С П Р А В К А по результатам обобщения практики применения судами Калининградской области положений раздела III «Общая часть обязательственного права» части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (за исключением главы 23 («Обеспечение исполнения обязательств»).

В связи с поручением Верховного Суда Российской Федерации была изучена практика применения судами Калининградской области положений раздела III «Общая часть обязательственного права» части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (за исключением главы 23 («Обеспечение исполнения обязательств»).

Анализ судебной практики применения положений упомянутого выше раздела Гражданского кодекса Российской Федерации (за исключением главы 23 («Обеспечение исполнения обязательств») свидетельствует о том, что серьезных затруднений при его применении у судей не возникает, вместе с тем, отдельные недостатки в применении положений данного раздела имеются.

При рассмотрении гражданских дел по спорам, связанным с заключением и исполнением отдельных видов договоров, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации и иными законами, суды, наряду с нормами, регулирующими конкретные спорные правоотношения, применяют общие положения об обязательствах и договорах, содержащиеся в разделе III «Общая часть обязательственного права» части первой Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 307, 308, 309, 310, 314, 401, 408, 420, 421, 425, 432 ГК РФ и другие).

Подраздел 1. Общие положения об обязательствах

Глава 22. Исполнение обязательств

Исполнение обязательства надлежащему лицу 

В соответствии со статьей 312 Гражданского кодекса РФ если иное не предусмотрено соглашением сторон и не вытекает из обычаев делового оборота или существа обязательства, должник вправе при исполнении обязательства потребовать доказательств того, что исполнение принимается самим кредитором или управомоченным им на это лицом, и несет риск последствий непредъявления такого требования.

Положениями указанной нормы закона обоснованно руководствовался Московский районный суд г. Калининграда, удовлетворяя исковые требования ООО «Агент-Транс» о взыскании с Вингертера И.Н. в пользу ООО «Агент-Транс» задолженности по договору займа № от 25 июня 2012 года в размере <данные изъяты> рублей.

При рассмотрении дела судом установлено, что 25 июня 2012 года между ООО «Агент-Транс» и Вингертером И.Н. был заключен договор беспроцентного займа №, в соответствии с которым Вингертер И.Н. принял у займодавца ООО «Агент-Транс» денежные средства в размере <данные изъяты> рублей на срок до 31 декабря 2013 года. Дополнительным соглашением № 1 от 20 декабря 2013 года увеличена сумма займа до <данные изъяты> рублей и продлен срок возврата займа до 30 ноября 2014 года.

Начиная со 2 июля 2012 года по 26 ноября 2014 года ООО «Агент-Транс» перечислило на расчетный счет Вингертера И.Н. по договору № от 25 июня 2012 года денежные средства в общем размере <данные изъяты> рублей, что подтверждается представленными истцом платежными поручениями.

Согласно платежным поручениям Вингертер И.Н. перечислил на расчетный счет ООО «Агент-Транс» во исполнение договора займа № от 25 июня 2012 года денежные средства в общем размере <данные изъяты> руб.

Разрешая заявленный спор и соглашаясь с обоснованностью требований истца, суд первой инстанции, исследовав имеющие значение для правильного рассмотрения дела обстоятельства и дав им надлежащую правовую оценку, обоснованно исходил из того, что срок исполнения обязательства заемщика по возврату суммы займа истек 30 ноября 2014 года, тогда как в нарушение требований ст.ст. 810, 309, 310 ГК РФ и условий договора денежные средства в полном объеме Вингертером И.Н. возвращены не были.

При этом судом обоснованно отклонены доводы ответчика о том, что во исполнение договора займа от 25 июня 2012 года и дополнительного соглашения к нему денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей были переведены им не на счет истца, а на расчетный счет другого юридического лица — ООО «АгроБалт» по указанию генерального директора и учредителя ООО «Агент-Транс» Миллер Т.А., являющейся и учредителем ООО «Агро-Балт», в связи с чем невозвращенная часть долга составляет <данные изъяты> рублей.

Подобное исполнение условий договора не признано судом надлежащим со ссылкой на положения ст. 312 ГК РФ, предусматривающей исполнение обязательства надлежащему лицу, т.е. кредитору, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Оставляя без изменения указанное решение, суд апелляционной инстанции сослался на то, что ответчиком не представлено доказательств, подтверждающих наличие согласия истца либо получение от истца указания на возврат задолженности по договору займа не кредитору, а иному лицу.

Очередность погашения требований по денежному обязательству

В соответствии со статьей 319 Гражданского кодекса РФ сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем — проценты, а в оставшейся части — основную сумму долга.

Указанное положение закона учитывалось при принятии Ленинградским районным судом г. Калининграда решения, которым требования ОАО «Альфа-Банк» к Кожатовой Т.А. о взыскании задолженности по кредитному договору удовлетворены частично: с Кожатовой Т.А. в пользу ОАО «Альфа-Банк» взыскана задолженность по соглашению № от 30 сентября 2013 года в размере <данные изъяты> рублей.

Дело рассмотрено судом в отсутствие ответчицы Кожатовой Т.А.

Не согласившись с принятым решением, Кожатова Т.А. в апелляционной жалобе ссылалась, в том числе на то, что требования банка в части начисления процентов, штрафов и неустойки являются незаконными, необоснованными и удовлетворению не подлежали, поскольку списание денежных средств, уплаченных заемщиком в счет возврата долга производилось банком вопреки положениям статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации. Указывала, что взыскание штрафов затрудняет исполнение основного обязательства и искусственно увеличивает задолженность. Полагала, что с учетом уплаченных ею денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей ее задолженность по кредитному договору составляет <данные изъяты> рублей (разница между полученной суммой кредита в размере <данные изъяты> рублей и уплаченными ею денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей).

Доводы жалобы Кожатовой Т.А. о несогласии с размером взысканной с нее задолженности со ссылкой на статью 319 Гражданского кодекса Российской Федерации судом апелляционной инстанции признаны несостоятельными, поскольку пунктом 4.3 Общих условий предусмотрено, что при недостаточности денежных средств на счетах клиента погашение производится в следующем порядке: в первую очередь — неустойка за просрочку уплаты процентов за пользование денежными средствами банка; во вторую очередь — неустойка за просрочку погашения задолженности по денежным обязательствам перед банком; в третью очередь — неустойка за просрочку уплаты комиссий, предусмотренных Договором и Тарифами; в четвертую очередь — просроченные проценты за пользование денежными средствами банка; в пятую очередь — просроченные суммы задолженности по денежным обязательствам перед банком; в шестую очередь — просроченная сумма комиссий, предусмотренных Договором и Тарифами; в седьмую очередь — комиссии, предусмотренные Договором и Тарифами; в восьмую очередь — начисленные проценты за пользование денежными средствами банка; в девятую очередь — суммы задолженности по денежным обязательства перед банком.

Вышеуказанное условие кредитного договора, устанавливающее очередность погашения задолженности по кредитному договору, судом апелляционной инстанции признано не противоречащим статье 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку представляет собой соглашение сторон, которым предусмотрен иной порядок направления суммы произведенного платежа, размер которого недостаточен для исполнения обязательства по кредиту, то есть внесения ежемесячного минимального платежа в погашение основного долга и уплаты начисленных процентов за пользование кредитом.

В апелляционном определении судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда указала, что положения статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации не регулируют отношения, связанные с привлечением должника к ответственности за нарушение обязательства, в частности, уплаты неустойки, процентов и т.д. (глава 25 Гражданского кодекса Российской Федерации), а положения пункта 4.3 Общих условий ответчиком не оспаривались и недействительными не признавались.

