

Из материалов дела следует, что  земельный участок общей площадью 76 га был предоставлен для организации коллективного садоводства исполкому Калининградского городского совета народных депутатов г. Калининграда решением Гвардейского районного совета народных депутатов от 28 марта 1991 года, после чего на основании такого решения было зарегистрировано в 1992 году  садоводческое товарищество «Д.».

В тот период времени участок № был закреплен за Д., участок № – за С., которые в 1993 году были исключены из членов товарищества и названные участки длительный период времени (свыше 15 лет) не находятся в их пользовании.

Решением главы администрации Гвардейского района № от 24 августа 1993 года постановлено передать в собственность бесплатно членам садоводческого товарищества ранее закрепленные за ними участки общей площадью 76 га. При этом согласно приложению к такому постановлению Д. и С. не включены в списки граждан, изъявивших желание приватизировать закрепленные за ними участки.

Истцы приняты в СНТ «Д.» в 2007 году с закреплением за ними земельных участков № и №. К заявлениям в предоставлении в собственность бесплатно фактически используемых земельных участков истцами представлены в администрацию Гвардейского муниципального района все необходимые документы, перечень которых приведен в пункте 4  ст. 28 Федерального закона № 66-ФЗ от 15 апреля 1998 года.

Принимая во внимание факт наделения садоводческого товарищества «Д.» земельным участком для коллективного садоводства до вступления в силу Федерального закона № 66-ФЗ от 14 апреля 1998 года, а также распределение истцам в установленном порядке садоводческим товариществом  спорных земельных участков, расположенных в пределах территории садоводческого товарищества, судебная коллегия пришла к выводу о том, что у истцов возникло право на предоставление в собственность находящихся в их пользовании земельных участков № и №, а отказ органа местного самоуправления в предоставлении истцам таких земельных участков в собственность бесплатно не основан на законе и нарушает законные права Камаева  Г.Г. и Камаева Г.Р.

При таких обстоятельствах решение отменено с вынесением нового решения об удовлетворении заявленных требований.

5. Решение суда об отказе в удовлетворении исковых требований администрации муниципального образования о взыскании задолженности по договору аренды земельного участка признано незаконным.

Противоречащим нормам материального права признано кассационной инстанцией решение Светлогорского городского суда Калининградской области об отказе в удовлетворении исковых требований администрации муниципального образования «Светлогорский район» о  взыскании с Трухановича Ю.А. задолженности по договору аренды земельного участка.

Отменяя решение, судебная коллегия указала следующее.

Судом установлено, что постановлением Главы администрации Светлогорского городского округа № от 14 октября 2003 года  ООО «Р.» предоставлен из земель поселений земельный участок в аренду сроком на 49 лет. На основании указанного постановления   15 октября 2003 года между администрацией Светлогорского городского округа и ООО «Р.» заключен договор  аренды земельного участка. 5 мая 2009 года ООО «Р.» заключило договор уступки прав аренды земельного участка, согласно которому права и обязанности арендатора переданы безвозмездно Трухановичу  Ю.А.

В соответствии с п. 3.2 договора расчет арендной платы, условия, сроки ее внесения и реквизиты лица, уполномоченного получать денежные средства по договору, определены в Приложении № к договору.

Пунктом 3.3 договора  предусмотрено, что ставка арендной платы может быть изменена арендодателем в одностороннем порядке, но не чаще одного раза в год, в соответствии с законодательством Российской Федерации и решениями представительного органа местного самоуправления – Совета депутатов Светлогорского городского округа. Пунктом 3.4 договора установлено, что размер арендной платы изменяется ежегодно путем корректировки индекса инфляции на текущий финансовый год в соответствии с действующим законодательством на соответствующий год и не чаще одного раза в год при изменении базовой ставки арендной платы. В этом случае исчисление и уплата арендатором арендной платы осуществляется на основании дополнительных соглашений к договору.

Кроме того, пунктом 4.2.4 договора закреплена обязанность арендодателя своевременно производить перерасчет арендной платы и своевременно информировать об этом арендатора.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о взыскании задолженности по арендной плате, суд  исходил из того, что в соответствии  со  ст.614 ГК РФ порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды, а поскольку истцом не  представлено доказательств изменения определенного в Приложении № к договору аренды земельного участка  размера арендной платы в порядке и на основании п.3.3 договора, а также заключения дополнительного соглашения об изменении размера арендной платы, предусмотренного п. 3.4 договора,   пришел к выводу о том, что арендная плата не может устанавливаться  в соответствии с решением представительного органа местного самоуправления – окружного Совета депутатов Светлогорского  городского округа, следовательно, Труханович Ю.А. должен вносить арендную плату по базовой ставке, установленной приложением № к договору  аренды земельного участка, то есть  по ставке, установленной в 2003 году.

Однако такие  выводы суда являются ошибочными.

В соответствии с ч. 3 ст. 65 Земельного кодекса РФ порядок определения размера арендной платы, порядок, условия и сроки внесения арендной платы за земли, находящиеся в муниципальной собственности, устанавливаются органами местного самоуправления.

 Решением окружного Совета депутатов Светлогорского городского округа № 90 от 29 декабря 2008 года  «Об утверждении методики расчета и порядка взимания арендной платы за земельные участки на территории муниципального образования «Светлогорский городской округ» установлена методика расчета арендной платы  за сдаваемые в аренду земельные участки, утверждены   расчетные коэффициенты по видам разрешенного использования земельных участков для категории земель населенных пунктов на территории МО «Светлогорский городской округ»  на 2009 год, а также установлены правила взимания арендной платы.

В соответствии с вышеуказанными нормативными актами размер арендной платы за земельные участки, расположенные в Светлогорском городском округе и находящиеся в государственной или муниципальной собственности, определяется на основании кадастровой стоимости земельного участка и коэффициентов, в том числе по виду разрешенного использования. Указанные ставки арендной платы установлены с учетом требований ст. 65 Земельного кодекса РФ, постановлений Правительства Калининградской области, данных о результатах кадастровой оценки, то есть имеют соответствующее правовое и экономическое обоснование.

Пунктами 3.3.-3.4 договора аренды городских земель  от 15 октября 2003 года, заключенного  с  ООО «Р.», права и обязанности по которому с 18 мая 2009 года перешли к ответчику Трухановичу А.Ю., предусмотрено, что размер арендной платы изменяется ежегодно путем корректировки индекса инфляции на текущий финансовый год в соответствии с действующим законодательством РФ на соответствующий финансовый год, и не чаще одного раза в год, при изменении базовой ставки.

Поскольку ставки арендной платы являются регулируемыми ценами, стороны обязаны руководствоваться предписанным размером арендной платы за земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, и не вправе применять другой размер арендной платы. Поэтому независимо от предусмотренного договором механизма изменения арендной платы новый размер арендной платы подлежит применению с даты вступления в силу соответствующего нормативного акта, что согласуется с правилами ст. 424 ГК РФ.

Таким образом, обязанность ответчика платить арендную плату, исходя из установленных Федеральным законом «О федеральном бюджете» на соответствующий финансовый год, а также локальными нормативными актами муниципального образования ставок арендной платы за землю, предусмотрена условиями договора. Подписания какого-либо соглашения о внесении изменений в договор аренды в части, касающейся размера арендной платы, не требуется, поскольку в связи с принятием уполномоченными органами нормативно-правовых актов, устанавливающих или изменяющих ставки арендной платы на очередной период, у арендатора возникает обязанность вносить арендную плату в установленном размере.

Изменение размера арендной платы вследствие принятия соответствующими органами  таких актов не является изменением условия договора о размере арендной платы применительно к п. 3 ст. 614 ГК РФ, а представляет собой исполнение согласованного сторонами условия договора. Такое изменение не требует заключения дополнительного соглашения к договору и его государственной регистрации. При этом стороны не лишены права требовать друг от друга внесения изменений, обусловленных изменениями законодательства, в заключенный ими договор аренды.

С учетом изложенного решение суда отменено с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований.

ТРУДОВЫЕ СПОРЫ

1. Суд отказал в удовлетворении требований истицы – учителя общеобразовательной школы — о признании незаконными  действий администрации образовательного учреждения по снижению ее учебной нагрузки без надлежащей проверки и правовой оценки всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора.

Отказывая Урсовой Н.А. в удовлетворении ее исковых требований о признании незаконными действий администрации муниципального образовательного учреждения «Общеобразовательная школа №27» (далее МОУ) по снижению учебной нагрузки, Балтийский районный суд г. Калининграда исходил из того, что снижение объема учебной нагрузки истицы осуществлялось ответчиком с нарушением требований трудового законодательства. В то же время ею пропущен установленный законом срок для обжалования приказов о снижении учебной нагрузки, поскольку об их издании ей было известно и они ею выполнялись.

С такими выводами не согласилась судебная коллегия, указав, что они сделаны без достаточных оснований.

Особенности правового регулирования оплаты труда педагогических работников общеобразовательных учреждений предусматриваются помимо положений главы 20 Трудового кодекса РФ также Типовым положением об общеобразовательном учреждении, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 19 марта 2001 года, п.66 которого связывает ставку заработной платы учителя с объемом учебной нагрузки (педагогической работы). При этом уменьшение учебной нагрузки, установленной в начале учебного года, по инициативе администрации не допускается, за исключением случаев уменьшения количества часов по учебным планам и программам, сокращения количества классов (групп продленного дня). Также установленный в текущем учебном году объем учебной нагрузки (педагогической работы) не может быть уменьшен по инициативе администрации в следующем учебном году, за исключением вышеуказанных случаев. При установлении учебной нагрузки на новый учебный год учителям и другим педагогическим работникам, для которых данное общеобразовательное учреждение является местом основной работы, как правило, сохраняется ее объем и преемственность преподавания предметов в классах.

Как следует из материалов дела, Урсова Н.А. принята на работу к ответчику с 9 сентября 2008 года учителем английского языка. Приказом № – а  в этот же день ей была установлена учебная нагрузка в объеме 72 часов в месяц или 18 часов в неделю. Начиная с ноября 2008 года, указанная нагрузка ей неоднократно – 20 ноября 2008 года, 2, 7 и 21  сентября 2009, 12 октября 2009 года снижалась и составила 3 часа в неделю. 2 июня 2010 года она была уведомлена директором школы о том, что такая нагрузка будет сохранена и на 2010/2011 учебный год.

Вместе с тем, судебная коллегия указала, что в материалах дела отсутствуют допустимые доказательства, свидетельствующие об условиях заключенного сторонами трудового договора, согласии истицы на изменение его условий. Трудовой договор судом не истребован. Суд не выяснил, какой объем учебной нагрузки (педагогической работы) установлен за ставку заработной платы, какой объем учебной нагрузки предусматривался учебным планом и учебными программами, начиная с 2008/2009 учебного года, имелись ли в течение следующего за ним периода обстоятельства, указанные в п. 66 вышеназванного Типового положения, с которыми связывается возможность уменьшения объема учебной нагрузки по инициативе администрации. Суд не проверил доводы истицы о том, что снижение ее нагрузки было связано также с приемом на работу других учителей. В то же время, как следует из материалов дела, ответчиком в 2010 году приняты на работу в качестве учителей английского языка К. и В.

Кроме того, признавая, что снижение учебной нагрузки в ноябре 2008 года с 18 до         15 часов, а в сентябре 2009 года с 5 до 3 часов осуществлялось ответчиком в нарушение            ст. 72 ТК РФ, суд исходил из того, что истицей пропущен установленный ст.392 ТК РФ срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Однако судебная коллегия признала, что такие выводы сделаны судом без надлежащей проверки и правовой оценки всех обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения спора. В исковом заявлении и в суде истица ссылалась на то, что нарушения ее прав носят длящийся характер, трудовые отношения с ней не прекращены, а издание ответчиком приказов об уменьшении учебной нагрузки, по ее мнению, не свидетельствуют об ее согласии на изменение условий трудового договора.

При указанных обстоятельствах решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела судебные инстанции признали вышеуказанные действия работодателя по снижению истице учебной нагрузки незаконными и возложили на администрацию МОУ «Общеобразовательная школа №27» обязанность обеспечить Урсову Н.А. учебной нагрузкой по специальности «Английский язык» в объеме часов на ставку заработной платы, установленной трудовым договором от 09 сентября 2008 года в количестве 18 часов в неделю.

2. Решение суда о взыскании с работника в пользу работодателя расходов, понесенных последним в связи с его обучением, отменено, поскольку суд не учел, что такая обязанность работника была предусмотрена соглашением к трудовому договору лишь в случае увольнения работника по собственному желанию без уважительных причин. 

ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» обратилось в суд с иском к Ломтеву В.А. о взыскании расходов, связанных с его обучением за счет истца, указав, что в соответствии с трудовым договором от 15 июля 2009 г. Ломтев В.А. работал в ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» на должности инженера по эксплуатации аэродрома аэродромной службы.                14 сентября 2009 г. сторонами было заключено соглашение к трудовому договору, согласно которому Ломтев В.А. обязался пройти обучение за счет средств истца, после чего проработать в ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» не менее года. В сентябре 2009 г. Ломтев В.А. прошел обучение в ФГУП «Учебно-тренировочный центр» в г. С., за что ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» уплатило 29 028 руб., а также оплатило       Ломтеву В.А. командировочные расходы, проезд и проживание в сумме 31994,5 руб. 18 февраля 2010 г.        Ломтев В.А. уволился с работы в ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» по собственному желанию. В то же время дополнительным соглашением от 14 сентября 2009 г. Ломтев В.А. брал на себя обязанность полностью возместить работодателю стоимость обучения и иные расходы, понесенные работодателем в связи с его обучением, в случае досрочного (то есть, до истечения одного года) расторжения трудового договора, в том числе по собственному желанию. Возмещать стоимость обучения и иные расходы в добровольном порядке Ломтев В.А. отказался.

Заочным решением Гвардейского районного суда Калининградской области исковые требования ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» удовлетворены, с чем не согласилась судебная коллегия, указав на неправильное определение судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Суд первой инстанции обосновал свои выводы о необходимости взыскания в пользу работодателя с Ломтева В.А. сумм стоимости его обучения и иных связанных с его обучением расходов тем, что такая обязанность Ломтева В.А. предусмотрена ст. 249 ТК РФ и п.п. 2.4 заключенного сторонами 14 сентября 2009 г. дополнительного соглашения к трудовому договору.

Однако как статьей 249 ТК РФ, так и указанным пунктом соглашения от  сентября 2009 г. предусматривается обязанность работника возместить стоимость обучения при увольнении без уважительных причин.