Принимая во внимание изложенное, учитывая положения статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации о свободе договора, а также то, что условия пункта 4.3 Общих условий не противоречат положениям статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отказа в удовлетворения требований банка о взыскании с Кожатовой Т.А. процентов, штрафов и неустойки у суда первой инстанции не имелось.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора. Согласно пункту 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, заемщик при заключении кредитного договора, должен действовать добросовестно и разумно, уяснить для себя смысл и значение совершаемых юридически значимых действий, сопоставить их со своими действительными намерениями, оценить их соответствие реально формируемым обязательствам.

Кожатовой Т.А. добровольно было принято решение о заключении кредитного договора на указанных выше условиях. Заемщик не была лишена возможности отказаться от заключения договора, обратиться в иную кредитную организацию. Доказательств обратного ею не представлено.

Аналогичная позиция выражена в решении Московского районного суда г. Калининграда, которым иск ОАО «Альфа-Банк» к Койраху О.А. удовлетворен. С Койраха О.А. в пользу ОАО «Альфа-Банк» взыскана задолженность по соглашению № от 23 августа 2011 года в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек.

В удовлетворении встречных исковых требований Койраха О.А. о применении последствий недействительности ничтожных условий кредитного договора отказано.

В обоснование встречного иска Койрах О.А. указывал, что установленная очередность в п. 4.8. Общих условий выдачи кредитной карты, открытия и кредитования Счета кредитной карты в ОАО «Альфа-Банк», утвержденных Приказом № от 08 июля 2011 года, является ничтожным условием договора кредитования, поскольку противоречит ст.319 ГК РФ, которая устанавливает определенную последовательность при списании поступивших во исполнение обязательства сумм, с учетом разъяснений, изложенных в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 08 октября 1998 года. Погашение неустойки противоречит ее обеспечительному характеру, так как препятствует исполнению основного обязательства и искусственно увеличивает размер ответственности.

Банком при применении установленных условий договора кредитования неправомерно, по мнению Койраха О.А., направлены 23 августа 2012 года и 25 декабря 2012 года по <данные изъяты> рублей, 26 апреля 2013 года — <данные изъяты> рублей на погашение задолженности по уплате штрафа за образование просроченной задолженности. Поскольку вносимые истцом денежные средства вносились банком не на погашение основного долга и процентов по кредиту, а на уплату штрафов, размер задолженности истца был искусственно увеличен

В связи с изложенным Койрах О.А. просил применить последствия недействительности п. 4.8. Общих условий выдачи кредитной карты, открытия и кредитования Счета кредитной карты в ОАО «Альфа-Банк», обязать направить ранее уплаченные денежные средства в размере <данные изъяты> рублей на погашение кредита.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда решение Московского районного суда г. Калининграда оставлено без изменения. При этом судебная коллегия указала, что, отказывая в удовлетворении иска Койраха О.А., суд правильно исходил из того, что наряду с установлением порядка погашения долга: погашение в первую очередь издержек кредитора по получению исполнения, затем — процентов, а в оставшейся части — основной суммы долга, статья 319 ГК РФ содержит указание на такой порядок при отсутствии иного соглашения между сторонами обязательства.

Между тем, из условий кредитного договора следует, что такое иное соглашение между заемщиком и заимодавцем достигнуто, изложено в Общих условиях выдачи кредитной карты, открытия и кредитования счета кредитной карты в ОАО «Альфа-Банк», которое подписано сторонами. Очередность погашения штрафов и неустоек статья 319 ГК РФ вообще не регулирует, следовательно, урегулирование данного вопроса кредитным договором закону не противоречит.

По другому гражданскому делу, по которому решением Центрального районного суда г. Калининграда с ООО «Прима-Вэспа», Присяжной Г.И., Присяжного В.В. солидарно в пользу АКБ «Инвестбанк» (ОАО) взыскана задолженность по дополнительному соглашению № от 25 июня 2013 года к договору банковского счета № от 04 декабря 1996 года в размере <данные изъяты> рублей, судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда не согласилась с выводом суда первой инстанции о том, что действия банка по зачислению денежных средств, поступивших от ООО «Прима-Вэспа» 17 января 2014 года на сумму <данные изъяты> рублей и 28 января 2014 года на сумму <данные изъяты> рублей, в счет погашения неустойки, а потом в счет погашения основного долга и процентов закону не противоречат, поскольку статьей 319 ГК РФ регулируется порядок исполнения основного обязательства, а не штрафных санкций.

Изменяя решение суда первой инстанции в части размера взысканной солидарно с ООО «Прима-Вэспа», Присяжной Г.И., Присяжного В.В. в пользу АКБ «Инвестбанк» (ОАО) задолженности и снижая ее размер, судебная коллегия указала о том, что судом не было учтено, что пунктом 4.3 дополнительного соглашения № к договору банковского счета прямо предусмотрено, что денежные средства, направляемые клиентом и (или) списываемые банком без дополнительного распоряжения клиента на погашение обязательств по соглашению направляются банком прежде всего: на погашение основного долга; на уплату процентов, на уплату неустойки.

Аналогичные положения закреплены и в пункте 1 договоров поручительства, заключенных с Присяжной Г.И., Присяжным В.В.

При таких обстоятельствах размер задолженности по кредиту подлежит перерасчету с учетом направления вышеназванных платежей на погашение основного долга.

Исполнение обязательства, в котором участвуют несколько кредиторов или несколько должников

В соответствии со статьей 321 Гражданского кодекса РФ если в обязательстве участвуют несколько кредиторов или несколько должников, то каждый из кредиторов имеет право требовать исполнения, а каждый из должников обязан исполнить обязательство в равной доле с другими постольку, поскольку из закона, иных правовых актов или условий обязательства не вытекает иное.

Согласно части 1 статьи 322 Гражданского кодекса РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В силу части 2 статьи 325 Гражданского кодекса РФ если иное не вытекает из отношений между солидарными должниками, должник, исполнивший солидарную обязанность, имеет право регрессного требования к остальным должникам в равных долях за вычетом доли, падающей на него самого.

Руководствуясь приведенными положениями закона, Ленинградский районный суд г. Калининграда решением от 12 марта 2014 года взыскал с Виноградова Ф.Н. в пользу Быковских А.Н. в порядке регресса <данные изъяты> рублей.

При рассмотрении дела судом было установлено, что в производстве ОСП Гурьевского района Калининградской области находится сводное исполнительное производство № в отношении Быковских А.Н. о взыскании с него солидарно с Виноградовым Ф.Н. задолженности на общую сумму <данные изъяты> рублей в пользу 29 взыскателей. В рамках указанного сводного исполнительного производства 01 октября 2013 года в ОСП были окончены 117 исполнительных производств в отношении 19 взыскателей на общую сумму <данные изъяты> рублей Все указанные исполнительные производства были окончены фактическим исполнением за счет имущества одного из солидарных должников — Быковских А.Н.

Установив при рассмотрении дела, что Быковских А.Н., являясь одним из двоих солидарных должников, за счет своего имущества, в том числе денежных средств, исполнил обязательство в отношении 19 взыскателей на общую сумму <данные изъяты> рублей, суд, учитывая приведенные выше правовые нормы, обоснованно взыскал с ответчика Виноградова Ф.Н. в порядке регресса 1/2 часть указанной выше суммы, то есть <данные изъяты> рублей.

В производстве Центрального районного суда города Калининграда находилось дело по иску Фонда содействия кредитованию малого бизнеса Москвы к ООО «ВЕБСПРИНТ», ООО «ОЛИМП», Носко Р.В., Скоробагатченко К.Б., в обоснование которого истец указывал, что 18 сентября 2009 года между ООО «ВЕБСПРИНТ», ЗАО «А.» и Фондом содействия кредитованию малого бизнеса Москвы в обеспечение исполнения обязательств ООО «ВЕБСПРИНТ» перед ЗАО «А.» по кредитному соглашению № от 18 сентября 2009 года был заключен договор поручительства №, по условиям которого Фонд обязался нести субсидиарную ответственность в размере 50% от суммы неисполненных обязательств по кредитному договору в части возврата фактически полученной суммы кредита и уплаты процентов за пользование кредитом, но не свыше денежной суммы в размере <данные изъяты> рублей за заемщика ООО «ВЕБСПРИНТ» перед кредитором ЗАО «А.». Кроме того, в обеспечение исполнения обязательств ООО «ВЕБСПРИНТ» перед ЗАО «А.» 18 сентября 2009 года ЗАО «А.» были заключены договоры поручительства с ООО «Б.» (после переименования — ООО «ОЛИМП»), Скоробагатченко К.Б., Носко Р.В., в соответствии с которыми каждый из поручителей обязался солидарно с заемщиком отвечать перед банком в полном объеме за исполнение заемщиком обязательств по кредитному соглашению, в том числе, обязательства по своевременному и полному возврату суммы основного долга по кредиту; обязательства по своевременной и полной уплате неустойки по просроченной задолженности по основному долгу, процентам и/или комиссиям по кредиту, начисленным в соответствии с кредитным соглашением; обязательства по оплате расходов кредитора, понесенных им в связи с исполнением кредитного соглашения.

08 декабря 2011 года банком в связи с неисполнением заемщиком своих обязательств было предъявлено требование к Фонду, как к поручителю, об исполнении обязательств за ООО «ВЕБСПРИНТ» по кредитному соглашению согласно условиям договора поручительства. 19 декабря 2011 года Фонд перечислил банку денежные средства в общей сумме <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп.

На основании изложенного, ссылаясь на то, что к нему, как к поручителю, надлежаще исполнившему обязательства, вытекающие из договора поручительства, в соответствии с положениями ст. 361, 363, 365, 382, 387 ГК РФ и п. 5 договора поручительства перешло право требования кредитора к должнику и к другим поручителям, обязавшимся нести солидарную с ним ответственность за неисполнение им обязательств по кредитному соглашению, погашенной за должника задолженности по кредитному договору, истец просил взыскать солидарно с заемщика ООО «ВЕБСПРИНТ» и других поручителей — ООО «ОЛИМП», Скоробагатченко К.Б., Носко Р.В. сумму погашенной им задолженности по кредитному договору в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек.

Исковые требования Фонда были удовлетворены судом частично — с ООО «ВЕБСПРИНТ» в пользу Фонда содействия кредитованию малого бизнеса Москвы взыскана сумма задолженности в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек; в удовлетворении исковых требований к ООО «ОЛИМП», Скоробагатченко К.Б., Носко Р.В. о взыскании задолженности отказано.

Разрешая заявленный спор и частично удовлетворяя исковые требования Фонда содействия кредитованию малого бизнеса Москвы, суд пришел к правильному выводу о том, что уплаченная Фондом содействия кредитованию малого бизнеса Москвы за заемщика ООО «ВЕБСПРИНТ» задолженность по кредитному соглашению № от 18 сентября 2009 года в сумме <данные изъяты> руб. подлежит взысканию в пользу истца только с заемщика и что оснований для взыскания в пользу истца указанной суммы со Скоробагатченко К.Б., Носко Р.В. и ООО «ОЛИМП» не имеется.

При этом суд правомерно руководствовался положениями ч. 1 ст. 365 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора. Поручитель также вправе требовать от должника уплаты процентов на сумму, выплаченную кредитору, и возмещения иных убытков, понесенных в связи с ответственностью за должника.

Вывод суда о том, что поручители Скоробагатченко К.Б., Носко Р.В. и ООО «ОЛИМП» не могут отвечать в полном объеме за исполнение ООО «ВЕБСПРИНТ» обязательств перед субсидиарным поручителем — истцом, исполнившим свои обязательства надлежащим образом, является правильным, соответствующим положениям действующего законодательства и установленным по делу обстоятельствам.

Лица, совместно давшие поручительство, отвечают перед кредитором солидарно (п. 3 ст. 363 Гражданского кодекса Российской Федерации). Совместные поручители несут солидарную ответственность не только друг перед другом, но и должником по обеспеченному поручительством обязательству. Солидарная ответственность сопоручителей может быть устранена включением специальной оговорки об этом в договор поручительства.

Лица, независимо друг от друга поручившиеся за одного и того же должника по разным договорам поручительства, не становятся солидарно обязанными в отношении друг друга, хотя и принимают на себя солидарную с должником ответственность перед кредитором.

Из материалов дела следует, что в обеспечение надлежащего исполнения условий кредитного соглашения банком были заключены самостоятельные договоры поручительства с ответчиками. В рамках каждого из указанных договоров был определен объем ответственности поручителя: поручитель обязался солидарно с заемщиком отвечать перед банком в полном объеме за исполнение заемщиком обязательств по кредитному соглашению.

Договор поручительства №, заключенный 18 сентября 2009 года между банком и истцом определяет объем ответственности Фонда содействия кредитованию малого бизнеса Москвы как субсидиарного поручителя за исполнение обязанности должником.

Таким образом, в данном случае поручители независимо друг от друга поручились за одного и того же должника по разным договорам поручительства, соответственно, они не являются солидарно обязанными в отношении друг друга, в связи с чем один из поручителей, исполнивший обязанность за должника, вправе требовать исполнения этой обязанности должником и не вправе требовать солидарного взыскания наряду с должником с его поручителей.

При этом доказательств того, что Скоробагатченко К.Б., Носко Р.В. и ООО «ОЛИМП» (ООО «Б.») брали на себя обязательство в виде поручительства перед Фондом содействия кредитованию малого бизнеса Москвы за возврат денежных средств, уплаченных истцом за неисполнение обязательств ООО «ВЕБСПРИНТ» перед банком, в солидарном порядке, материалы дела не содержат.

С учетом изложенных обстоятельств судом апелляционной инстанции решение суда в части взыскания с ООО «ВЕБСПРИНТ» денежных средств в размере <данные изъяты> рублей, уплаченных истцом во исполнение должником ООО «ВЕБСПРИНТ» обязательств перед ЗАО «А.» и в части отказа в удовлетворении требований о взыскании этих средств с ответчиков Скоробагатченко К.Б., Носко Р.В. и ООО «ОЛИМП» в солидарном порядке признано законным и обоснованным.

Глава 24. Перемена лиц в обязательстве

Переход прав кредитора к другому лицу

В соответствии с п. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Согласно п. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Так, решением Центрального районного суда г. Калининграда от 15 ноября 2013 года были удовлетворены исковые требования Гулешова В.И., с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу Гулешова В.И. взысканы денежные средства в размере <данные изъяты> рублей.