Судебной коллегией установлено, что увольнение Ломтева В.А. было обусловлено передачей функций аэропортной деятельности по аэродромному обеспечению из                          ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» в ЗАО «Аэропорт «Х.» после отмены Федеральным агентством воздушного транспорта 15 февраля 2010 г. действия сертификатов истца, вследствие чего часть структурных подразделений истца, включая аэродромную службу, утратили право на осуществление деятельности и это право было передано ЗАО «Аэропорт «Х.» вместе с персоналом истца, а Ломтев В.А. фактически остался работать на том же рабочем месте, выполняя прежние функции, что подтверждается и соглашением ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» и ЗАО «Аэропорт «Х.» от 15 января 2009 г., оформленным протоколом их совместного совещания, а также определением Арбитражного суда Калининградской области от 12 июля 2010 г., которым в отношении ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» введена процедура наблюдения на основании его же заявления о признании банкротом, в котором ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» также ссылается на указанные выше обстоятельства. В заявлении об увольнении из  ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» Ломтев В.А. также просил уволить его в связи с передачей функций аэропортной деятельности по аэродромному обеспечению из ЗАО «Международный аэропорт «Калининград» в ЗАО «Аэропорт «Х.».

Таким образом, судебная коллегия указала, что хотя истец и уволен по собственному желанию, однако его увольнение при вышеуказанных обстоятельствах не может быть признано увольнением без уважительных причин, в связи с чем предусмотренные законом и трудовым договором основания для взыскания с Ломтева В.А. расходов, понесенных на его обучение, отсутствовали.

Решение суда отменено с вынесением по делу нового решения об отказе в удовлетворении требований.

3. Решение суда об отказе в восстановлении на работе признано незаконным.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда Шараповой М.Г. отказано в иске о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

С таким решением не согласилась кассационная инстанция по следующим основаниям.

Так, судом установлено, что Шарапова М.Г. работала в филиале ОАО Банк «Петрокоммерц» в г. Калининграде с 29 марта 2004 года в должности кассира отдела кассовых операций Управления бухгалтерского учета и отчетности, затем в должности старшего экономиста отдела рассчетно-кассового обслуживания клиентов Управления по работе с клиентами, а с 18 января 2005 года — в должности старшего экономиста дополнительного офиса № ФКБ ОАО «Петрокоммерц» в г. Калининграде.

За допущенные нарушения при исполнении должностных обязанностей она была привлечена к дисциплинарной ответственности приказами от 22 мая 2009 года и от 16 октября 2009 года. Приказом от 19 октября 2009 года Шарапова М.Г. была уволена с работы по п.5 ст.81 ТК РФ и поводом к ее увольнению явилось допущенное ею  26 мая 2009 года нарушение трудовой дисциплины.

Проверяя соблюдение работодателем порядка увольнения истицы по п.5 ст. 81 ТК РФ и делая вывод о том, что этот порядок был соблюден ответчиком, суд не учел, что в соответствии с  указанной нормой трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

По смыслу указанной нормы работник может быть уволен по указанному основанию, если после наложенного на него дисциплинарного взыскания он продолжает нарушать трудовую дисциплину.

Увольняя Шарапову М.Г. 19 октября 2009 года за допущенные ею нарушения, имевшие место 26 мая 2009 года, работодатель исходил из того, что у нее имеется дисциплинарное взыскание, наложенное приказом от 22 мая 2009 года. Вместе с тем, как следует из материалов дела, после издания приказа от 22 мая 2009 года истица была привлечена к дисциплинарной ответственности приказом от 16 октября 2009 года за нарушения, допущенные 11 сентября 2009 года. Причем о нарушениях, допущенных Шараповой М.Г. как 26 мая 2009 года, так и 11 сентября 2009 года ответчик узнал из докладных заместителя Управляющего ФКБ соответственно 16 и 18 сентября 2009 года.

По этим докладным была проведена проверка, подтвердившая наличие нарушений со стороны истицы, о чем 21 сентября 2009 года был составлен акт.

Таким образом, зная 21 сентября 2009 года о допущенных истицей нарушениях 11 сентября 2009 года и 26 мая 2009 года и имея основания для ее увольнения по п.5 ст.81 ТК РФ, работодатель 16 октября 2009 года принимает решение о привлечении ее к дисциплинарной ответственности за нарушение, имевшее место 11 сентября 2009 года, а через три дня — о ее увольнении за нарушение, имевшее место до этого, 26 мая 2009 года, хотя никаких нарушений трудовой дисциплины после привлечения ее к дисциплинарной ответственности после 16 октября 2009 года истица не совершала.

Делая вывод о том, что увольнение истицы является законным, суд в решении сослался на то, что работодатель вправе был наказать ее за каждое нарушение. При этом, чтобы решить вопрос о наказании за проступок 26 мая 2010 года, у Шараповой  М.Г. необходимо было взять объяснение, однако, как следует из материалов дела, объяснительная по обстоятельствам, имевшим место 26 мая 2009 года, была дана ответчику уже 21 сентября 2009 года.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что увольнение Шараповой М.Г. нельзя признать законным, в связи с чем решение суда отменено с вынесением по делу нового решения  об удовлетворении требований Шараповой М.Г.

4. Трудовой спор разрешен судом без исследования и надлежащей оценки фактических обстоятельств дела. 

Решением Гусевского городского суда Калининградской области в иске Ермаковой Л.В. к ООО «Гусевмолоко» о признании срочного трудового договора трудовым договором, заключенным на неопределенный срок, признании незаконным договора на оказание услуг, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании расходов по оформлению медицинской книжки, возложении обязанности восстановить записи в трудовой книжке, возмещении морального вреда отказано.

Отменяя решение городского суда, судебная коллегия указала на неверное применение норм материального права, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела.

Судом установлено, что 25 ноября 2009 года между Ермаковой Л.В. и  ООО «Гусевмолоко» заключен срочный  трудовой договор на срок  с 25 ноября 2009 года по 31 декабря 2009 года. Указанный договор подписан обеими сторонами. Согласно приказу о приеме на работу № от 25.11.2009 года Ермакова Л.В. принята  на работу на должность подсобного рабочего в подразделение сторожа (производство) на период с 25.11.2009 года по 31.12.2009 года  с окладом  6000 руб. С приказом истица Ермакова Л.В. ознакомлена, что подтверждается ее подписью в нем.

Приказом № от 31.12.2009 года Ермакова Л.В. уволена в связи с истечением срока трудового договора.

Впоследствии ООО «Гусевмолоко», выступающим в качестве заказчика, с   Ермаковой Л.В. был заключен договор на оказание услуг от 1 января 2010 года, по условиям которого           Ермакова Л.В. обязуется оказать заказчику услуги, указанные в п.1.2 договора. Срок выполнения  работ определен с 1 января 2010 года по 1 марта 2010 года. Названный договор подписан Ермаковой Л.В. 22 января 2010 года.

Отказывая Ермаковой Л.В. в удовлетворении заявленного иска в части  восстановления на работе, признании ее увольнения незаконным, суд исходил из того, что срок обращения Ермаковой Л.В. в суд по вопросу признания увольнения незаконным и восстановлении на работе истек 01 февраля 2010 года и уважительных причин пропуска  этого срока Ермаковой Л.В. в суд не представлено.

Однако с такими выводами суда кассационная инстанция  не согласилась, указав на то, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие вручение Ермаковой Л.В. копии приказа об увольнении либо выдачи трудовой книжки, хотя на эти обстоятельства в качестве  основания предъявления иска  ссылалась Ермакова Л.В. в ходе рассмотрения дела.

При таком положении судебная коллегия пришла к выводу, что оснований для  отказа в удовлетворении ее  требований в связи с пропуском месячного срока обращения в суд без исследования иных фактических обстоятельств дела  у суда не имелось.

Не согласился суд кассационной инстанции и с решением городского суда в части отказа в удовлетворении  требований о законности заключения с Ермаковой Л.В. именно срочного трудового договора, а также последующего продолжения трудовых отношений на неопределенный срок, оформленных в нарушение требований закона в качестве договора на оказание услуг.

Судебная коллегия указала, что, решая вопрос об обоснованности заключения с Ермаковой Л.В.  срочного трудового договора, суду следовало учесть, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных ч.1 ст. 59 ТК РФ, а также в других случаях, установленных ТК РФ  (ч.2 ст. 58, ч.1 ст.59 ТК РФ). В соответствии с частью второй статьи 58 ТК РФ в случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Кодекса, срочный трудовой договор может заключаться без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения. При этом необходимо иметь ввиду, что такой договор может быть признан правомерным, если имелось соглашение сторон (часть вторая статьи 59 ТК РФ), т.е. если он заключен на основе добровольного согласия работника и работодателя.

Названные обстоятельства надлежащим образом не были оценены и проверены судом.

В материалах дела имеется штатное расписание на 2009 год, а также приказ генерального директора  ООО «Гусевмолоко» о внесении изменений в него  и введении 19 единых рабочих по благоустройству территории, охране зданий и помещений,  на одну из которых и была принята Ермакова Л.В.

При этом судом не проверено и не дано надлежащей оценки тому обстоятельству, сохранились ли эти должности  в новом штатном расписании на 2010 год (названный документ в материалах дела отсутствует) и чем было вызвано заключение  с Ермаковой Л.В. 1 января       2010 года договора на оказание услуг при тех ее пояснениях, что фактически после окончания срока действия трудового договора  (31 декабря 2009 года) она  продолжала выполнять  те же трудовые функции, рабочее место осталось прежним и работа производилась  по тому же  сменному графику.

Не  дано надлежащей оценки и тому обстоятельству, указываемому Ермаковой Л.В. в подтверждение  наличия трудовых отношений с обществом, что в декабре 2009 года ей был выдан аванс за работу в январе 2010 года.

При таких обстоятельствах решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела трудовой договор, заключенный 25 ноября 2009 года           ООО «Гусевмолоко» с Ермаковой Л.В., признан трудовым договором, заключенным на неопределенный срок.   Признан незаконным договор на оказание услуг от 01 января 2010 года. Ермакова Л.В. восстановлена на работе в ООО «Гусевмолоко», в ее пользу взысканы заработная плата за время вынужденного прогула, расходы, связанные с получением медицинской  книжки, компенсация морального вреда. На ООО «Гусевмолоко» возложена обязанность восстановить трудовую книжку Ермаковой Л.В.

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С ВОЗМЕЩЕНИЕМ ВРЕДА

1. При солидарной ответственности владельцев источников повышенной опасности за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников третьим лицам, потерпевший вправе предъявить требования о компенсации морального вреда к любому из них. 

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда исковые требования Кургановой М.Г. удовлетворены частично: в ее пользу с ЗАО СК «Мегарусс» взысканы возмещение материального ущерба, компенсация стоимости прохождения судебно-медицинского освидетельствования и возмещение расходов на оплату услуг представителя. С Кирюхина А.Г. и Польской Н.А. в пользу Кургановой М.Г. взыскана компенсация морального вреда.

Судебная коллегия не согласилась с решением суда в части взыскания с Польской Н.А. в пользу Кургановой М.Г. компенсации морального вреда.

Судом установлено, что 20 июля 2008 года на ул. О. в г. Калининграде имело место дорожно-транспортное происшествие, участниками которого являлись автомобиль марки «Д.» под управлением истца Кирюхина А.Г. и автомобиль «Ф.» под управлением водителя Польской Н.А. Причиной дорожно-транспортного происшествия, в результате которого телесные повреждения получили сам Кирюхин А.Г., Польская Н.А., а также пассажир автомобиля «Ф.» Курганова М.Г., явилось нарушение Правил дорожного движения со стороны водителя Кирюхина А.Г.

Установив изложенные выше обстоятельства, а также то, что Курганова М.Г. понесла расходы, связанные с обследованием и лечением, суд пришел к правильному выводу о необходимости частичного удовлетворения заявленных истицей требований о возмещении указанных выше расходов и морального вреда.

Вместе с тем обжалуемым решением суд взыскал в пользу Кургановой М.Г. компенсацию морального вреда как с Кирюхина А.Г., так и с Польской Н.А., сославшись на то, что законом прямо предусмотрена ответственность владельцев источников повышенной опасности за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников третьим лицам.

Пунктом 3 ст. 1079 ГК РФ действительно установлено, что владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам.

Однако, согласно статьям 322-325 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

Таким образом, с учетом того, что Курганова М.Г., правомерно действуя в соответствии с положениями вышеуказанных норм, заявила требования о возмещении морального вреда лишь к Кирюхину А.Г. и в процессе рассмотрения дела возражала против привлечения к ответственности по этим требованиям Польской Н.А., судебная коллегия пришла к выводу, что у суда не имелось оснований для взыскания с Польской Н.А. компенсации морального вреда.

При таких обстоятельствах решение суда в части взыскания с Польской Н.А. в пользу Кургановой М.Г. компенсации морального вреда отменено и принято в данной части новое решение, которым во взыскании с Польской Н.А. компенсации морального вреда отказано.

Необоснованно удовлетворены судом и требования Кирюхина А.Г., виновного в совершении ДТП, о взыскании морального вреда с Польской Н.А. – водителя, действия которого не состоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием и его последствиями.

Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства ДТП, Кирюхин А.Г. обратился в суд с иском к Польской Н.А. о взыскании компенсации морального вреда.

Отменяя решение Московского районного суда г. Калининграда об удовлетворении требований Кирюхина А.Г., судебная коллегия указала, что Кирюхин А.Г. и Польская Н.А. получили вред, являясь владельцами источников повышенной опасности, Польская Н.А. не является лицом, причинившим вред Кирюхину А.Г., ее действия не состоят в причинно-следственной связи с причиненным Кирюхину А.Г. вредом, поэтому оснований для удовлетворения иска у суда не имелось.

Решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении требований Кирюхина А.Г.

2. Взыскивая с владельца источника повышенной опасности, на которого в силу закона возложена обязанность по возмещению вреда, ущерб в связи с повреждением автомобиля в ДТП, потерпевший вправе требовать возмещение утраты товарной стоимости транспортного средства. 

Решением Ленинградского  районного суда г. Калининграда удовлетворены требования Иванова А.Б. к Ильину М.А. о возмещении ущерба, причиненного автомобилю истца в результате ДТП. Исковые требования Иванова А.Б. о взыскании утраты товарной стоимости транспортного средства оставлены без удовлетворения.

Судебная коллегия не согласилась с указанным решением в части отказа во взыскании утраты товарной стоимости транспортного средства по следующим основаниям.

Отказывая в удовлетворении данных требований, суд исходил из того, что представленное истцом заключение оценщика о размере утраты товарной стоимости транспортного средства не может с достоверностью подтверждать обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора.

Судебная коллегия указала, что такие выводы суда не являются основанием к отказу в удовлетворении соответствующих требований Иванова А.Б.

Из материалов дела видно, что в результате ДТП принадлежащий истцу автомобиль был значительно повреждён. Несмотря на произведённый восстановительный ремонт, его стоимость снизилась, поскольку полное восстановление в результате ремонта характеристик, преданных транспортному средству заводом-изготовителем, невозможно.

На основании ст.ст. 1079, 1082, 15 ГК РФ Ильин М.А. обязан возместить причинённый при ДТП вред.