Обращаясь в суд с иском к Управлению Федерального казначейства по Калининградской области, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании денежных средств в указанном размере, Гулешов В.И. ссылался на то, что 26 марта 2012 года ООО «В.» в рамках контракта № от 11 июля 2011 года осуществило ввоз из Малайзии на территорию Калининградской области товара «Г.» стоимостью <данные изъяты> рублей весом нетто 41000 кг. При подаче таможенному органу декларации на данный товар в качестве страны происхождения была заявлена Малайзия, которая в соответствии с «Перечнем развивающихся стран — пользователей системы тарифных преференций Таможенного Союза» входит в список стран, которым предоставляются преференции (таможенная пошлина 11,5%, вместо обычной 15%), при этом предъявлен сертификат о происхождении товара, выданный уполномоченным органом страны отправления, который не был принят таможенным органом, поэтому в предоставлении преференций было отказано. 05 апреля 2012 года по результатам проверки декларации таможенным органом принято решение об отказе в выпуске товаров, а сам товар вместе с контейнерами №, №, в которых он находился, 06 апреля 2012 года изъят таможенным органом в рамках дела об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 16.2 КоАП РФ.

Постановлением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 22 июня 2012 года производство по делу об административном правонарушении было прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Решением Калининградского областного суда от 20 сентября 2012 года указанное постановление оставлено без изменения.

Определением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 18 октября 2012 года изъятый у ООО «В.» товар был возвращен для дальнейшего таможенного оформления, а 31 октября 2012 года выпущен в соответствии с заявленной таможенной процедурой «выпуск для внутреннего потребления».

В результате незаконных действий Калининградской областной таможни ООО «В.» в период с 06 апреля 2012 года по 01 октября 2012 года были причинены следующие убытки: в размере <данные изъяты> рублей, связанные с превышением срока использования морских контейнеров для хранения изъятого товара в рамках договора оказания транспортных услуг от 20 марта 2012 года, заключенного между ЗАО «Д.» и ООО «В.»; в размере <данные изъяты> рублей, связанные с уплатой неустойки за неисполнение обязательств по договору поставки между ООО «В.» и ООО «Е.»; в размере <данные изъяты> рублей, связанные с упущенной выгодой ввиду неполучения ООО «В.» вознаграждения в соответствии с п. 3.1 договора поставки № от 18 октября 2011 года.

14 января 2013 года ООО «В.» по договору цессии переуступило Гулешову В.И. требования убытков в размере <данные изъяты> рублей с Калининградской областной таможни, возникших в результате изъятия товара принадлежащего ООО «В.». В свою очередь, Гулешов В.И. просил взыскать с ответчиков в свою пользу убытки в размере <данные изъяты> рублей.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 15 ноября 2013 года исковые требования Гулешова В.И. были удовлетворены, с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в пользу Гулешова В.И. взысканы денежные средства в размере <данные изъяты> рублей.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 05 февраля 2014 года решение суда первой инстанции было отменено и принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Президиума Калининградского областного суда от 07 июля 2014 года названное апелляционное определение отменено и дело направлено на рассмотрение в тот же суд апелляционной инстанции.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 08 сентября 2014 года решение суда первой инстанции было отменено и принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований было отказано.

Суд первой инстанции, удовлетворяя исковые требования, исходил из того, что право Гулешова В.И. на взыскание названных выше денежных средств как убытков, возникших из незаконного привлечения ООО «В.» к административной ответственности и незаконного применения мер административного принуждения, возникло на основании заключенного им с ООО «В.» договора цессии от 14 января 2013 года.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, указал, что в данном случае требования закона при заключении договора цессии между ООО «В.» и Гулешовым В.И. не соблюдены, поскольку решение суда, подтверждающее право ООО «В.» на взыскание убытков с Министерства финансов РФ за счет казны РФ в размере <данные изъяты> рублей, отсутствует.

Отменяя апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 05 февраля 2014 года и оставляя в силе решение Центрального районного суда г.Калининграда от 15 ноября 2013 года, президиум Калининградского областного суда в постановлении от 12 января 2015 года указал, что вывод суда апелляционной инстанции сделан с существенным нарушением норм материального права, связанным с его неправильным толкованием.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

Согласно ч. 1 ст. 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Частью 1 ст. 388 ГК РФ предусмотрено, что уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В силу указанных норм права предметом договора уступки права требования (цессии) является право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства должника, возникшего из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, предусмотренных гражданским законодательством (ч. 2 ст. 307 ГК РФ). Каких-либо ограничений по передаче (уступке) права требования, возникшего вследствие причинения вреда, действующее законодательство не содержит.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По данному делу на истца возложено бремя доказывания тех обстоятельств, что уступленное ему право требования при причинении убытков действительно, бесспорно, то есть существует и позволяет определить состав и объем обязательств, которые он получил как новый кредитор в результате перехода прав от прежнего кредитора.

В силу положений ст. 55 ГПК РФ доказательства по гражданскому делу могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Никаких ограничений на использование названных доказательств судом, за исключением требований к относимости и допустимости доказательств, при подтверждении заявленных истцом требований законом не установлено. При этом никакой нормой гражданского законодательства РФ не предусмотрена необходимость при уступке права требования подтверждать факт причинения убытков цеденту каким-либо решением суда.

Более того, при наличии решения суда о взыскании убытков в пользу лица, уступившего право, у цессионария отпадает необходимость обращения с иском в суд, так как в соответствии с ч. 1 ст. 52 Федерального закона «Об исполнительном производстве» в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация организации, уступка права требования, перевод долга) судебный пристав-исполнитель производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником.

Истцом при рассмотрении дела представлены достаточные доказательства наличия у ответчика обязательств по возмещению ООО «В.» убытков, возникших вследствие незаконных действий таможенных органов по привлечению таможенного представителя ООО «В.» — ООО «Ё.» к административной ответственности, в том числе: договор оказания услуг таможенного представителя № от 15 июля 2011 года, заключенный между ООО «В.» и ООО «Ё.»; постановление Ленинградского районного суда г. Калининграда от 22 июня 2012 года, вступившее в законную силу, которым производство по делу об административном правонарушении в отношении ООО «Ё.», возбужденного по признакам состава правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.16.2 КоАП РФ, прекращено за отсутствием состава данного правонарушения; постановление Ленинградского районного суда г.Калининграда от 18 октября 2012 года, которым изъятый товар был возвращен ООО «В.»; соглашение от 01 октября 2012 года, которым договор поставки № от 18 октября 2011 года, заключенный между ООО «В.» и ООО «Е.», был расторгнут и за его неисполнение ООО «В.» начислена неустойка в размере <данные изъяты> рублей, и, соответственно, ООО «В.» не было выплачено вознаграждение за поставку товара в сумме <данные изъяты> рублей, как это предусмотрено в п. 3.1 данного договора. Из платежного поручения № видно, что указанная неустойка была перечислена 31 июля 2013 года.

Кроме того, за сверхнормативный простой контейнеров № и № в порту ООО «В.», на основании договора оказания транспортных услуг № от 20 марта 2012 года и соглашения № к нему с их собственником ЗАО «Д.», обязалось выплатить последнему денежную сумму в размере <данные изъяты> рублей. Данное обязательство было выполнено, что подтверждается платежными поручениями № от 24 октября 2012 года на сумму <данные изъяты> рублей и № от 01 ноября 2012 года на сумму <данные изъяты> рублей. Указанный размер неустойки, платы за сверхнормативный простой контейнеров и вознаграждения за поставку товара не превышает обычных принятых в деловом обороте ставок по такого рода обязательствам и чрезмерным не является.

После заключения договора цессии от 14 января 2013 года вышеуказанные и иные подтверждающие документы были переданы от ООО «В.» Гулешову В.И. по актам приема-передачи от 17 января 2013 года и от 07 августа 2013 года, что в полной мере соответствует положениям части 3 статьи 385 ГК РФ, согласно которой кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право (требование), и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления этого права (требования).