Утрата товарной стоимости представляет собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида автомобиля и его эксплутационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений, защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта. Поэтому утрата товарной стоимости транспортного средства, влекущая уменьшение его действительной рыночной стоимости вследствие снижения потребительских качеств, относится к реальному ущербу и наряду с восстановительными расходами должна учитываться при определении размера возмещения вреда в случае повреждения имущества потерпевшего.

  Таким образом, Иванов А.В., безусловно, имеет право требовать полного возмещения реального ущерба, в том числе утраты товарной стоимости автомобиля.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции пришел к выводу, что  в удовлетворении соответствующих требований Иванова А.Б. отказано неправомерно. Решение суда в данной части отменено с вынесением нового решения об удовлетворении иска.

3. Исковые требования страховой компании о выплате страхового возмещения в порядке суброгации заявлены за пределами срока исковой давности. 

Решением Светлогорского городского суда Калининградской области исковые требования ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» к Предко М.Ю. удовлетворены частично — с        Предко М.Ю. в пользу ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» взыскано страховое возмещение в сумме 615 097,25 рублей.

Отменяя решение городского суда, судебная коллегия указала на неверное применение норм материального права.

Из материалов дела следует, что 10 февраля 2006 г. между ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» и Ф. был заключен договор добровольного комбинированного страхования автотранспортных средств по риску КАСКО на автомобиль «М.».

27 сентября 2006 г. произошел страховой случай – данный автомобиль был поврежден в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего на автодороге К.-З. в результате столкновения с автомобилем «Ф .» под управлением Предко М.Ю.

17 ноября 2006 г. ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» в связи с указанным страховым случаем выплатило страхователю (Ф.) страховое возмещение в сумме 687 342 рублей.

19 июля 2007 г. ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» дополнительно выплатило Ф. страховое возмещение в сумме 57 619,75 рублей на основании решения М. районного суда г. Калининграда от 20 июня 2007 г. по соответствующему иску Ф. к ООО «Страховая компания Комфорт Гарант».

22 марта 2007 г. ООО Страховая компания «Н.», где была застрахована в порядке ОСАГО гражданская ответственность Предко М.Ю., выплатило истцу 120 000 рублей.

02 февраля 2010 г. ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» в порядке суброгации обратились в суд с настоящим иском к Предко М.Ю.

В соответствии со ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В ходе рассмотрения дела стороной ответчика было заявлено о пропуске ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» срока исковой давности.

При разрешении спора суд первой инстанции посчитал данный срок не пропущенным.

С такими выводами судебная коллегия не согласилась.

Так, согласно ст. 965 ГК РФ если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Статьей 387 ГК РФ предусматривается, что права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона и наступления указанных в нем обстоятельств, в том числе при суброгации страховщику прав кредитора к должнику, ответственному за наступление страхового случая.

Из указанных положений закона следует, что при суброгации взыскание убытков в пользу страховщика производится в рамках не страхового, а иного обязательства, субъектом которого страховщик стал вместо страхователя (выгодоприобреталя) вследствие суброгации. Соответственно, срок исковой давности по требованиям страховой компании, заявленным в порядке суброгации, должен исчисляться не с момента выплаты страховщиком страхового возмещения, а с момента наступления страхового случая.

По требованиям о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, применяется общий 3-х годичный срок исковой давности (ст. 196 ГК РФ).

В рассматриваемой ситуации данный срок подлежал исчислению с момента ДТП, то есть с 27 сентября 2006 г.

При обращении в суд 02 февраля 2010 г. данный срок страховой компанией был пропущен.

Обращение Ф. в 2007 году с иском к ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» с требованиями о взыскании дополнительных сумм страхового возмещения перерыва течения данного срока не влечет. По смыслу положений ст. 203 ГК РФ перерыв течения данного срока мог бы иметь место при предъявлении Ф0. и/или ООО «Страховая компания Комфорт Гарант» иска о возмещении ущерба непосредственно к Предко М.Ю., либо при совершении Предко М.Ю. действий, свидетельствующих о признании долга. Доказательств совершения Предко М.Ю. таких действий в материалах дела не имеется, с исковыми требованиями к Предко М.Ю. в течение срока исковой давности заинтересованные лица не обращались.

При таких обстоятельствах решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска.

4. Неуплата страхователем очередного взноса страховой премии не может служить достаточным основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда Каплунову А.Ю. отказано в удовлетворении требований к ЗАО «Страховая группа «УралСиб» о взыскании страхового возмещения и процентов за пользование чужими денежными средствами. При этом суд исходил из того, что Каплунов А.Ю. по условиям заключенного с ним договора страхования не имеет права на получение страхового возмещения, так как не уплатил очередной взнос страховой премии. Суд указал в решении на то, что п. 6.3 Правил страхования, полученных истцом при заключении договора, согласно которому в случае неуплаты очередного взноса страховщик не выплачивает страховое возмещение по страховым случаям, произошедшим с 24.00 часов дня уплаты взноса до 00.00 часов дня, следующего за днем уплаты страхователем всей суммы задолженности, соответствует пункту 3 статьи 954 ГК РФ.

С таким решением не согласился суд кассационной инстанции, указав на неправильное применение норм материального права.

Из материалов дела усматривается, что 23 апреля 2007 г. Каплунов А.Ю. застраховал принадлежащий ему автомобиль «J.» в ЗАО «Страховая группа «УралСиб» на условиях «Полное КАСКО» (в том числе от ущерба) на срок до 24 апреля 2008 г.  20 марта 2008 г., то есть в период действия договора страхования, принадлежащий истцу автомобиль был поврежден вследствие поджога, совершенного неустановленным лицом.

Согласно закону и условиям заключенного сторонами договора данный случай является страховым и влечет обязанность страховщика выплатить страхователю страховое возмещение.

Предусмотренное в заключенном сторонами договоре освобождение страховщика от выплаты страхового возмещения в случае неуплаты страхователем очередного взноса страховой премии, обоснованное пунктом 6.3 Правил страхования, которое было учтено судом при вынесении решения, противоречит закону и не должно применяться в данном случае.

По смыслу норм Гражданского кодекса РФ, регулирующих договорные отношения, свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод и может быть ограничена федеральным законом.

Исходя из положений ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом, стороны не вправе заключать договор на условиях, противоречащих закону. Правила страхования средств автотранспорта являются неотъемлемой частью договора страхования и не должны содержать положения, противоречащие гражданскому законодательству и ухудшающие положение страхователя по сравнению с установленным законом.

Основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены ст.ст. 961, 963 и 964 ГК РФ, из которых следует, что возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая может быть установлена исключительно законом.

Ни Гражданским кодексом РФ, ни иными законодательными актами не установлено такого основания для освобождения от выплаты страхового возмещения в результате повреждения автомобиля, как неуплата страхователем очередного взноса страховой премии.

Пунктом 3 статьи 954 ГК РФ действительно предусмотрено, что при внесении страховой премии в рассрочку договором могут быть определены последствия неуплаты в установленные сроки очередных страховых взносов. Однако пунктом 4 этой же статьи установлено, что, если страховой случай наступил до уплаты очередного страхового взноса, внесение которого просрочено, страховщик вправе при определении размера подлежащего выплате страхового возмещения по договору имущественного страхования или страховой суммы по договору личного страхования зачесть сумму просроченного страхового взноса.

Таким образом, последствие просрочки очередного страхового взноса, не предусматривающее отказа в выплате страхового возмещения, установлено законом (п. 4 ст. 954 ГК РФ) и, исходя из изложенного выше, стороны при заключении договора страхования не вправе были предусматривать в данном договоре положения, противоречащие гражданскому законодательству и ухудшающие положение страхователя по сравнению с установленным законом.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что сама по себе неуплата страхователем очередного взноса страховой премии не может служить достаточным основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая.

Исходя из этого, постановленное судом решение отменено кассационной инстанцией с направлением дела на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении дела в пользу Каплунова А.Ю. с ЗАО «Страховая группа «УралСиб» взысканы страховая выплата, проценты за пользование чужими денежными средствами.

5. Отказ в иске о взыскании страхового возмещения по причине непредставления  страховщику документов, подтверждающих наступление страхового случая, признан незаконным.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда в иске Калмыкову Р.И. к             ООО «Страховая компания «Инногарант» о взыскании страхового возмещения и процентов за пользование чужими денежными средствами отказано. Принимая такое решение, суд исходил из того, что отказ в выплате страхового возмещения соответствует положениям п. 8.2.7 Правил комплексного страхования при том, что в нарушение п. 9.2.2 Правил  Калмыковым Р.И. не представлены в подтверждение наступления страхового случая документы, выданные компетентными органами.

С такими суждениями не  согласилась судебная коллегия исходя из следующего.

Согласно подписанному Калмыковым Р.И. и ООО «Страховая компания «Инногарант» страховому полису от 11 марта 2009 года одним из условий страхования является выплата страхового возмещения без учета износа по заменяемым запасным частям путем направления на ремонт либо расчет по калькуляции (форму возмещения выбирает страхователь), страхователем  избрана программа обслуживания «С.», по которой организация обслуживания  включает в себя, в частности, вызов на место происшествия представителей ГИБДД/ОВД, а также консультирование клиента по вопросам, связанным с происшествием, в том числе, по вопросам получения страхового возмещения.

Кроме того, в соответствии со страховым полисом Калмыков Р.И. ознакомлен с Правилами комплексного страхования средств наземного транспорта ООО «СК «ИННОГАРАНТ», согласно которым страховщик имеет право отказать в выплате страхового возмещения в случае, в частности, непредъявления страховщику документов, перечисленных в п. 9.2 правил (п. 8.2.7), в состав которых включены документы, выданные компетентными органами, подтверждающие страховое событие, в которых указаны место, время, причины, обстоятельства и последствия происшествия, описание застрахованного ТС, перечень полученных повреждений и иные сведения (п. 9.2.2).

При этом страховщик после получения всех запрошенных документов и проведения осмотра ТС принимает решение о признании/непризнании события страховым случаем, на основании которого осуществляет выплату страхового возмещения либо направляет письменное извещение о полном или частичном отказе в выплате  с указанием причин отказа в течение 15 дней по риску «УЩЕРБ» (п. 10.17).

Из приведенных положений договора страхования следует, что при избранной страховщиком программе обслуживания «Стандарт» обязанность по вызову сотрудников ГИБДД возлагается на сотрудника страховой компании, а страховщик до принятия решения об отказе в выплате страхового возмещения обязан запросить документы, перечисленные в п. 9.2.2 Правил страхования.

В то же время, как видно из материалов дела, Калмыков Р.И. после обнаружения факта причинения повреждений застрахованному транспортному средству поставил об этом в известность страховщика, сотрудник которого Ч. прибыл на место происшествия, не осуществил вызов сотрудников ГИБДД и не указал на необходимость вызова сотрудников ГИБДД страхователю, лишь присутствуя при осмотре поврежденного транспортного средства оценщиком, после чего страховщик отказал в выплате страхового возмещения по мотиву непредставления Калмыковым Р.И. справки ГИБДД, также не разъяснив необходимость представления такого документа.

Таким образом, несмотря на надлежащее исполнение Калмыковым Р.И. своих обязательств по договору страхования, ответчик свои обязанности не исполнил, что повлекло за собой неправомерный отказ в выплате страхового возмещения.

При таких обстоятельствах решение суда отменено с вынесением нового решения об удовлетворении исковых требований.

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПРАВОМ СОБСТВЕННОСТИ НА ИМУЩЕСТВО

1. При разрешении спора об оспаривании отказа УФРС по Калининградской области в государственной регистрации перехода права собственности в порядке приватизации на квартиру, расположенную в границах национального парка, суд исходил из положений Федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях», не учтя при этом положения Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», который является специальной нормой, подлежащей применению к спорным правоотношениям.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда в удовлетворении заявления Костенковой Г.Н. об оспаривании отказа Управления Федеральной регистрационной службы по Калининградской области в государственной регистрации перехода права собственности на квартиру № дома № по ул. С. в пос. Р., З. района Калининградской области отказано. При этом суд первой инстанции исходил из того, что указанная квартира расположена в границах национального парка «Куршская Коса», а в силу п. 5 ст. 16 Федерального закона от 14 марта 1995 года № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» земельные участки в границах национальных парков, а также находящиеся на них здания, сооружения, помещения не подлежат приватизации.

С такими суждениями судебная коллегия не согласилась.

Действительно, на основании п. 5 ст. 16 Федерального закона от 14 марта 1995 года № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» земельные участки в границах национальных парков, а также находящиеся на них здания, сооружения, помещения не подлежат приватизации.

Вместе с тем, согласно ст. 12 названного Федерального закона национальные парки являются природоохранными, эколого-просветительскими и научно-исследовательскими учреждениями, территории (акватории) которых включают в себя природные комплексы и объекты, имеющие особую экологическую, историческую и эстетическую ценность, и предназначены для использования в природоохранных, просветительских, научных и культурных целях и для регулируемого туризма (п. 1); здания, сооружения, историко-культурные и другие объекты недвижимости закрепляются за национальными парками на праве оперативного управления (п. 5).

В соответствии со ст. 13 упомянутого Федерального закона на национальные парки возлагаются следующие основные задачи: сохранение природных комплексов, уникальных и эталонных природных участков и объектов, сохранение историко-культурных объектов, экологическое просвещение населения и т.п.

По смыслу приведенных положений закона в совокупности с нормой п.5 ст. 16 Федерального закона от 14 марта 1995 года № 33-ФЗ не подлежат приватизации здания, сооружения, помещения, расположенные в границах национальных парков и необходимые последним для выполнения задач национальных парков.

Согласно материалам дела квартира № дома № по ул. С. в пос.Р., З. района расположена в границах национального парка «Куршская коса», распоряжением территориального управления Федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Калининградской области от 24 октября 2007 года данный жилой дом передан в собственность МО «Сельское поселение Куршская коса» по акту приема-передачи от 9 ноября 2007 года с одновременным прекращением на него права оперативного управления Государственного учреждения «Куршская коса», после чего данный жилой дом включен в реестр муниципальной собственности и по договору от 10 декабря 2008 года передан администрацией МО «Сельское поселение Куршская коса» в единоличную собственность Костенковой Г.Н. на основании Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

Статьей 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» установлен исчерпывающий перечень жилых помещений, которые не подлежат приватизации, и к которым не относятся жилые помещения, расположенные в границах национальных парков и не имеющие существенного отношения к выполнению задач национальных парков.

Таким образом, положения ст. 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» являются специальной нормой, подлежащей применению к спорным правоотношениям, что не было учтено регистрирующим органом при отказе в государственной регистрации перехода права собственности на жилой дом, а также судом первой инстанции при рассмотрении настоящего спора.

Поскольку иных оснований к отказу в государственной регистрации перехода права собственности на квартиру не представлено, судебная коллегия пришла к выводу о том, что отказ УФРС по Калининградской области в государственной регистрации перехода к Костенковой Г.Н. права собственности на жилое помещение является незаконным и нарушает законные права заявительницы на приватизацию занимаемого жилого помещения.

Решение суда отменено с вынесением нового решения об удовлетворении заявления.

2. Решение о продаже с публичных торгов незавершенной реконструкцией квартиры  признано нарушающим право собственности на жилое помещение.

Решением  Центрального районного суда г. Калининграда  в отношении собственников Щербины А.Н. и А. принято решение о продаже с публичных торгов незавершенной реконструкцией квартиры № в доме № по ул. Ч. в г. Калининграде с выплатой собственникам вырученных от продажи указанного помещения денежных средств за вычетом расходов на исполнение судебного решения.

Судебная коллегия указанное решение  отменила по следующим основаниям.

Статьей 293 ГК РФ предусмотрено прекращение права собственности на бесхозяйственно содержимое жилое помещение. В соответствии с указанной нормой закона, если собственник жилого помещения использует его не по назначению, систематически нарушает права и интересы соседей, либо бесхозяйственно обращается с жильем, допуская его разрушение, орган местного самоуправления может предупредить собственника о необходимости устранить нарушения, а если они влекут разрушение помещения — также назначить собственнику соразмерный срок для ремонта помещения. Если собственник после предупреждения продолжает нарушать права и интересы соседей или использовать жилое помещение не по назначению, либо без уважительных причин не произведет необходимый ремонт, суд по иску органа местного самоуправления может принять решение о продаже с публичных торгов такого жилого помещения с выплатой собственнику вырученных от продажи средств за вычетом расходов на исполнение судебного решения.

Судом установлено, что квартира № в доме № по ул. Ч. в г. Калининграде принадлежит на праве общей долевой собственности Щербине А.Н. (1/3 доли в праве) и   Щербина А.А. (2/3 доли в праве). Постановлением мэра города Калининграда от 17 августа 2005 года № «О реконструкции жилого дома № -№ по улице Ч.» ответчикам Щербина А.Н. и А. была согласована реконструкция занимаемой ответчиками квартиры № данного дома, с устройством её второго уровня. В соответствии с  п. 2.4 указанного постановления ответчиками было получено разрешение на строительство, выданное комитетом архитектуры и градостроительства мэрии города Калининграда 22 марта 2007 года. Срок действия разрешения на строительство установлен до 22 марта 2008 года. Реконструкция квартиры № в доме № была начата.

17.07.2007 г. Службой ГАСН Калининградской области проведена проверка качества произведенных ответчиками работ по реконструкции объекта и их соответствия требованиям технических регламентов и проектной документации, по результатам которой застройщику Щербина А.Н. выдано соответствующее предписание о необходимости получения технических заключений лицензированной организации о состоянии несущих и ограждающих конструкций в срок до 18.08.07 г. Кроме того, за выявленные в ходе проверки нарушения Щербина А.Н. был привлечен к административной ответственности.

Комиссией администрации Центрального района городского округа «Город Калининград» представлен акт обследования объекта реконструкции от 7 сентября 2009 года, которым установлено следующее: возведены наружные стены, штукатурка отсутствует; устроена кровля из металлочерепицы; выполнена штукатурка стояка вентиляции и дымоотведения; оконные и   дверные   проемы   по   периметру   реконструируемого помещения не закрыты (отсутствуют оконные и дверные блоки);  полностью отсутствует водоотливная система.

В связи с тем, что на спорном объекте  строительные работы длительное время (почти три года) не ведутся и реконструкция объекта в установленный разрешением на строительство срок до 28 марта 2008 года  не завершена, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ответчики своими действиями нарушают вышеуказанные требования действующего законодательства и права собственников помещений многоквартирного дома, поскольку своим бесхозяйственным обращением с жильем создают условия, приводящие в негодность жилые помещения и общее имущество данного дома.

Вместе с тем, вывод суда первой инстанции о том, что  ответчики бесхозяйно содержат квартиру, нарушают интересы соседей умышленно, ничем не подтвержден.

Более того, судебная коллегия указала, что, решая вопрос о продаже квартиры с торгов, суд не учел нарушения прав несовершеннолетнего собственника А. и не проверил вопрос о наличии у ответчиков другого жилья.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что принятые судом меры по продаже квартиры являются чрезмерно суровыми, нарушающими право собственности ответчиков на жилое помещение.

С учетом указанных обстоятельств решение отменено.

В то же время судебная коллегия посчитала  необходимым предупредить Щербину А.Н., С. как представителя несовершеннолетней А. о необходимости завершения реконструкции квартиры, предоставив им для этого срок до 30 ноября 2010 года.

НАСЛЕДСТВЕННЫЕ СПОРЫ

1. Суд отказал в удовлетворении требований о присуждении обязательной доли в наследстве без исследования в достаточной мере имущественного положения наследника, имеющего право на такую долю.

Решением  Зеленоградского  районного суда   Калининградской области в удовлетворении исковых требований Печко З.Н. о присуждении ей обязательной доли в наследстве отказано. Исковые требования Дрокина Н.Н. удовлетворены. Жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, сохранен в реконструированном виде по состоянию на 29 октября 2007 года. За Дрокиным Н.Н. признано право собственности на указанный жилой дом в порядке наследования по завещанию после смерти 27 ноября 2008 года М.

Судебная коллегия отменила указанное решение суда в части отказа в  удовлетворении  требований Печко З.Н.  о присуждении  ей обязательной доли в наследстве и признании за Дрокиным  Н.Н. права собственности  в порядке наследования на все домовладение по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела,  наследственное имущество, открывшееся  после смерти М., является жилой дом № по ул. В. в пос. Л. З-го района Калининградской области. При жизни наследодатель завещала  домовладение  своему сыну Дрокину Н.Н. Данное домовладение  является единственным и постоянным местом его жительства. Как установил суд, Дрокин Н.Н. постоянно проживал со своей матерью, предоставлял ей необходимый уход,  содержал жилой дом, своими силами  производил в нем ремонт, в том числе в 2007 г.  произвел в нем  перепланировку и реконструкцию.

Не ставя  под сомнение правильность выводов суда о  сохранении жилого  дома в реконструированном виде, вместе с тем,  судебная коллегия не согласилась с обоснованностью решения  суда в части отказа в удовлетворении требований Печко З.Н. о присуждении ей обязательной доли в наследстве.

Так, право на обязательную долю в наследстве предусмотрено законодателем в целях защиты интересов лиц, которые в силу возраста либо состояния здоровья не могут самостоятельно обеспечить себя в полном объеме средствами к существованию.

В то же  время  ч. 4 ст. 1149 ГК РФ  предусмотрено,  что если осуществление права на обязательную долю в наследстве повлечет за собой невозможность передать наследнику по завещанию имущество, которым наследник, имеющий право на обязательную долю, при жизни наследодателя не пользовался, а наследник по завещанию пользовался для проживания (жилой дом, квартира, иное жилое помещение, дача и тому подобное) суд может с учетом имущественного положения наследников, имеющих право на обязательную долю, уменьшить размер обязательной доли или отказать в ее присуждении.

Печко З.Н. входит в круг наследников  по закону, поскольку является  дочерью наследодателя. На момент смерти матери Печко З.Н. являлась нетрудоспособной – пенсионеркой по возрасту, соответственно, в силу требований ст. 1149 ГК РФ   вправе была  бы  претендовать на обязательную долю в наследстве.  Суд, как следует из материалов дела,   отказал   в присуждении  истице  указанной доли исходя из того, что получаемая ею пенсия – 420000 белорусских рублей достаточна для обеспечения ее  средствами к существованию.

Между тем,  с таким выводом суда судебная коллегия  не согласилась, указав, что суд  не проверил в достаточной мере материальное положение данного истца.  Сам размер пенсии – 420000 белорусских руб.  еще не свидетельствует  об обеспеченности Печко З.Н. Как соотносится этот размер пенсии с  уровнем  жизни в Б. суд не проверил, кроме того, в материалах дела отсутствуют сведения  об имущественном положении Печко З.Н., наличия у нее  других средств к существованию – денежных сбережений, другого имущества, наличие которого могло бы свидетельствовать об отсутствии нуждаемости ее в дополнительной материальной защите.

На основании изложенного решение суда в части отказа в удовлетворении требований Печко З.Н. о присуждении ей обязательной доли в наследстве отменить,  а дело в этой части  направить в суд на новое рассмотрение.  Соответственно отменено и решение суда  в части признания за Дрокиным Н.Н. права собственности  в порядке наследования на все домовладение.

2. Компенсационные выплаты гражданам Российской федерации по вкладам в Сберегательном банке Российской Федерации осуществляются  не только владельцу вкладов, но и его наследникам.

Решением  Ленинградского районного суда г. Калининграда исковые требования         Лагода А.Н. к Территориальному управлению федерального агентства по управлению государственным имуществом по Калининградской области  о признании права собственности в порядке наследования на денежные компенсации по вкладам оставлены без удовлетворения.

Судебная коллегия указанное решение отменила в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела, и неправильным применением норм материального права.

Отказывая Лагода  В.Н. в удовлетворении заявленного иска, суд исходил из того, что с заявлением о принятии наследства после смерти матери — В.  истица не обращалась,  в связи  с чем наследственное дело к имуществу умершей В.  не заводилось, а доказательств, подтверждающих фактическое  принятие наследства, ею не представлено. Учтено судом и то, что  компенсация, начисляемая  на счета после смерти  наследодателя, не является  наследственным имуществом.

Однако с такими выводами суда первой инстанции судебная коллегия не согласилась.

Судом установлено, что мать истицы В., ДД,ММ,ГГГГ рождения, умерла 15 августа 2007 года. Из ответа Сберегательного Банка РФ  Калининградского отделения №  от 29 апреля 2010 года следует, что на имя В. имелись шесть счетов, которые закрыты в период времени с 2003 года по 20 августа 2007 года. Вклад по двум счетам выплачен Лагода А.Н. на основании завещательных распоряжений.

Названные счета  подлежат компенсации в соответствии с постановлением Правительства Российской федерации от 25 декабря 2009 года № 1092 «О порядке осуществления в 2010 году компенсационных выплат гражданам Российской федерации по вкладам в Сберегательном банке Российской Федерации».

Согласно указанным  Правилам  компенсационные выплаты по вкладам осуществляются  не только владельцу вкладов, но и его наследникам.

При таком положении  судебная коллегия указала, что суду следовало выяснить, является ли истица наследником после смерти матери, приняла ли она наследство,  определив при этом круг наследников.

Однако суд данные обстоятельства не проверил,  при рассмотрении дела  не выяснил у истицы, какое же именно наследственное  имущество, оставшееся  после смерти матери,  было  фактически принято ею, не предложил истице  представить суду соответствующие доказательства, подтверждающие эти обстоятельства.

При подтверждении данных обстоятельств тот факт, что истица не обратилась к нотариусу в предусмотренный законом 6-ти месячный срок для принятия наследства, пропустив его, с учетом положений ст.ст.1153, 1154 ГК РФ законным основанием к отказу в удовлетворении иска являться не может.

При таком положении решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С ПРИМЕНЕНИЕМ НАЛОГОВОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

1. При приобретении квартиры или прав на квартиру в строящемся доме право налогоплательщика на  имущественный налоговый вычет возникает с момента подписания акта о передаче квартиры и не зависит от времени регистрации права собственности. 

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда исковые требования      Титякова С.М. и Яковицкой О.В. удовлетворены.  Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы России № 9 по г. Калининграду обязана предоставить Титякову С.М. и Яковицкой О.В. имущественный налоговый вычет в размере 500 000 рублей каждому в дополнение к ранее предоставленному имущественному налоговому вычету по 500 000 рублей каждому. При этом суд исходил из того, что поскольку право собственности на квартиру у заявителей возникло после государственной регистрации  права 28 июля 2008 года, Титяков С.В. и Яковицкая О.В. имеют право на получение налогового вычета из налоговой базы по подоходному налогу общим размером до 2 000 000 рублей.

Однако судебная коллегия не согласилась с указанным выводом исходя из следующего.

Федеральным законом «О внесении изменений в часть первую, часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации», вступившим в силу с 1 января 2009 года, внесены изменения в абзац тринадцатый подпункта 2 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации в части увеличения максимального размера имущественного налогового вычета при строительстве либо приобретении жилья в Российской Федерации с 1 000 000 рублей до 2 000 000 рублей. В рамках предоставленной дискреции федеральный законодатель придал данным положениям обратную силу, распространив их на правоотношения, возникшие с 1 января 2008 года.

Как следует из подпункта 2 пункта 1 статьи 220 и пункта 3 статьи 210 Налогового кодекса Российской Федерации, право налогоплательщика уменьшить налоговую базу на сумму имущественного налогового вычета с учетом его предельно допустимого размера возникает с момента приобретения жилья: при приобретении квартиры, комнаты, доли (долей) в них на основании договора купли-продажи — с момента регистрации права собственности, а при приобретении прав на квартиру (доли в ней) в строящемся доме — с момента подписания акта приема-передачи.

Поскольку квартира приобретена по договору долевого участия в строительстве жилого дома и передана налогоплательщику согласно акту приема-передачи в 2007 году, то право на получение имущественного вычета у истцов  также возникло в 2007 году. Поэтому налогоплательщик вправе получить имущественный налоговый вычет в размере фактических произведенных расходов, но не более 1 000 000 рублей, начиная с 2007 года. При этом то обстоятельство, что свидетельство о государственной регистрации прав собственности на квартиру получено истцами в 2008 году,  правового значения в данном случае не имеет.

Решение районного суда отменено с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении  заявленных требований.

2. Действия налогового органа по безакцептному списанию с расчетного счета индивидуального предпринимателя налога, обязанность по уплате которого возникла у заявителя как физического лица, а не как предпринимателя, признаны незаконными. 

Решением  Зеленоградского  районного суда  Калининградской области в удовлетворении заявления Садыкова Р.А. о признании незаконным  требования об уплате налога на имущество физических лиц, признании незаконными решения и действий налогового органа  по безакцептному списанию с  его расчетного счета недоимки и пени  по указанному налогу отказано.

Судебная коллегия  не согласилась с указанным решением в части отказа Садыкову Р.А.  в удовлетворении  его требований о признании незаконными  решения и действий налогового органа  по безакцептному списанию с  его расчетного счета недоимки и пени  по налогу на имущество  физических лиц.

Как следует из материалов дела, 21 декабря 2009 года МИ ФНС России №10 по Калининградской области было  выставлено Садыкову Р.А. требование  об уплате  им недоимки по  налогу  на имущество физических лиц за 2009 г.  Как  следует из содержания требования и установлено судом,  объектом налогообложения является  домовладение – жилой дом, принадлежащий Садыкову Р.А. на праве собственности.

Соглашаясь с правильностью решения суда в части отказа Садыкову Р.А. в  признании незаконным  требования об уплате налога,  судебная  коллегия признала ошибочными выводы суда  о законности списания   налоговым  органом недоимки и пени по налогу  в безакцептном порядке.