Таким образом, договор цессии от 14 января 2013 года позволяет установить, в отношении какого права произведена уступка, установить состав и объем обязательств должника на момент перехода права (ч.1 ст.384 ГК РФ), предмет договора цессии является определимым, данный договор положениям закона не противоречит и является заключенным. С учетом доказанности факта наличия у ответчика обязательств вследствие причинения вреда на сумму <данные изъяты> рублей, право требования по которым перешло к истцу на основании договора цессии от 14 января 2013 года, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца указанной суммы.

Перевод долга

Согласно п. 2 ст. 390 Гражданского кодекса РФ перевод должником своего долга на другое лицо допускается с согласия кредитора и при отсутствии такого согласия является ничтожным.

В силу ст. 392.2 Гражданского кодекса РФ долг может перейти с должника на другое лицо по основаниям, предусмотренным законом.

Для перехода долга в силу закона не требуется согласие кредитора, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства.

ОАО «Сбербанк России» обратилось в суд с иском к ООО «Стройкомфорт», Домовец Н.А., указав, что 29 августа 2012 года между ОАО «Сбербанк России» и заемщиком ООО «Стройкомфорт» был заключен кредитный договор №, по условиям которого заемщику предоставлен кредит в сумме <данные изъяты> рублей на срок до 28 августа 2015 года под 19,5 % годовых. В обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору банк заключил договор поручительства с ответчиком Домовец Н.А., по условиям которого последняя приняла на себя обязательство отвечать за исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору. В нарушение условий кредитного договора обязательства заемщиком исполняются ненадлежащим образом, в связи с чем у него возникла просроченная задолженность, размер которой по состоянию на 13.08.2013 года составил в сумме <данные изъяты> рублей, в том числе ссудная задолженность <данные изъяты> рублей, проценты за пользование кредитом — <данные изъяты> рубля, неустойка за несвоевременное исполнение обязательств — <данные изъяты> рублей. В связи с этим банк просил взыскать с ответчиков солидарно указанную сумму задолженности по кредитному договору.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда иск ОАО «Сбербанк России» удовлетворен частично. С ООО «Стройкомфорт», Домовец Н.А. солидарно в пользу ОАО «Сбербанк России» взыскана задолженность по кредитному договору в сумме <данные изъяты> рублей (с учетом внесенных ответчиком платежей в счет погашения задолженности в размере <данные изъяты> рублей).

Принимая решение о взыскании в солидарном порядке с заемщика и поручителя в пользу банка суммы задолженности по кредитному договору, суд руководствовался ст.ст. 309, 361, 810, 811 Гражданского кодекса РФ.

При рассмотрении дела судом первой инстанции и при рассмотрении судебной коллегией по гражданским делам Калининградского областного суда апелляционной жалобы Домовец Н.А. последняя ссылалась на то, что 26 июня 2013 года в ООО «СтройКомфорт» произошла смена учредителя и директора общества, что, по мнению Домовец Н.А., свидетельствует о смене должника и ввиду отсутствия согласия поручителя отвечать за нового должника в силу ст.367 ГК РФ поручительство считается прекращенным.

Судебные инстанции признали несостоятельными приведенные Домовец Н.А. доводы, указав, что смена учредителя и генерального директора ООО «Стройкомфорт», являющегося заемщиком по кредитному договору, не свидетельствует о переводе долга на другое лицо и смене должника, в связи с чем оснований для освобождения Домовец Н.А. от солидарной с заемщиком ответственности по уплате истцу задолженности по кредитному договору не имеется.

Согласно пункту 2 статьи 388 Гражданского кодекса РФ не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 390 Гражданского кодекса РФ цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием.

В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Разрешая исковые требования конкурсного управляющего ООО Конструкторское бюро «НОЛЬ» к Агиевич Т.А. о взыскании убытков, Ленинградский районный суд г. Калининграда, руководствуясь указанными выше нормами ГК РФ, удовлетворил заявленные истцом требования.

При рассмотрении дела судом установлено, что 10 ноября 2010 года между обществом и ответчицей был заключен договор уступки прав (цессии), в соответствии с которым Агиевич Т.А. уступила ООО КБ «НОЛЬ» права требования к ООО «Ж.» на сумму <данные изъяты> рублей по вступившему в законную силу решению Центрального районного суда г.Калининграда. ООО КБ «НОЛЬ» оплатило ответчице стоимость уступаемого права требования в полном объеме, то есть, в размере <данные изъяты> рублей. Однако, когда общество обратилось в суд с заявлением о замене стороны правопреемником, в такой замене ему было отказано, поскольку требования Агиевич Т.А. к ООО «Мой дом» неразрывно связаны с личностью кредитора, которая являлась работником должника, а взысканная задолженность являлась заработной платой.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 13 августа 2012 года отказано в удовлетворении иска ООО КБ «НОЛЬ» к Агиевич Т.А. о признании договора уступки прав требования от 10 ноября 2010 года недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности в виде взыскания с Агиевич Т.А. <данные изъяты> рублей.

Указанным решением установлено, что существовавшее у Агиевич Т.А. на основании вступившего в законную силу решения суда право требования с ООО «Ж.» выплаты денежных средств было неразрывно связано с ее личностью, так как отношения между указанными сторонами возникли из трудового договора с обязательством работника о личном выполнении возложенной на него трудовой функции, в связи с чем такое требование не могло быть уступлено в порядке ст. 382 ГК РФ. Это обстоятельство свидетельствует о неисполнении обязательств со стороны Агиевич Т.А., предусмотренных договором уступки прав, по передаче цессионарию действительного требования, которое влечет не недействительность договора уступки, а ответственность цедента за передачу недействительного требования на основании ст. 390 ГК РФ.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, руководствуясь положениями ст.ст. 15, 390, 393 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что передачей ООО КБ «НОЛЬ» права требования, которое не могло быть передано в силу закона, поскольку неразрывно связано с личностью цедента, и, соответственно, не могло быть реализовано истцом по настоящему делу в отношении другого юридического лица — ООО «Ж.», Агиевич Т.А. причинила ООО КБ «НОЛЬ» убытки в виде утраты переданных ответчице в счет оплаты уступаемого права денежных средств в размере <данные изъяты> рублей, которые подлежат взысканию в пользу истца.

Глава 25. Ответственность за нарушение обязательств

В соответствии с пунктом 1 статьи 395 Гражданского кодекса РФ за пользование чужими денежными средствами вследствие их неправомерного удержания, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате либо неосновательного получения или сбережения за счет другого лица подлежат уплате проценты на сумму этих средств. Размер процентов определяется существующей в месте жительства кредитора, а если кредитором является юридическое лицо, в месте его нахождения учетной ставкой банковского процента на день исполнения денежного обязательства или его соответствующей части. При взыскании долга в судебном порядке суд может удовлетворить требование кредитора, исходя из учетной ставки банковского процента на день предъявления иска или на день вынесения решения. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Обобщение практики применения положений п. 1 ст. 395 ГК РФ показало, что суды не всегда правильно применяют эту норму закона, без учета условий договора, которыми предусмотрен иной размер процентов, а также без учета применения иных мер ответственности за нарушение обязательства.

Так, отменяя решение Московского районного суда г. Калининграда в части взыскания в пользу ЗАО «Арива» с Шагиной Н.А. и ООО «Цессия» солидарно процентов за пользование чужими денежными средствами, полученными Шагиной Н.А. по договору займа, суд апелляционной инстанции указал, что по смыслу ст. ст. 395, 811 ГК РФ правила ст. 395 ГК РФ об уплате процентов в случаях, когда заемщик не возвращает в срок сумму займа, применяются, если иной размер процентов не установлен договором.