В соответствии с требованиями ст. 46 НК РФ  такое списание задолженности по налогам  налоговый орган действительно вправе произвести  с расчетного счета индивидуального предпринимателя. Как следует из материалов дела, Садыков Р.А.  является индивидуальным  предпринимателем  и  у него имелся расчетный счет в «Инвестбанке».

Вместе с тем, в данной ситуации правовое значение имеет вид и существо налога, а также  субъект плательщика налога.   Так,  объектом налогообложения является  жилое помещение –  индивидуальный жилой дом, принадлежащий заявителю на праве собственности.  Обязанность  по уплате  налога на данный  вид имущества  возникла у  Садыкова Р.А.  как физического лица, а не  как предпринимателя.  При том, что факт использования  жилого  дома в предпринимательских  целях из материалов дела не следует.  В этой связи,  требования  об уплате  налога  на имущество,  не имеющего никакого  отношения  к предпринимательской деятельности Садыкова Р.А.,  могли быть предъявлены  к Садыкову Р.А. только как к физическому лицу; наличие у него  в данной ситуации  статуса индивидуального  предпринимателя  не имеет никакого отношения к  его обязанности  по уплате  указанного налога, в связи с чем порядок  принудительного взыскания налога, предусмотренный  требованиями         ст. 46 НК РФ к  указанной выше обязанности Садыкова Р.А., как физического лица, не применим.

На основании изложенного решение суда в указанной части отменено с вынесением нового решения, которым требования Садыкова Р.А. удовлетворены – признаны незаконными решение и действие МИ ФНС №10  по списанию в безакцептном   порядке   с расчетного счета Садыкова Р.А. недоимки и пени  по указанному налогу.

СПОРЫ, СВЯЗАННЫЕ С РЕАЛИЗАЦИЕЙ ПРАВА ГРАЖДАН РОССИЙСКОЙ

ФЕДЕРАЦИИ НА ТРУДОВЫЕ ПЕНСИИ

1. Выводы суда о возможности включения в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с педагогической деятельностью, периодов работы истицы в должности  педагога-психолога в дошкольном образовательном учреждении и в должности педагога  в основной общеобразовательной школе противоречат нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.    

Решением Советского городского суда Калининградской области иск Юсуповой Л.А. удовлетворен частично. Государственное учреждение – Управление Пенсионного фонда РФ в        г. Советске Калининградской области обязано зачесть в стаж Юсуповой Л.А., дающий право на досрочную пенсию по старости в связи с педагогической деятельностью, периоды работы: по совместительству в должности  тренера – преподавателя по легкой атлетике  ГС ДФСО Профсоюзов города Д. Республики Т. в период с 12 октября 1988 года по  4 января 1993 года; в должности педагога-психолога в МДОУ ЦРР детский сад «Родничок» с  5 января 1998 года по 1 сентября 2000 года; по совместительству в должности педагога МОУ ООШ №  с 1 сентября 2009 года по 8 ноября 2010 года.

Судебная коллегия решение суда частично отменила по следующим основаниям.

Разрешая спор, суд пришел к выводу, что в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельность в учреждениях для детей, подлежат включению периоды работы Юсуповой Л.А. по совместительству в должности педагога-психолога в МДОУ ЦРР детский сад «Р.» с 1 ноября 1999 года по 1 сентября 2000 года, а также по совместительству в должности педагога в МОУ ООШ №  с 1 сентября 2009 года по 8 ноября 2010 года.

Суд кассационной инстанции не согласился с указанным выводом, признав его не соответствующим действующему законодательству.

Судебная коллегия указала, что при рассмотрении требования Юсуповой Л.А. о включении в специальный педагогический стаж периода работы по совместительству на 0,5 ставки в должности педагога-психолога в МДОУ ЦРР детский сад «Р.» с 5 января 1998 года по 1 сентября 2000 года следовало руководствоваться пунктом 3 Постановления Правительства РФ от 22 сентября 1999 года № 1067 «Об утверждении списка должностей, работа в которых засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, и Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей», в соответствии с которым в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, засчитываются периоды работы до 1 ноября 1999 года в соответствии со Списком профессий и должностей работников народного образования, педагогическая деятельность которых в школах и других учреждениях для детей дает право на пенсию за выслугу лет по правилам статьи 80 Закона РСФСР «О государственных пенсиях в РСФСР», утвержденным Постановлением Совета Министров РСФСР от 6 сентября 1991 года № 463, а периоды работы после указанной даты — в соответствии со Списком и Правилами, утвержденными пунктом 1 настоящего Постановления.

Таким образом, решая вопрос о возможности зачета в специальный стаж периода работы Юсуповой Л.А. по совместительству на 0,5 ставки в должности педагога-психолога в МДОУ ЦРР детский сад «Р.» с 1 ноября 1999 года по 1 сентября 2000 года, суду следовало руководствоваться нормами пункта 3 Правил исчисления сроков выслуги для назначения пенсии за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 22 сентября 1999 года № 1067,  в соответствии с которыми работа в качестве педагога-психолога засчитывается в выслугу, дающую право на пенсию за выслугу лет в связи с педагогической деятельностью в школах и других учреждениях для детей, только в учреждениях социального обслуживания (пункт 13 раздела «Наименование учреждений» Списка).

Между тем, Юсупова Л.А. в указанный период работала в должности педагога-психолога в дошкольном образовательном учреждении, которое поименовано в п. 8 раздела «Наименование учреждений» Списка и не относится к учреждениям социального обслуживания, указанным в п. 13 раздела «Наименование учреждений» Списка.

Принимая во внимание указанные нормы, период работы истицы по совместительству в должности педагога-психолога в МДОУ ЦРР детский сад «Р.» за период, начиная с 1 ноября 1999 года, не может быть включен в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости по подп. 19 п. 1 ст. 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Не подлежит зачету в специальный стаж и период работы Юсуповой Л.А. в должности педагога-психолога в муниципальном общеобразовательном учреждении «Основная общеобразовательная  школа № г. С.» с 1 сентября 2009 года по 8 ноября 2010 года, поскольку в силу пункта 11 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости лицам, осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, в соответствии с подпунктом 19 пункта 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных Постановлением Правительства РФ от 29 октября 2002 года № 781, работа в должности педагога-психолога засчитывается в стаж работы в образовательных учреждениях для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, указанных в пункте 1.3 раздела «Наименование учреждений» списка, в специальных (коррекционных) образовательных учреждениях для обучающихся (воспитанников) с отклонениями в развитии, указанных в п. 1.5 раздела «Наименование учреждений» списка, в специальных учебно-воспитательных учреждениях открытого и закрытого типа, указанных в п. 1.6 раздела «Наименование учреждений» списка, в образовательных учреждениях для детей, нуждающихся в психолого-педагогической и медико-социальной помощи, указанных в пункте 1.1 раздела «Наименование учреждений» списка, и в учреждениях социального обслуживания, указанных в п. 1.13 раздела «Наименование учреждений» списка.

Как усматривается из материалов дела, истица работала в указанный период в должности педагог-психолог в муниципальном образовательном учреждении «Основная общеобразовательная школа № г. С.», которая не относится ни к одному из учреждений, из поименованных в пункте 11 указанных Правил, поэтому данный период работы не может быть зачтен в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости по подп. 19 п. 1 ст. 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

То обстоятельство, что истице на основании приказа от 1 сентября 2009 года № 41 было разрешено вести по совместительству 20 часов учебной нагрузки, само по себе не является основанием для включения вышеуказанного периода в специальный стаж, поскольку в педагогический стаж засчитывается работа в должностях, указанных в пункте 1 раздела «Наименование должностей» списка при условии ее выполнения в учреждениях, указанных в пунктах 1.1 – 1.14 раздела «Наименование учреждений» списка (пункт 3 Правил исчисления периодов работы).

При этом судом не принято во внимание, что занимаемая истицей должность согласно штатному расписанию на 2009 – 2010 учебный год отнесена к учебно-вспомогательному персоналу, а не к педагогическому персоналу.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия признала, что вывод суда о зачете в специальный стаж для досрочного назначения трудовой пенсии по старости периода работы истицы с 1 сентября 2009 года по 8 ноября 2010 года в должности педагога-психолога в МОУ «ООШ № г. С.» нельзя признать законным и обоснованным.

Таким образом, суд неправильно истолковал и применил нормы материального права, в связи с чем судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда в части включения в специальный стаж периодов работы Юсуповой Л.А. по совместительству в МДОУ ЦРР детский сад «Р.» с 1 ноября 1999 года по 1 сентября 2000 года, а также с 1 сентября 2009 года по 8 ноября 2010 года в должности педагога-психолога в МОУ «ООШ № г. С.»  подлежит отмене.

2. Дело о включении в стаж периодов работы, назначении досрочной трудовой пенсии по старости в связи с тяжелыми условиями труда направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

Решением Гвардейского районного суда Калининградской области признан  незаконным отказ Управления Пенсионного фонда РФ в Гвардейском районе Калининградской области в назначении досрочной пенсии по старости в связи с тяжелыми условиями труда Дудареву А.Ф. Суд обязал зачесть Дудареву А.Ф. в специальный стаж, дающий право на досрочную трудовую пенсию по старости за работу с тяжелыми  условиями  труда,  периоды его работы с 24.12.1975 года по 11.08.1981 года, с 03.10.1981 года по 14.01.1992 года в должности электрогазосварщика в Гвардейской передвижной механизированной колонне №; обязал Управление Пенсионного Фонда РФ в Гвардейском районе Калининградской области назначить Дудареву А.Ф. досрочно трудовую пенсию по старости по подпункту 2 пункту 1 статьи 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ»  с 06.10.2009 года.

Судебная коллегия отменила указанное решение исходя из следующего.

В соответствии со ст. 27 п. 1 п.п 2 Федерального закона № 173-ФЗ от 17.12.2001 года правом на досрочную пенсию по старости по Списку № 2 пользуются лица, достигшие 55 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда соответственно не менее 12 лет 6 месяцев и имеют трудовой стаж не менее 25 лет.

В случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность трудового стажа, трудовая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного ст. 7 настоящего Федерального закона.

Перечень работ с тяжелыми условиями труда, дающих право на досрочное назначение трудовой пенсии, установлен Списком №2 производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденным   Кабинетом Министров СССР от 26.01.1991 года № 10, согласно которому  (раздел XXXIII) право на льготное пенсионное обеспечение  имеют   «электрогазосварщики», занятые на резке  и ручной сварке на полуавтоматических машинах, а также на автоматических машинах с применением флюсов, содержащих вредные вещества не ниже 3 класса опасности.

Принимая решение о зачете в специальный стаж истца периоды его работы в качестве электрогазосварщика в Гвардейской ПМК-№, суд исходил из того, что о его работе в указанной должности имеются записи в трудовой книжке, а также из того, что истец выполнял работы связанные с резкой металла и ручной сваркой, что подтверждено показаниями допрошенных свидетелей П. и К.

Однако судебная коллегия указала, что из содержания записей в трудовой книжке истца следует лишь то, что он работал в указанной выше организации в должности элекрозазосварщика и не содержится указаний на характер выполняемой им работы. Он подтвержден только показаниями указанный выше свидетелей, что в соответствии со ст. 13 Федерального закона «О трудовых пенсиях в РФ» недопустимо. Истцом в кассационную инстанцию представлены копии приказов ПМК-№ за период, когда он там работал, но в них также не содержится указаний на характер выполняемой им работы.

В связи с изложенным судебная коллегия пришла к выводу, что решение суда в части, обязывающей ответчика зачесть в специальный стаж Дударева А.Ф. периоды его работы в должности электрогазосварщика в Гвардейской ПМК-№ и в части, обязывающей назначить ему досрочно трудовую пенсию по старости с 6 октября 2009 года, подлежит отмене.

Вместе с тем суд кассационной инстанции указал на то, что Дудареву А.Ф. ответчик не зачел в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение пенсии по старости, периоды его работы в Гвардейском ДРСУ с 20 января 1992 года по 14 июля 1998 года. Кроме того, отсутствуют сведения о зачете в этот стаж периода работы истца в ОАО «Гвардейский р.» с 4 марта 2008 года по настоящее время, хотя в дело представлена справка о характере выполняемой истцом работы. Указанные документы оставлены судом без соответствующей оценки, а вопрос о том, почему указанные периоды не были засчитаны Дудареву А.Ф. в специальный стаж и насколько это соответствует закону, суд не выяснил.

С учетом изложенного решение суда отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

ДЕЛА ОБ ОСПАРИВАНИИ ПОСТАНОВЛЕНИЙ ДОЛЖНОСТНЫХ ЛИЦ СЛУЖБЫ СУДЕБНЫХ ПРИСТАВОВ, ИХ ДЕЙСТВИЙ (БЕЗДЕЙСТВИЙ)

1. Судом ошибочно признан обоснованным отказ судебного пристава-исполнителя в возобновлении исполнительных производств. 

Решением Балтийского районного суда г. Калининграда в удовлетворении заявления Амбросова И.А. об оспаривании отказа в возобновлении исполнительных производств отказано. При этом суд первой инстанции исходил из того, что заочное решение суда от 18 февраля         2008 года, которым на Кулеш И.Н., Кулеш С.Н., Кулеш Н.Н. возложена обязанность устранить препятствия в пользовании Амбросовым И.А. жилым помещением и передать ему ключи от замков, исполнено, в связи с чем исполнительные производства в отношении должников окончены фактическим исполнением, а установка должниками нового замка и непредоставление взыскателю ключей от такого замка являются новыми обстоятельствами, которые не были предметом судебной проверки, в связи с чем Амбросов И.А. вправе поставить вопрос о защите своих прав путем предъявления самостоятельного иска.

С такими суждениями судебная коллегия не согласилась.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу решением суда от              18 февраля 2008 года на Кулеш И.Н., Кулеш С.Н., Кулеш Н.Н. возложена обязанность устранить препятствия в пользовании Амбросовым И.А. жилым помещением и передать ему ключи от замка входной двери в общем коридоре, через которую осуществляется проход к входной двери указанной квартиры, а также ключи от двух замков входной двери квартиры.

Такие ключи действительно были переданы Амбросову И.А., которому была предоставлена таким образом возможность доступа в жилое помещение, после чего исполнительные производства окончены на основании п.п. 1 п. 1 ст. 47 Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Однако после окончания исполнительных производств Амбросову И.А. не были переданы должниками ключи от нового замка, установленного Кулеш в двери квартиры, что свидетельствует о том, что решение суда в части возложения на Кулеш И.Н., Кулеш С.Н.,           Кулеш Н.Н. обязанности устранить препятствия в пользовании Амбросовым И.А. квартирой не устранены до настоящего времени, что не учтено судом первой инстанции.

В такой ситуации судебная коллегия признала, что Амбросов И.А. правомерно, в соответствии с п. 9 ст. 47 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», поставил перед ОСП Балтийского района г. Калининграда вопрос об отмене постановлений об окончании исполнительных производств ввиду необходимости повторного совершения исполнительных действий, в чем ему неправомерно было отказано.