Между тем, пунктом 6.1 договора займа сторонами определена ответственность заемщика за нарушение срока и порядка возврата суммы займа в процентом отношении к сумме займа, и суд, разрешая спор, взыскал с ответчиков штрафные санкции (пени) за просрочку возврата суммы займа.

При таких обстоятельствах у суда не имелось законных оснований для взыскания с ответчиков, помимо предусмотренной договором займа штрафной неустойки (пени), процентов за пользование чужими денежными средствами по п. 1 ст. 395 ГК РФ.

По другому гражданскому делу Московским районным судом г.Калининграда были удовлетворены частично исковые требования Сидоровой Ю.Н., в ее пользу с ООО «Инвест-Проект» взысканы убытки в виде упущенной выгоды в размере <данные изъяты> рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей.

При этом судом установлено, что между Сидоровой Ю.Н. (арендодатель) и ООО «Меганит» (арендатор) был заключен договор аренды нежилого помещения, площадью <данные изъяты> кв.м. Арендная плата была определена между сторонами в размере <данные изъяты> рублей в месяц, из расчета <данные изъяты> рублей за 1 кв.м. (п.3.1 договора).

Удовлетворяя требования истицы о взыскании с ООО «Инвест-Проект» убытков в виде упущенной выгоды, суд исходил из того, что со стороны ответчика чинились препятствия в доступе к сданному в аренду нежилому помещению, площадью <данные изъяты> кв.м, которое является смежным с помещением, площадью <данные изъяты> кв.м, и вход в него осуществляется через общую дверь. в связи с чем пришел к обоснованному выводу о том, что именно по вине ответчика истица не получила выгоду в виде арендных платежей по договору аренды.

Вместе с тем, законных оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ, начисленных на сумму вышеназванных убытков, не имелось.

Отменяя решение суда первой инстанции в части удовлетворения требований Сидоровой Ю.Н. о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей и принимая новое решение об отказе в удовлетворении данных требований, судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда указала следующее.

В соответствии со статьей 12 ГК РФ возмещение убытков является одним из способов защиты гражданских прав.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода, пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В силу главы 25 ГК РФ возмещение убытков является ответственностью за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обязательства.

В соответствии со ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами также являются ответственностью за нарушение денежного обязательства.

В этой связи, поскольку убытки являются мерой ответственности, то требование истца о взыскании процентов на основании ст. 395 ГК РФ, начисленных на сумму убытков в виде упущенной выгоды, противоречит положениям ст.ст. 15, 393 и ст.395 ГК РФ и удовлетворению не подлежит.

Решением Московского районного суда г. Калининграда удовлетворены частично исковые требования Белоуса С.М. и с Крылова В.А. в его пользу взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Калининградской области от 17 февраля 2004 года с ИП Крылова В.А. в пользу ИП Белоуса С.М. взыскано <данные изъяты> рублей.

Решением того же суда от 24 февраля 2007 года с ИП Крылова В.А. в пользу ИП Белоуса С.М. взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в связи с неисполнением решения суда от 17 февраля 2004 года в размере <данные изъяты> рублей.

Принимая оспариваемое решение и взыскивая с ответчика в пользу истца проценты за пользование чужими денежными средства на сумму основного долга, взысканную решением суда в 2004 году, суд, правильно применив срок исковой давности, взыскал такие проценты за период с 17 июля 2010 года по 27 февраля 2013 года.

Вместе с тем, суд без достаточных правовых оснований пришел к выводу о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму таких процентов, взысканных решением суда в 2007 году.

Изменяя решение суда первой инстанции в части размера подлежащих взысканию с Крылова В.А. в пользу Белоуса С.М. процентов за пользование чужими денежными средствами, судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда признала ошибочными выводы суда первой инстанции о том, что правовая природа уже взысканных решением суда процентов за пользование чужими денежными средствами иная, эти денежные средства представляют собой сумму, взысканную решением суда, и в связи с уклонением ответчика от ее возврата на нее подлежат начислению проценты, предусмотренные ст. 395 ГК РФ.

При этом, ссылаясь на разъяснения, содержащиеся в п. 51 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 8 от 01 июля 1996 года «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в соответствии с которыми предусмотренные пунктом 1 статьи 395 проценты подлежат уплате только на соответствующую сумму денежных средств и не должны начисляться на проценты за пользование чужими денежными средствами, если иное не предусмотрено законом, судебная коллегия указала, что проценты за пользование чужими денежными средствами начисляются на сумму основного долга и не могут быть начислены на те же проценты.

То обстоятельство, что проценты за пользование чужими денежными средствами были взысканы решением суда, вопреки выводам суда, не изменяет их правовой природы. Несмотря на то, что обязанность по выплате этой суммы, действительно, установлена решением суда, однако правовое основание для взыскания таких процентов установлено не решением суда, а вытекает из первоначального обязательства по выплате основного долга.

С учетом изложенного судебная коллегия не согласилась с законностью начисления процентов на проценты, указав, что в этой части исковые требования Белоуса С.М. не подлежали удовлетворению.

Вместе с тем, индексация присужденных денежных сумм по ст. 208 ГПК РФ не исключает право взыскателя на взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами, уплачиваемых при просрочке исполнения денежного обязательства.

Так, разрешая заявленные Марчуком С.В. требования о взыскании с Чернышова А.А. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 03 октября 2013 года по 22 января 2015 года включительно в сумме <данные изъяты> рублей, суд установил, что решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 20 мая 2011 года с Чернышова А.А. в пользу Марчука С.В. взысканы денежные средства по договорам займа, проценты за пользование денежными средствами по состоянию на 11 марта 2011 года, судебные расходы, а всего <данные изъяты> рублей. Решениями Ленинградского районного суда г. Калининграда от 26 ноября 2012 года и от 28 ноября 2013 года с Чернышова А.А. в пользу Марчука С.В. взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 12 марта 2011 года по 26 ноября 2012 года в размере <данные изъяты> руб. и за период с 27 ноября 2012 года по 02 октября 2013 года в размере <данные изъяты> рублей.

Судом также установлено, и материалами дела подтверждается, что задолженность, взысканная судебным решением от 20 мая 2011 года, погашена Чернышовым А.А. 22 января 2015 года.

Оценив представленные доказательства, суд, руководствуясь положениями ст. 395 ГК РФ, пришел к правильному выводу о том, что поскольку задолженность была погашена 22 января 2015 года, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей за период с 03 октября 2013 года по 22 января 2015 года (день погашения задолженности), исходя из ставки рефинансирования ЦБ РФ на день вынесения судебного решения (8,25%).

С такими выводами суда первой инстанции согласилась и судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда, которая в апелляционном определении указала, что вопреки доводам апелляционной жалобы, индексация присужденных денежных сумм по ст. 208 ГПК РФ не исключает право взыскателя на взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами, уплачиваемых при просрочке исполнения денежного обязательства. Уплата процентов, предусмотренных ст. 395 ГК РФ, является мерой ответственности должника за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства, а индексация денежных сумм по ст. 208 ГПК РФ — способом восстановления покупательной способности денежных средств, уже взысканных по решению суда, реальное исполнение которых задержалось на определенное время, при этом возможность индексации не поставлена в зависимость от характера сумм, взысканных решением суда.

Следует обратить внимание на особенности применения положений ст. 395 ГК РФ к отношениям, регулируемым договорами розничной купли-продажи товаров в кредит, в том числе с условием оплаты покупателем товаров в рассрочку.