Изложенные в решении суждения о возможности защиты нарушенных прав         Амбросова И.А. только путем предъявления нового иска (а не возобновления исполнительных производств) основаны на ошибочном толковании судом первой инстанции положений п. 9 ст. 47 Федерального закона «Об исполнительном производстве» и содержания решения от 18 февраля 2008 года.

На основании изложенного решении суда отменено с вынесением нового решения об удовлетворении заявления Амбросова И.А.

2.  Решение суда об отмене постановления судебного пристава-исполнителя о наложении ареста на имущество должника признано незаконным в связи с неправильным применением норм материального права. 

Решением Московского районного суда г. Калининграда жалоба Старостина С.М. удовлетворена. Отменено постановление судебного пристава-исполнителя ОСП Московского района г. Калининграда К. от 17 мая 2010 года о наложении ареста на имущество должника.

Судебная коллегия отменила указанное решение в связи с неправильным применением норм материального права.

Так, решением Ленинградского районного суда г. Калининграда в пользу АК С. банк  РФ со Старостина С.М. и И. взыскана задолженность по кредитному договору в размере 1 668 307,26 рублей  и обращено взыскание на транспортное средство «I.», принадлежащее Старостину С.М. и являющееся предметом залога  по кредитному договору. 02 апреля 2009 года  судебным приставом-исполнителем ОСП Московского района г. Калининграда  в отношении Старостина С.М. было возбуждено  исполнительное производство. 27 апреля 2009 года  судебным приставом-исполнителем было вынесено постановление об объединении исполнительного производства в отношении Старостина С.М. и исполнительного производства в отношении И. в сводное исполнительное производство. 19 мая 2009 года судебным приставом-исполнителем наложен арест  на автомобиль «I.», стоимостью 2 070 000 рублей. 30 июля 2009 года  автомобиль был выставлен на торги, на которых реализован не был, в связи с чем 5 августа  2009 года  судебный пристав-исполнитель вынес постановление о снижении цены имущества на 15%, однако и по этой цене автомобиль реализован не был. 14 мая 2010 года от взыскателя поступило  заявление об отказе принятия транспортного средства  и одновременно подано заявление о наложении ареста на имущество должника. 17 мая 2010 года судебным приставом-исполнителем К. в целях исполнения исполнительного документа был наложен арест на принадлежащие Старостину С.М. автомобили: «I.», «М.», «С.», «Ф.».

Отменив указанное постановление судебного пристава-исполнителя, суд сослался на п. 3 ч. 1 ст. 43 ФЗ «Об исполнительном производстве», предусматривающей прекращение исполнительного производства, а также указал, что судебный пристав-исполнитель обязан был возвратить исполнительный лист взыскателю на основании п. 5 ч. 1 ст. 46 названного Закона в связи с отказом взыскателя оставить за собой имущество должника, не реализованное при исполнении исполнительного документа.

Однако с выводами суда судебная коллегия не согласилась.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 43 ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительное производство прекращается судом в случае отказа взыскателя от получения вещи, изъятой у должника при исполнении исполнительного документа, содержащего требование о передаче ее взыскателю.

Данная норма предусматривает прекращение исполнительного производства в случае отказа взыскателя от получения вещи, которая подлежала передаче ему на основании исполнительного производства.

По исполнительному документу со Старостина  С.М. взысканы денежные средства и обращено взыскание на заложенный автомобиль, поэтому в данном случае положения  п. 3 ч. 1 ст. 43 ФЗ «Об исполнительном производстве» не применимы.

В соответствии с  п. 5 ч. 1 ст. 46 Закона исполнительный документ, по которому взыскание не производилось или произведено частично, возвращается взыскателю, если взыскатель  отказался оставить за собой имущество должника, не реализованное при исполнении исполнительного документа.

Вместе с тем, согласно п. 13 ст. 28.1 Закона РФ «О залоге»  при объявлении несостоявшимися повторных торгов залогодержатель вправе оставить предмет залога за собой с оценкой его в сумме до 10% ниже, чем начальная продажная цена на повторных торгах. Если залогодержатель не воспользовался этим правом, договор о залоге прекращается.

Аналогичное правило предусмотрено п. 6 ст. 350 ГК РФ, которая также предусматривает, что при недостаточности суммы, вырученной от реализации заложенного имущества, взыскатель вправе получить  недостающую сумму из прочего имущества должника.

Действующее законодательство не исключает возможность при прекращении  договора залога обращения взыскания на другое имущество должника в общем порядке, в том числе и на имущество, ранее являвшееся предметом залога.

Поскольку в общем порядке обращение взыскания на имущество Старостина C.М. не производилось, выводы суда, основанные на положениях п. 5 ч. 1 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве» также являются ошибочными.

Таким образом, судебная коллегия пришла к выводу, что у суда отсутствовали законные основания для отмены постановления судебного пристава-исполнителя от 17 мая 2010 года об обращении взыскания на имущество Старостина С.М.  Решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе Старостину С.М. в удовлетворении его заявления.

ИНЫЕ КАТЕГОРИИ ДЕЛ

1. Решение суда о признании договора долевого инвестирования строительства недействительным  отменено в связи с неправильным применением норм материального права. 

Решением Зеленоградского районного суда Калининградской области исковые требования Лазаревой-Бойковой О.С. удовлетворены. Договор № долевого инвестирования строительства от 05 мая 2009 года, заключенный между ООО «КДСтрой» и Б. об инвестировании строительства секции №  в сблокированном коттедже со строительным номером № в гостиничном комплексе коттеджного типа, расположенном по адресу: <адрес>, признан недействительной сделкой. Применены последствия недействительности ничтожной сделки путем погашения записи о регистрации указанного договора в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним. Определено, что судебное решение является основанием для государственной регистрации договора № долевого инвестирования строительства от  04 апреля 2008 года, заключенного между ООО «КДСтрой» и Лазаревой-Бойковой О.С. об инвестировании строительства секции №  в сблокированном коттедже со строительным номером № в гостиничном комплексе коттеджного типа, расположенном по адресу: <адрес>. За Лазаревой-Бойковой О.С. признано право собственности на 1/6 доли в праве собственности на указанный незавершенный строительством объект со степенью готовности  42 %.

Судебная коллегия отменила указанное решение в связи с неправильным применением норм материального права, неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для дела.

Как видно из материалов дела, постановлением главы МО «Зеленоградский район» от 20.04.2006 г. № ООО «М.» был предоставлен в аренду земельный участок сроком на 3 года, расположенный по адресу: <адрес> на период проектирования и строительства гостиничного комплекса коттеджного типа. 20.04.2006 г. между администрацией МО «Зеленоградский район» и ООО «М.» был заключен договор аренды указанного земельного участка.

11 декабря 2006 года ООО «М.» было выдано разрешение на строительство гостиничного комплекса по <адрес> на указанном земельном участке.

01 марта 2007 года между ООО «М.» и ООО «КДСтрой» был заключен договор инвестирования строительства, согласно которому заказчик-застройщик ООО «М.» передает инвестору ООО «КДСтрой» право частичного инвестирования строительства указанного объекта с получением ООО «КДСтрой» права собственности на часть объекта в виде 46 коттеджей. В соответствии с условиями указанного договора и дополнительными соглашениями к нему застройщиком ООО «М.» были переданы ООО «КДСтрой» полномочия на заключение договоров долевого инвестирования строительства с третьими лицами.

03 апреля 2008 года между ООО «КДСтрой» и Лазаревой-Бойковой О.С. был заключен договор долевого инвестирования строительства №, по которому инвестор, на основании договора инвестирования строительства № от 01 марта 2007 года, заключенного между ООО «М.» и ООО «КДСтрой», привлекает соинвестора для инвестирования объекта долевого строительства –блокированного дома со строительным номером №, секция № . Согласно п. 4.1. договора размер инвестиционного взноса составляет 1 412 889 рублей 37 копеек.

03 апреля 2008 года между ООО «КДСтрой» и Лазаревой-Бойковой О.С. был заключен еще один договор долевого инвестирования строительства того же объекта с указанием размера инвестиционного взноса — 1 587 110 рублей 63 копейки.

Государственную регистрацию указанные договоры не проходили.

05 мая 2009 года на тот же объект ООО «КДСтрой»  заключило договор долевого инвестирования строительства № с Б. 19.06.2009 года данный договор был зарегистрирован в УФРС по Калининградской области.

Удовлетворив исковые требования Лазаревой-Бойковой О.С., суд сослался на то, что заключенные с ней договоры долевого инвестирования строительства соответствуют требованиям Федерального закона от 30.12.2004 г. № 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости…». При этом суд признал, что истица действовала добросовестно, с достаточной  осмотрительностью, полностью произвела оплату в соответствии с условиями  договора, неоднократно обращалась в ООО «КДСтрой» по вопросу о государственной регистрации договора, однако ООО «КДСтрой», не подготовило необходимые документы и фактически уклонялось от регистрации сделки, а затем в нарушение обязательств перед Лазаревой-Бойковой О.С. заключило на тот же объект договор долевого инвестирования строительства с Б., которым не представлены доказательства, подтверждающие оплату по договору от 05 мая 2009 года и согласно справке ООО «КДСтрой» оплата по указанному договору долевого участия в строительстве им не произведена.  В связи с нарушением в отношении истицы положений ст. ст. 10, 309, 310 ГК РФ и ст. 6 Закона № 214-ФЗ от 30.12.2004 года суд пришел к выводу о том, что заключенный между ООО «КДСтрой» и Б. договор является ничтожной сделкой. Суд также пришел к выводу о наличии оснований для государственной регистрации заключенного с истицей договора  и признания за ней права собственности на незавершенный объект недвижимости.

Однако с такими выводами судебная коллегия не согласилась.

В соответствии с п. 3 ст. 4 Федерального Закона от 30 декабря 2004 г. №214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» договор участия в долевом строительстве заключается в письменной форме, подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

 В силу п. 2 ст. 27 названного Закона на возникшие между ООО «КДСтрой» и истицей правоотношения, связанные с привлечением денежных средств для строительства объекта недвижимости, распространяются положения данного Закона, поскольку разрешение на строительство застройщиком получено после  вступления  закона в действие, т.е. после  01.04.2005 года.

Таким образом, заключенный между ООО «КДСтрой» и Лазаревой-Бойковой О.С. договор долевого инвестирования строительства блокированного коттеджа от 03.04.2008 года подлежал государственной регистрации и мог считаться заключенным только с момента такой регистрации. Между тем, как установлено судом, государственную регистрацию данный договор не проходил, т.е. на момент заключения с Б. договора от 05 мая 2009 года заключенный в  установленном законом  порядке договор на тот же объект строительства с истицей отсутствовал.

Судебная коллегия также указала, что в случае уклонения ООО «КДСтрой» от регистрации заключенного с истицей договора долевого инвестирования строительства, она вправе была обратиться в суд с иском о  регистрации указанного договора. Однако с таким требованием истица обратилась в суд лишь в сентябре 2009 года, т.е. после заключения в установленном законом порядке договора долевого инвестирования строительства между ООО «КДСтрой» и Б.

Надлежащая правовая оценка указанным выше обстоятельствам судом не дана.

Суд кассационной инстанции признал не основанным на законе и вывод суда о признании за истицей права собственности на 1/6 доли в праве на незавершенный строительством объект, поскольку предметом заключенного с ней договора являлся самостоятельный объект строительства в  виде секции в сблокированном коттедже.

В то же время, по утверждению Б. в кассационной жалобе, первоначально с ним был заключен договор долевого инвестирования строительства на спорную секцию 05 сентября 2007 года, по которому полностью произведена оплата в размере 3 441 182,98 рублей. В подтверждение этого им представлены копия договора и копия квитанции к приходному кассовому ордеру. Эти обстоятельства влияют на выводы суда по существу дела, поэтому подлежат проверке и оценке судом в совокупности и взаимосвязи с другими доказательствами.

С учетом изложенного выводы суда о ничтожности заключенного между ООО «КДСтрой» и Б. договора долевого инвестирования строительства в связи с  наличием заключенного ранее между ООО «КДСтрой» и истицей договора долевого инвестирования спорного объекта строительства судебная коллегия признала необоснованными.

Решение суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

2. Суд необоснованно признал сделку купли-продажи земельного участка недействительной, как совершенную под влиянием заблуждения.

Решением  Центрального районного суда г. Калининграда  исковые требования Мерзляковой Е.В. к Жарикову В.Е. о государственной регистрации перехода права собственности на земельный участок, расположенный в с/т «У.», от Жарикова В.Е. к Мерзляковой Е.В. оставлены без удовлетворения. Исковые требования Жарикова В.Е.  удовлетворены, признан недействительным договор купли-продажи данного земельного участка от 05 мая 2010 года, заключенный между Жариковым В.Е. и Мерзляковой Е.В., с возвратом Жарикову В.Е. указанного земельного участка. Взысканы с Жарикова В.Е. в пользу Мерзляковой Е.В. уплаченные по договору денежные средства в размере 400 000 рублей.

Принимая такое решение, суд исходил из того, что с  учетом  назначения спорного земельного участка «для ведения садоводства», действующего законодательства, позволяющего Жарикову В.Е. в упрощенном порядке зарегистрировать право собственности на садовый домик, как жилое строение, а также возможности признания указанного строения пригодным для постоянного проживания, отсутствия у Жарикова В.Е. с 30 марта 2010 года регистрации по месту постоянного проживания в связи с продажей квартиры и решением суда об отказе в признании договора купли-продажи квартиры недействительным, возраста лица – ДД,ММ,ГГГГ рождения (72 года) и отсутствия у него специальных познаний в юриспруденции, Жариков В.Е., заключая сделку о продаже земельного участка за цену в размере его кадастровой стоимости, без учета стоимости построек и насаждений, заблуждался относительно реальной цены продаваемого земельного участка. С учетом указанных обстоятельств суд пришел к выводу, что названная сделка противоречит действительной воле продавца, и он совершил её под влиянием заблуждения. Данное заблуждение, имевшее место на момент совершения сделки 05 мая 2010 года, суд признал существенным и влекущим признание сделки недействительной по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ.

С такими выводами не согласилась судебная коллегия, указав, что исходя из смысла с ч.1 ст.178 ГК РФ существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Так, стороны определили цену сделки соглашением сторон в соответствии со ст.ст.421, 424 ГК РФ, при этом права Жарикова В.Е. на самостоятельное определение цены продаваемого им земельного участка не были ограничены. Тот факт, что после заключения сделки Жариков В.Е. передумал относительно определенной цены продаваемого им земельного участка, не может свидетельствовать о недействительности сделки.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признала, что заблуждение относительно цены сделки не является существенным, влекущим за собой признание сделки недействительной, поскольку цена сделки не относится к перечисленным ч.1 ст.178 ГК РФ признакам.