В соответствии с абз. 1 п. 4 ст. 488 ГК РФ в случае, когда покупатель не исполняет обязанность по оплате переданного товара в установленный договором срок и иное не предусмотрено настоящим Кодексом или договором купли-продажи, на просроченную сумму подлежат уплате проценты в соответствии со статьей 395 настоящего Кодекса со дня, когда по договору товар должен был быть оплачен, до дня оплаты товара покупателем.

Вместе с тем, согласно п. 3 ст. 500 ГК РФ к договорам розничной купли-продажи товаров в кредит, в том числе с условием оплаты покупателем товаров в рассрочку, не подлежат применению правила, предусмотренные абзацем первым пункта 4 статьи 488 настоящего Кодекса.

Покупатель вправе оплатить товар в любое время в пределах установленного договором периода рассрочки оплаты товара.

Из системного толкования данных правовых норм следует, что неоплата, неполная, несвоевременная оплата покупателем товаров, проданных ему с условием о рассрочке платежа, не влекут его обязанность по уплате продавцу процентов за нарушение сроков внесения платежей по указанному договору.

Удовлетворяя исковые требования ООО «Экобалтиясервис» о взыскании с Морозовой О.А. задолженности по договору купли-продажи в размере <данные изъяты> рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 10 февраля 2013 года по 19 февраля 2015 года в размере <данные изъяты> рублей, Ленинградский районный суд г. Калининграда не учел вышеуказанные положения ГК РФ и не проверил законность начисления процентов в порядке ст. 395 ГК РФ, что явилось основанием для отмены решения суда в указанной части судом апелляционной инстанции.

При рассмотрении дела судом установлено, что 13 февраля 2011 года между ООО «ЭкоБалтияСервис» и Морозовой О.А. был заключен договор купли-продажи пылесоса марки «З.», Model И., стоимостью <данные изъяты> рублей. При заключении договора покупателем внесена сумма первоначального платежа в размере <данные изъяты> рублей.

Согласно условиям договора покупателю Морозовой О.А. предоставлена рассрочка платежа на срок до 10 февраля 2013 года в соответствии с графиком, являющимся приложением к договору, с внесением ежемесячного платежа в размере <данные изъяты> рублей.

Во исполнение договора ООО «ЭкоБалтияСервис» Морозовой О.А. передан пылесос моющий марки «З.», модель И. с набором насадок, который по настоящее время находится у нее.

Как следует из представленного истцом акта сверки и не оспаривалось Морозовой О.А., ею платежи по договору не вносились, срок предоставленной рассрочки истек, задолженность составляет <данные изъяты> рублей.

В связи с неисполнением ответчиком обязательств по вышеуказанному договору купли-продажи, на основании положений п. 1 ст. 485, п. 1 ст. 486, п. 1 ст. 488, п.п. 1, 3 ст. 489 ГК РФ суд пришел к правильному выводу об обоснованности исковых требований о взыскании с ответчика в пользу истца задолженности по договору.

Частично удовлетворяя данные исковые требования, суд применил заявленный ответчиком срок исковой давности и на основании ст.ст. 196, 199, 200 ГК РФ взыскал с Морозовой О.А. в пользу ООО «ЭкоБалтияСервис» задолженность по договору в размере <данные изъяты> рублей, представляющую собой сумму ежемесячных платежей, предусмотренных графиком, за трехлетний период, предшествовавший обращению истца в суд с настоящим иском.

Вместе с тем, решение суда в части взыскания с Морозовой О.А. в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами судом апелляционной инстанции отменено и принято новое решение, которым в удовлетворении данного требования отказано.

При этом судебная коллегия указала, что заключенный сторонами договор купли-продажи на основании ст. 492 ГК РФ является договором розничной купли-продажи, а согласно п. 3 ст. 500 ГК РФ к договорам розничной купли-продажи товаров в кредит, в том числе с условием оплаты покупателем товаров в рассрочку, не подлежат применению правила, предусмотренные абзацем первым пункта 4 статьи 488 настоящего Кодекса.

Анализ указанных положений закона свидетельствует о том, что продавец не вправе требовать уплаты покупателем процентов с просроченной суммы, это запрещено п. 3 ст. 500 ГК РФ.

Иногда суды допускают ошибки в расчете подлежащих уплате процентов, в связи с тем, что не учитывают разъяснения, содержащиеся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 13 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 14 от 08 октября 1998 года «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами».

Так, соглашаясь с выводом Багратионовского районного суда Калининградской области о наличии правовых оснований для удовлетворения требований истицы Варашка В.Ю. о взыскании с ответчика Гусакова В.В. процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ, поскольку он соответствует положениям ч. 1 ст. 811 ГК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда снизила размер подлежащей взысканию суммы процентов, поскольку при определении размера процентов, подлежащих взысканию с Гусакова В.В., судом не были учтены разъяснения, содержащиеся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 13 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 14 от 08 октября 1998 года «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами», согласно которым при расчете подлежащих уплате годовых процентов по ставке рефинансирования Центрального банка Российской Федерации число дней в году (месяце) принимается равным соответственно 360 и 30 дням, если иное не установлено соглашением сторон, обязательными для сторон правилами, а также обычаями делового оборота.

В некоторых случаях суды неправильно определяют период просрочки, за который подлежат уплате проценты за пользование чужими денежными средствами.

Так, удовлетворив исковые требования Павленко Ю.П. о расторжении договора купли-продажи автомобиля марки Й., заключенного 07 ноября 2014 года между Павленко Ю.П. и Рябоконь Е.В., Гвардейский районный суд Калининградской области возложил на Павленко Ю.П. обязанность по возврату автомобиля Рябоконь Е.В.; взыскал с Рябоконь Е.В. в пользу Павленко Ю.П. уплаченные за автомобиль денежные средства в размере <данные изъяты> рублей, расходы на оформление договора купли-продажи в размере <данные изъяты> рублей, расходы по оплате страховой премии в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, расходы по оплате государственной пошлины за регистрацию автомобиля в размере <данные изъяты> рублей, расходы по оплате оформления заявления о регистрации автомобиля в размере <данные изъяты> рублей, а также проценты за пользование чужими денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек.

Отменяя решение суда первой инстанции в части взыскания с Рябоконь Е.В. в пользу Павленко Ю.П. процентов за пользование чужими денежными средствами и отказывая в удовлетворении этих требований, судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда исходила из того, что требования истца о взыскании процентов в соответствии со ст. 395 ГК РФ удовлетворению не подлежат, поскольку до расторжения договора купли-продажи обязанности по возврату истцу денежных сумм у ответчика не имелось и, соответственно, на стороне ответчика отсутствовала просрочка исполнения денежного обязательства. Обязанность по возврату денег возникает у ответчика вследствие расторжения договора, который, в силу п. 3 ст. 453 ГК РФ считается расторгнутым с момента вступления решения суда в законную силу.

Судом апелляционной инстанции изменено решение Центрального районного суда г. Калининграда в части размера взысканных с Игнатюк А.В. в пользу Медведевой Е.Г. процентов за пользование чужими денежными средствами, их размер уменьшен с <данные изъяты> рублей до <данные изъяты> рублей.

Разрешая возникший спор, суд первой инстанции установил, что между сторонами имелась договоренность о приобретении земельного участка за счет совместных денежных средств и его дальнейшей продажи, то есть с целью извлечения прибыли, полученная Игнатюк А.В. от Медведевой Е.Г. денежная сумма в <данные изъяты> рублей являлась частью оплаты стоимости земельного участка, право собственности на который в дальнейшем было зарегистрировано за ответчицей.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания в пользу Медведевой Е.Г. указанной денежной суммы, поскольку оснований к удержанию ответчицей данной суммы не имеется, и по сути своей, она с момента ее востребования является неосновательным обогащением ответчицы в соответствии со ст. 1102 ГК РФ.