На основании изложенного решение суда в части удовлетворения исковых требований Жарикова В.Е. отменено с вынесением нового решения об отказе в иске.

Отменено и решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований Мерзляковой Е.В., поскольку судом неправильно применены нормы материального права.

Учитывая, что сделка купли-продажи земельного участка заключена в письменной форме, в договоре определен его предмет и все условия сделки, которые не противоречат закону, однако Жариков В.Е. уклонился от регистрации перехода права на земельный участок, судебная коллегия вынесла в этой части новое решение о регистрации перехода права собственности на земельный участок от Жарикова В.Е. к Мерзляковой Е.В.

3. Изменение способа и порядка исполнения решения суда не является основанием для прекращения исполнительного производства по данному делу, поскольку  возможность исполнить решение суда не утрачена.

Определением Гусевского городского суда Калининградской области суд в удовлетворении заявления ГОУ СПО «Гусевский агропромышленный колледж» о замене должника отказал; заявление Шарковой С.А. об изменении способа и порядка исполнения решения суда, заявление судебного пристава-исполнителя ОСП Гусевского района о прекращении исполнительного производства удовлетворил; изменил способ и порядок исполнения решения Гусевского городского суда от 29.09.2003 года о предоставлении Шарковой С.А. в первоочередном порядке жилого помещения и взыскал с ГОУ СПО «Гусевский агропромышленный колледж» в пользу Шарковой С.А. 1 100 000 рублей для покупки жилого помещения; исполнительное производство о предоставлении в первоочередном порядке администрацией ГОУ СПО «Гусевский агропромышленный колледж» Шарковой С.А. на семью из 4 человек благоустроенного жилого помещения жилой площадью не менее 36 кв.м., отвечающего санитарным и техническим требованиям, прекратил.

Судебная коллегия частично отменила указанное определение по следующим основаниям.

Решением Гусевского городского суда от 29 сентября 2003 года на администрацию ФГОУ СПО «Г. сельхозтехникум» возложена обязанность предоставить Шарковой С.А. в первоочередном порядке на семью из 4 человек благоустроенное жилое помещение, жилой площадью не менее 36 кв.м., отвечающее санитарным и техническим требованиям. Решение суда вступило в законную силу 10 октября 2003 года. Данное решение суда не исполнено до настоящего времени.

Как следует из решения Гусевского городского суда от 29.09.2003 года, Шаркова С.А. при обращении в суд ставила вопрос о первоочередном предоставлении ей жилого помещения, судом принято решение именно о первоочередном предоставлении Шарковой С.А. жилого помещения.

Нормы ЖК РСФСР, действовавшего на момент принятия судом данного решения суда, предусматривали возможность предоставления жилого помещения в первоочередном порядке только для постоянного проживания.

С учетом изложенных обстоятельств судебная коллегия признала, что суд обоснованно удовлетворил требования Шарковой С.А. об изменении способа и порядка исполнения решения суда, взыскав в ее пользу денежные средства для покупки жилья.

Поскольку при изменении способа или порядка исполнения решения, то есть изменении одного вида исполнения решения суда другим, суд не вправе поменять ответчика, на которого наложено обязательство по предоставлению жилья, суд правильно определил, что денежные средства для приобретения Шарковой С.А. жилого помещения должны быть взысканы с ГОУ СПО «Гусевский агропромышленный колледж». Никаких законных оснований для вынесения определения о замене должника на МО «Г. муниципальный район» или других юридических лиц нет.

Вместе с тем, судебная коллегия не усмотрела оснований для прекращения исполнительного производства, поскольку не утрачена возможность исполнить решение суда.

Согласно п. 2 ст. 43 Федерального закона «Об исполнительном производстве» исполнительное производство прекращается судом в случаях утраты возможности исполнения исполнительного документа, обязывающего должника совершить определенные действия (воздержаться от совершения определенных действий).

Изменение  способа исполнения решения суда как раз указывает на то, что возможность исполнения судебного решения существует, в связи с чем, определение суда в части прекращения исполнительного производства отменено.

4. Определение суда о замене должника в исполнительном производстве признано незаконным, поскольку суд пришел к неправильному выводу об утрате должником возможности исполнения судебного решения. 

Определением Зеленоградского районного суда Калининградской области заявление судебного пристава — исполнителя ОСП Зеленоградского района удовлетворено частично. Заявление должника Рожновой Е.В. о замене стороны в исполнительном производстве удовлетворено. Должник Рожнова Е.В. в исполнительном производстве, возбужденном на основании исполнительного листа, выданного Зеленоградским районным судом, заменена на К. В замене должника на С. судебному приставу-исполнителю ОСП Зеленоградского района отказано.

Судебная коллегия указанное определение отменила в части удовлетворения заявления Рожновой Е.В. по следующим основаниям.

Суд установил, что 21 мая 2010 года Рожнова Е.В. заключила договор купли-продажи части жилого дома № по ул. Л. в г. З. с К., за которой зарегистрировано право собственности на указанную часть дома, а собственником остальной части жилого дома по договору купли-продажи между Р. и С. является С.

Поскольку переданные К. и С. части жилого дома по договорам купли-продажи огорожены забором, обязанность по сносу части которого была возложена на Рожнову Е.В., суд пришел к выводу о том, что последняя утратила возможность исполнения судебного решения и подлежит замене правопреемником К.

С такими суждениями судебная коллегия не согласилась.

Как видно из материалов дела, вступившим в законную силу определением Зеленоградского районного суда от 17 мая 2010 года было удовлетворено заявление судебного пристава-исполнителя об изменении способа и порядка исполнения судебного решения, был изменен порядок исполнения решения суда от 01 июля 2009 года путем возложения на судебного пристава-исполнителя ОСП Зеленоградского района обязанности производства работ по сносу ограждения в части его расположения между жилыми домами  № и № по ул. Л. в г. З. за счет средств должника Рожновой Е.В., поскольку Рожнова Е.В. длительное время не исполняла возложенную на нее судом обязанность.

При таких обстоятельствах утрата Рожновой Е.В. возможности самостоятельного сноса части ограждения значения не имеет, возможность оплаты работ по сносу возведенной ею части ограждения Рожновой Е.В. не утрачена.

На основании изложенного определение суда в части удовлетворения заявления Рожновой Е.В. отменено с вынесением нового об отказе в удовлетворении заявления.

5.  Суд без достаточных оснований возложил на органы внутренних дел обязанность приостановить эксплуатацию  изолятора временного содержания.

Решением Краснознаменского районного суда Калининградской области условия содержания в ИВС при ОВД по Краснознаменскому муниципальному району признаны не соответствующими п. 11 ст. 17, ст.ст. 23, 24 Федерального Закона № 103-ФЗ от 15 июля 1995 года «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также п. 45,122,130,132 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел и возложена обязанность на Управление внутренних дел по Калининградской области и Отдел внутренних дел по Краснознаменскому муниципальному району приостановить эксплуатацию изолятора временного содержания при ОВД по Краснознаменскому району для приведения условий содержания в нём подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в соответствие с указанными нормами до 31 декабря 2010 года.

Соглашаясь с решением суда в части признания условий содержания в ИВС при ОВД по Краснознаменскому муниципальному району лиц, обвиняемых и подозреваемых в совершении преступлений, не соответствующими требованиям вышеуказанных нормативных актов, судебная коллегия изменила указанное решение, исключив возложение обязанности на УВД по Калининградской области и ОВД по Краснознаменскому муниципальному району приостановить эксплуатацию изолятора временного содержания при ОВД по Краснознаменскому району, оставив возложение обязанности по приведению условий содержания в нем подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в соответствие с указанными в решении нормами до            31 декабря 2010 года.

При этом суд кассационной инстанции исходил из того, что пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, на что ссылался в заявлении прокурор, и приостановление эксплуатации различные понятия. Обязанность по устранению выявленных нарушений является достаточной мерой, направленной на пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, учитывая при этом, что приостановление эксплуатации ИВС противоречит общественным интересам.

6. Решение суда в части отказа в удовлетворении требований о компенсации морального вреда отменено, поскольку суд не учел, что на правоотношения по оказанию услуг (выполнению работ) по ремонту автомототранспортных средств распространяется Закон  РФ  «О защите прав потребителей».

Решением Октябрьского  районного суда г.  Калининграда с ИП Кириченко В.П.  в пользу Бакшаевой С.В. взысканы расходы на восстановительный ремонт автомобиля в размере             49 165 рублей, расходы на проведение экспертизы в размере 2 300 рублей, в удовлетворении требований о взыскании упущенной выгоды,   компенсации морального вреда – отказано.

Судебная коллегия отменила указанное решение в части отказа Башкаевой С.В. в удовлетворении требований о компенсации морального вреда.

Так, судом установлено, что   31 октября 2009 года сын истицы Бакшаевой С.В. –.В. передал автомобиль «А.» в автомастерскую ИП Кириченко В.П. Указанный автомобиль был осмотрен и принят для производства ремонта сотрудником автомастерской  ИП Кириченко В.П. —  Д. В этот же день  около 24 часов работник ИП Кириченко  — П., принятый на работу автомойщиком на  автомойку ИП Кириченко, расположенную на территории автосервиса ИП Кириченко, после окончания рабочего дня, находясь в состоянии алкогольного опьянения,  взял из гаражного бокса автомобиль «А.» и поехал на нем кататься, в результате чего, не справившись с управлением, совершил наезд на бетонный столб. Автомобилю причинены технические повреждения, стоимость восстановительного ремонта которых согласно отчету ИП Ч. составила 49 165 руб.

Признав обоснованным вывод суда о том, что правоотношения, возникшие  между Бакшаевой С.В. и ИП Кириченко, вытекают из договора подряда и  регулируются  ст. ст. 702,          714 ГК РФ, судебная коллегия согласилась с решением суда в части взыскания в пользу Бакшаевой С.В. с ИП Кириченко В.П.  расходов на восстановительный ремонт автомобиля в размере 49 165 рублей.

Вместе с тем, выводы суда об отказе в удовлетворении требований Башкаевой С.В. о компенсации морального вреда судебная коллегия признала ошибочными.

Так, отказывая в удовлетворении указанных требований, суд исходил из того, что возникшие между сторонами правоотношения носят имущественный характер, следовательно, оснований для взыскания морального вреда в соответствии со ст. 151 ГК РФ, не имеется.

Однако, в соответствии с п. 1 ст. 35 Федерального закона от 07.02.1992 г. № 2300-1  «О защите прав потребителей» если работа выполняется полностью или частично из материала (с вещью) потребителя, исполнитель отвечает за сохранность этого материала (вещи). В случае полной или частичной утраты (повреждения) материала (вещи), принятого от потребителя, исполнитель обязан в трехдневный срок заменить его однородной вещью аналогичного качества или возместить цену утраченного (поврежденного) материала (вещи).

Таким образом, на правоотношения по оказанию услуг (выполнению работ) по ремонту автомототранспортных средств, возникшие между Бакшаевой С.В. и ИП Кириченко В.П., распространяется Закон  РФ  «О защите прав потребителей».

На основании изложенного, руководствуясь ст. 15 Закона «О защите прав потребителей», судебная коллегия пришла к выводу о наличии оснований для взыскания с ИП Кириченко В.П. в пользу Бакшаевой С.В. компенсации морального вреда, определив ее размер, исходя из характера и степени нравственных страданий истицы, степени вины ответчика, а также принципов разумности и справедливости,  в сумме 5000 руб.

7.  Вывод суда о  том, что инспектор ГОБ ДПС ГИБДД, возбуждая в отношении водителя транспортного средства дело об  административном правонарушении, действовал незаконно, признан ошибочным. 

Решением Центрального районного суда г. Калининграда исковые требования          Фадеева Р.С.удовлетворены частично. Взыскана с Комитета экономики, финансов и контроля администрации городского округа «Город Калининград» за счет казны муниципального образования — ГО «Город Калининград» в пользу Фадеева Р.С. в качестве компенсации морального вреда денежная сумму в размере 6000 руб., а также расходы по оплате госпошлины в размере 200 руб., всего 6 200 руб. В остальной части исковых требований  отказано.

С таким решением кассационная инстанция не согласилась.

Судом установлено, что 12 января 2010 года  инспектором ГОБ ДПС ГИБДД при УВД Калининградской области К. в отношении Фадеева Р.С. был составлен протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. На основании акта медицинского освидетельствования от 12 января 2010 года состояние опьянение у Фадеева Р.С. не установлено.

Принимая решение по делу, суд исходил из того, что возбуждение дела об административном правонарушении в отношении Фадеева Р.С. является незаконным, поэтому нельзя признать действия инспектора ГОБ ДПС ГИБДД при УВД Калининградской области К. по возбуждению в отношении Фадеева Р.С. дела об административном правонарушении соответствующими закону.

Между тем, судом не учтено следующее.

В силу ст. 28.1 КоАП РФ поводом к возбуждению дела об административном правонарушении является непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

Из содержания протокола об отстранении от управления транспортным средством, протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от         12 января 2010 года, составленных в отношении Фадеева Р.С., следует, что у него имелись признаки наркотического опьянения: покраснение глаз, нервозность, сухость во рту. От прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения он отказался.

В материалах дела имеется и медицинская справка от 12 января 2010 года, из содержания которой следует, что по результатам освидетельствования Фадеева Р.С. в медицинском учреждении обнаружены клинические признаки, позволяющие предположить наличие опьянения. Окончательное заключение будет вынесено по получении результатов химико-токсилогического исследования мочи.

Названная справка с достоверностью подтверждает, что у инспектора ГОБ ДПС ГИБДД при УВД Калининградской области К. имелись достаточные данные, указывающих на наличие события административного правонарушения.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что основания полагать, что инспектор ГОБ ДПС ГИБДД, возбуждая в отношении Фадеева Р.С. дело об  административном правонарушении, действовал незаконно, отсутствуют. Тот факт, что  результаты лабораторных исследований не подтвердили нахождение Фадеева Р.С. в состоянии наркотического опьянения, не влияет в данном случае на законность действий должностного лица.

Учитывая, что в силу ст. 151 и ст. 1069 ГК РФ подлежит компенсации моральный вред, причиненный незаконными действиями должностных лиц органов местного самоуправления, основания для удовлетворения иска Фадеева Р.С. отсутствуют. Решение суда отменено с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска.

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ НАРУШЕНИЯ

1. Судом необоснованно отменены меры по обеспечению иска по заявлению лица, не участвующего в деле.

В ходе рассмотрения гражданского дела по иску Национального Банка «Траст» (ОАО) к            Еремину В.В. о взыскании задолженности по кредитному договору определением судьи Ленинградского районного суда г. Калининграда от 4 мая 2009 года в целях обеспечения иска наложен арест в порядке ст. 139 ГПК РФ на принадлежащий  Еремину В.В. автомобиль «A.».

Заочным решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 июня 2009 года с Еремина В.В. в пользу НБ «Траст» (ОАО) взыскана задолженность по кредитному договору, а также судебные расходы.

14 июля 2010 года в суд поступило заявление У. об отмене указанных мер обеспечения иска, которое было обосновано тем, что с 21 апреля 2009 года названное транспортное средство принадлежит ей, она лишена права распорядиться автомобилем по собственному усмотрению.

Определение Ленинградского районного суда г. Калининграда заявление У. об отмене мер обеспечения иска удовлетворено —  отменен арест в отношении  вышеуказанного транспортного средства.

Судебная коллегия отменила указанное определение вследствие неправильного применения судом первой инстанции норм процессуального права.

В силу ч. 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению ответчика либо по инициативе судьи или суда.

Из материалов дела следует, что определением судьи от 4 мая 2009 года разрешен вопрос о составе лиц, участвующих в деле, при этом участниками процесса признаны истец и ответчик Еремин В.В., дело было рассмотрено судом в отсутствие Еремина В.В., сведения из МРЭО ГИБДД о том, что Еремин В.В. не является собственником указанного транспортного средства, поступили в суд 3 июля 2009 года, то есть после вынесения заочного решения от         26 июня 2009 года.

Таким образом, суд не располагал информацией о состоявшемся переходе права собственности на автомобиль и У. к участию в деле не привлекал.

Принимая во внимание, что в силу прямого указания закона меры обеспечения иска могут быть отменены только по заявлению ответчика или по инициативе суда, судебная коллегия пришла к выводу, что У. в рамках настоящего дела не вправе ставить вопрос об отмене мер обеспечения иска.

Определение отменено с вынесением нового определения об отказе в удовлетворении заявления.

2. Отказ суда в принятии мер по обеспечению иска признан необоснованным. 

Тульцева Л.В. обратилась в суд с иском к Тульцеву А.В. о разделе имущества супругов, в том числе квартиры № дома № по ул. К. в г. Г. В ходе рассмотрения дела Тульцевой Л.В. было заявлено ходатайство об обеспечении иска путем наложения запрета на совершение сделок с указанной квартирой.

Определение Гвардейского районного суда Калининградской области Тульцевой Л.В. отказано в удовлетворении заявления об обеспечении иска. При этом суд исходил из  недоказанности ею того обстоятельства, что непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Суд кассационной инстанции не согласился с указанными суждениями районного суда, указав, что заявленные Тульцевой Л.В. исковые требования свидетельствуют о том, что ею поставлен вопрос о разделе квартиры № дома № по ул. К. в г. Г., единоличным собственником которой в настоящее время значится ответчик Тульцев А.В., в связи с чем возможное отчуждение им этого жилого помещения может существенно повлиять на права истицы.

Судебная коллегия признала, что указанные обстоятельства дают основания полагать, что непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Определение суда отменено с разрешением вопроса по существу – ходатайство Тульцевой Л.В. об обеспечении иска удовлетворено, запрещено совершение любых сделок, связанных с отчуждением спорной квартиры.

Сбербанк России (ОАО) в лице Филиала Сбербанка России (ОАО) Зеленоградское отделение №7383 обратился в суд с иском к Грачеву В.М., Луниной А.Ю.,  Грачевой О.В. о взыскании с них в солидарном порядке задолженности по кредитному договору в  сумме               50 819, 97  рублей и расходов  по оплате госпошлины в размере  574, 86 рубля  с каждого.  При подаче иска истцом заявлено ходатайство о принятии мер по обеспечению иска в виде наложения ареста на имущество ответчиков в пределах цены иска.

Определением Зеленоградского районного суда Калининградской области в удовлетворении указанного ходатайства отказано. При этом суд исходил из того, что истец не представил суду доказательств, подтверждающих, что непринятие мер по обеспечению иска может затруднить или сделать невозможным исполнение  решения суда.

С такими выводами судебная коллегия не согласилась, указав, что банком заявлены исковые требования имущественного характера, вытекающие из неисполнения заемщиком своих обязательств по кредитному договору. При  заявлении ходатайства о принятии мер по обеспечению иска истцом было указано, что ответчики отказываются в добровольном порядке погасить образовавшуюся задолженность. При отсутствии принятых мер по обеспечению иска с ответчика будет невозможно взыскать сумму образовавшейся задолженности.

На основании изложенного судебная коллегия указала, что такие основания иска дают достаточные основания полагать, что непринятие мер по обеспечению иска в виде ареста на имущество ответчиков может затруднить или сделать невозможным исполнение решения суда.

Определение отменено с вынесением нового определения об удовлетворении ходатайства.

3.  Судом необоснованно удовлетворено ходатайство о замене истца. 

Коммерческий банк «Москоммерцбанк» (ООО) обратился в суд с иском к Козлову К.В. о взыскании задолженности по кредитному договору от 06 сентября 2007 года, обращении взыскания на заложенное имущество, расторжении кредитного договора, взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, взыскании расходов по уплате государственной пошлины.

Представителем Коммерческого банка «Москоммерцбанк» (ООО) 06 мая 2010 года в судебном заседании заявлено ходатайство о замене истца с Коммерческого банка «Москоммерцбанк» (ООО) на ЗАО «К.» в связи с тем, что 30 октября 2009 года между Коммерческим банком «Москоммерцбанк» (ООО) и ЗАО «К.» был заключен договор уступки прав (требований) по ипотечным кредитам, согласно которому право (требование) по кредитному договору, заключенному 06 сентября 2007 года между Коммерческим банком «Москоммерцбанк» (ООО) и Козловым К.В., было передано ЗАО «К.».

Определением Центрального районного суда г. Калининграда от 06 мая 2010 года заявление Коммерческого банка «Москоммерцбанк» (ООО) о замене истца удовлетворено по вышеизложенным основаниям.

Вместе с тем, суд не учел, что Коммерческий банк «Москоммерцбанк» (ООО) обратился в суд с иском к Козлову К.В. 10 марта 2010 года, то есть право (требование) было переуступлено им по договору от 30 октября 2009 года до обращения в суд и правопреемство произошло не в гражданском судопроизводстве, как это предусмотрено в ст. 44 ГПК РФ, а до обращения в суд с иском.

Таким образом, у Коммерческого банка «Москоммерцбанк» (ООО) не имелось правовых оснований для предъявления иска и в дальнейшем для заявления ходатайства о замене истца, а у суда оснований для удовлетворения этого ходатайства.

При таких обстоятельствах определение суда отменено с вынесением нового определения об отказе в удовлетворении ходатайства.

4. В  случае признания  обоснованным  заявления  об  оспаривании  решения, действия (бездействия)  органа  государственной  власти  судебные расходы, понесенные  заявителем,  подлежат  возмещению  соответственно  этим  органом  за счет собственных средств.

Авксентьева Л.В. обратились в суд с заявлением о взыскании расходов на оплату услуг представителя, указав, что решением Ленинградского районного суда г. Калининграда было отказано в удовлетворении ее жалобы на действия пристава-исполнителя ОСП Ленинградского района г. Калининграда, однако кассационным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда указанное решение было отменено с вынесением нового решения, которым признаны действия судебного пристава-исполнителя ОСП Ленинградского района г. Калининграда незаконными.  Защиту интересов в  судебных заседаниях осуществлял представитель по доверенности, расходы на оплату его услуг составили 9 000 руб., в связи с чем  просила взыскать с Минфина РФ указанные расходы в полном объеме.

Определением Ленинградского районного суда г. Калининграда взысканы с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу             Авксентьевой Л.В. судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 9 000 руб.

Судебная коллегия отменила указанное определение, указав, что в  соответствии  со             ст. 1069 ГК РФ  основанием  для  взыскания  с  Министерства финансов РФ  за  счет  казны РФ  денежных  средств   в  счет  возмещения  вреда    является  причинение вреда  гражданину   или  юридическому  лицу  незаконными  действиями (бездействием)  должностного лица (государственного органа).  Между  тем,  такого  решения  по  настоящему  делу  не  выносилось.

Кроме  того, Министерство финансов РФ  к  рассмотрению  настоящего  дела  в  качестве  ответчика  не  привлекалось.

В соответствии  с  разъяснениями,  содержащимися  в  п. 29  Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 10 февраля 2009 года  «О практике рассмотрения судами дел  об оспаривании решений, действий (бездействия)  органов  государственной  власти, органов местного самоуправления,  должностных  лиц,  государственных  и  муниципальных  служащих»,  поскольку  главами 23 и 25 ГПК РФ  не  установлено  каких-либо особенностей в отношении судебных  расходов  по  делам  об оспаривании  решений, действий (бездействия) органов государственной  власти, должностных  лиц, государственных служащих,  вопрос о  судебных расходах,  понесенных  заявителями  и  заинтересованными лицами,  разрешается  судом  в  соответствии с  правилами,  предусмотренными главой 7 ГПК РФ.

В  случае признания  обоснованным  заявления  об  оспаривании  решения, действия (бездействия)  органа  государственной  власти  или  структурного подразделения  таких органов,  являющегося юридическим лицом,  судебные расходы  подлежат  возмещению  соответственно  этим  органом  либо  структурным  подразделением.  С  учетом этого,  указанные органы  выступают в  качестве  заинтересованных лиц, чьи решения, действия (бездействие)  признаны  незаконными, они возмещают  судебные расходы на общих основаниях за счет собственных средств.

С  привлеченного к  участию в деле органа  государственной  власти могут быть взысканы судебные расходы, понесенные  заявителем,  в  случае признания  незаконным решения, действия (бездействия),  принятого  или  совершенного:  структурным  подразделением  этого органа,  не  являющегося  юридическим  лицом,  должностным лицом,  государственным  служащим,  которые  осуществляют  профессиональную  служебную деятельность  в  данном  органе.

Как следует из материалов дела,  Управление Федеральной службы Судебных приставов  по Калининградской области к участию в рассмотрении заявления Авксентьевой Л.В. не привлекалось.

С учетом изложенного определение суда отменено, а заявление Авксентьевой Л.В. направлено на новое рассмотрение.

5. Рассмотрение требований об установлении юридического факта использования подложных документов при приобретении гражданства РФ относится к компетенции  суда. 

Определение судьи  Центрального районного суда г. Калининграда УФМС России по Калининградской области отказано в принятии заявления об установлении факта, имеющего юридическое значение  — приобретение заявителем гражданства Российской Федерации на основании подложных документов. При этом суд исходил из того, что указанное заявление противоречит требованиям ч.1 ст.264 ГПК РФ и ст.265 ГПК РФ.

Однако с такими выводами  не согласилась судебная коллегия.

В соответствии с ч.1 ст.264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций.

Пунктом 10 ч.2 указанной статьи предусмотрено,  что кроме перечисленных в указанной статье, суд рассматривает дела об установлении и других имеющих юридическое значение фактов.

 Статьей 22 Федерального Закона «О гражданстве Российской Федерации» предусмотрено, что решение о приобретении или прекращении гражданства Российской Федерации подлежит отмене, если будет установлено, что данное решение принималось на основании представленных заявителем подложных документов или заведомо ложных сведений. Факт использования подложных документов или сообщения заведомо ложных сведений устанавливается в судебном порядке.

Исходя из указанной правовой нормы судебная коллегия пришла к выводу, что судом может быть рассмотрено дело об установлении факта использования подложных документов.

Определение отменено и вопрос о принятии заявления передан на новое рассмотрение.

6.  Решение суда отменено в связи с нарушениями норм ГПК РФ о признании иска ответчиком. 

Решением Балтийского районного суда г. Калининграда иск администрации Московского района ГО «Город Калининград» удовлетворен. На Синьчугову Н.И. возложена обязанность по освобождению незаконно занятого земельного участка путём сноса ограждений и калитки. Удовлетворяя исковые требования, суд сослался только на признание иска ответчицей.

Судебная коллегия данное решение отменила в связи с тем, что данное признание иска принято с грубым нарушением установленного ГПК РФ порядка.

В соответствии со ст. 173 ГПК РФ заявление истца об отказе от иска, признание иска ответчиком и условия мирового соглашения сторон заносятся в протокол судебного заседания и подписываются истцом, ответчиком или обеими сторонами. В случае, если отказ от иска, признание иска или мировое соглашение сторон выражены в адресованных суду заявлениях в письменной форме, эти заявления приобщаются к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания.

Синьчугова Н.И. заявление о признании иска не подавала, занесённое от её имени в протокол судебного заседания признание иска, в нарушение положений ст. 173 ГПК РФ, не подписано. Синьчугова Н.И. отрицает факт признания ею иска. Выводы суда по существу спора в решении отсутствуют.

При таких обстоятельствах решение отменено с направлением дела на новое рассмотрение.

7. Отказ от иска принят судом с существенным нарушением требований                       ст. 173 ГПК РФ.

Определением Центрального районного суда г. Калининграда принят отказ Анисимова В.Н. от исковых требований к ОАО АКБ «Росбанк» о компенсации морального вреда.

Судебная коллегия отменила указанное определение суда в связи с нарушением норм процессуального права.

Принимая отказ Анисимова В.Н. от иска в части требований о взыскании компенсации морального вреда и прекращая производство по делу, суд первой инстанции указал в определении, что истец и его представитель заявили об отказе от иска в судебном заседании. Однако, в нарушение положений ст. 173 ГПК РФ, в протоколе судебного заседания не имеется подписи истца под отраженным в протоколе заявлением Анисимова В.Н. об отказе от иска, письменное заявление Анисимова В.Н. об отказе от иска в материалах дела отсутствует.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу, что отказ от иска принят судом с существенным нарушением процессуальных требований, установленных ГПК РФ.

Определение суда о прекращении производства по делу отменено с направлением дела в части указанных требований на новое рассмотрение.

8. Определение об отказе представителю ООО в восстановлении срока  на обжалование в кассационном порядке решения суда отменено, поскольку определением этого же суда, вступившим в законную силу, генеральному директору этого юридического лица указанный срок восстановлен. 

Определением Центрального районного суда г. Калининграда от 02 сентября 2010 г. представителю ООО «АССАР» отказано в восстановлении срока на обжалование в кассационном порядке решения Центрального районного суда г. Калининграда от 28 июля 2010 г.

Судебная коллегия отменила указанное определение исходя из следующего.

В соответствии со ст. 112 ГПК РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.

Из материалов дела видно, что определением Центрального районного суда                           г. Калининграда от 22 сентября 2010 г. генеральному директору ООО «АССАР» был восстановлен срок на обжалование решения суда от 28 июля 2010 г. в кассационном порядке. Данное определение вступило в законную силу.

В соответствии со ст. 48 ГПК РФ дела организаций ведут в суде их органы  либо представители. Восстановление срока на обжалование решения суда в кассационном порядке органу управления ООО «АССАР» означает восстановление такого срока самой организации.

При таких обстоятельствах не вступившее в законную силу определение суда об отказе ООО «АССАР» в восстановлении срока на обжалование решения суда в кассационном порядке отменено.

Судебная коллегия по гражданским делам

Калининградского областного суда

Заказать звонок
Нажимая кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.