Оснований, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ, при наличии которых неосновательное обогащение не подлежит возврату, не имеется.

При этом, не соглашаясь с позицией ответчицы о пропуске истицей срока исковой давности по заявленным исковым требованиям, поскольку начало течения срока исковой давности, по мнению ответчицы, следует исчислять с 30 апреля 2008 года, то есть с момента регистрации права собственности на земельный участок, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что в силу положений ст.ст. 200, 314 ГК РФ срок исполнения обязательства по возвращению денежных средств в рассматриваемой ситуации определяется моментом востребования, поскольку с момента уклонения ответчицы от возврата денежных средств по требованию истицы право последней и было нарушено.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции не согласился и с обоснованностью вывода суда первой инстанции о начале срока для исчисления процентов в соответствии со ст. 395 ГК РФ с даты оформления ответчицей земельного участка в свою собственность, то есть с 30 апреля 2008 года, поскольку при указанных выше обстоятельствах и имеющихся между сторонами договоренностей оснований считать, что с момента передачи ответчице денежных средств и до момента востребования истицей денежных средств Игнатюк А.В. неосновательно их получила или сберегала за счет другого лица, неправомерно их удерживала, уклонялась от их возврата, не имеется.

Такие обстоятельства пользования чужими денежными средствами без законных к тому оснований имели место после обращения 10 июля 2013 года Медведевой Е.Г. к Игнатюк А.В. о возврате денежных средств.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что ответчица в силу ст. 395 ГК РФ подлежит привлечению к ответственности за неисполнение денежного обязательства в сумме <данные изъяты> рублей с учетом положений п. 2 ст. 314 ГК РФ, устанавливающей исполнение обязательства в разумный срок после возникновения обязательства в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, предусмотренные ст. 395 ГК РФ проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат взысканию, начиная с 24 июля 2013 года.

При рассмотрении дела по иску Ларионовой Н.В. к Хиценко Е.И., Хиценко О.А. о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами Гурьевский районный суд Калининградской области правильно, с учетом положений ст. 1107 ГК РФ, в соответствии с которой на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств, пришел к выводу о том, что поскольку срок исполнения принятых на себя обязательств по подысканию супругами Хиценко земельного участка и строительства на нем дома для истицы сторонами установлен не был, доказательств более раннего получения ими требований о возврате полученных на эти цели денежных средств в деле не имеется, проценты за пользование чужими денежными средствами подлежат исчислению с 17 мая 2013 года, когда в связи с проводимой ОМВД по Гурьевскому району Калининградской области проверкой по заявлению Ларионовой Н.В. ответчики были вызваны для дачи объяснений по указанному факту в ОМВД по Гурьевскому району Калининградской области и когда им достоверно стало известно о заявлении со стороны Ларионовой Н.В. претензий по поводу невозврата денежных средств.

Глава 26. Прекращение обязательств

В соответствии со статьей 408 Гражданского кодекса РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Кредитор, принимая исполнение, обязан по требованию должника выдать ему расписку в получении исполнения полностью или в соответствующей части.

Если должник выдал кредитору в удостоверение обязательства долговой документ, то кредитор, принимая исполнение, должен вернуть этот документ, а при невозможности возвращения указать на это в выдаваемой им расписке. Расписка может быть заменена надписью на возвращаемом долговом документе. Нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства.

При отказе кредитора выдать расписку, вернуть долговой документ или отметить в расписке невозможность его возвращения должник вправе задержать исполнение. В этих случаях кредитор считается просрочившим.

Изучение правоприменительной практики показало, что судами в целом правильно применяется данная норма закона.

Удовлетворяя исковые требования ООО «ГЕЛЕНД» о взыскании с Доменя Д.Р. задолженности по договору беспроцентного займа б/н от 08 октября 2010 года в сумме <данные изъяты> рублей, Светловский городской суд Калининградской области правомерно, со ссылкой на положения ст. 60 ГПК РФ и ст. 408 ГК РФ, отклонил возражения ответчика, который ссылался на возврат полученных по договору денежных средств генеральному директору ООО «ГЕЛЕНД», поскольку указанные доводы ответчика не подтверждены надлежащими доказательствами и не могут являться основанием к отказу в иске.

Гурьевским районным судом Калининградской области обоснованно были удовлетворены исковые требования Никулина В.Ю. о взыскании в его пользу с Хворова Г.В. денежных средств в размере <данные изъяты> рублей, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере <данные изъяты> рублей.

При рассмотрении дела судом установлено, что 24 марта 2011 года между Никулиным В.Ю. и Хворовым Г.В. был заключен договор, в соответствии с которым Хворов Г.В. обязался привезти для истца по его заказу из Германии автомобиль марки Й., ДД.ММ.ГГГГ выпуска, зеленого цвета, с дизельным типом двигателя, <данные изъяты>, с автоматической коробкой передач за <данные изъяты> рублей. Срок исполнения заказа между сторонами был согласован до одного месяца. Во исполнение своих обязательств по оплате заказа Никулин В.Ю. передал Хворову Г.В. <данные изъяты> рублей, что подтверждается расписками Хворова Г.В. о получении указанных денежных средств, учиненными им в подлиннике договора от 24 марта 2011 года.

Однако, своих обязательств перед истцом Хворов Г.В. не исполнил. Как настаивал ответчик, им во исполнение условий договора в собственность Никулина В.Ю. был оформлен другой автомобиль, тоже марки Й., синего цвета, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, ранее состоящий на учете в ГИБДД г. Петрозаводска Республики Карелия Российской Федерации, который впоследствии Никулин В.Ю. продал.

Разрешая возникший спор, суд, сославшись на положения ст.ст. 312 и 408 ГК РФ, правильно пришел к выводу о том, что указанные ответчиком обстоятельства, если они и имели место, не подтверждают факт принятия истцом исполнения Хворовым Г.В. своих обязательств по договору от 24 марта 2011 года, где предметом является совершенно иной автомобиль — из Германии, ДД.ММ.ГГГГ выпуска, зеленого цвета.

Доводы же ответчика о наличии соглашения с истцом о передаче истцу транспортного средства с техническими характеристиками и идентификационными данными, указанными в договоре от 24 марта 2011 года, под документы аналогичного транспортного средства своего подтверждения в судебном заседании не нашли, истец отрицал наличие такого соглашения.

Удовлетворяя исковые требования ЗАО «Арива» о взыскании с Шагиной Н.А. и ООО «Цессия» солидарно процентов за пользование займом, пени за просрочку исполнения обязательств, Московский районный суд г. Калининграда обоснованно не согласился с доводами Шагиной Н.А. о том, что срок действия договора займа, заключенного между нею и ЗАО «Арива», истек, и обязательства по нему исполнены Шагиной Н.А. в полном объеме.

При этом суд указал, что в соответствии с положениями п. 3 ст. 425 ГК РФ законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства. Окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение (п. 4 ст. 425 ГК РФ).

Пунктом 5.2 договора займа, заключенного между ЗАО «Арива» и Шагиной Н.А., прямо предусмотрено, что настоящий договор действует до полного исполнения сторонами своих обязательств по нему и окончания взаиморасчетов.

Таким образом, договором займа определено, что он действует до полного исполнения Шагиной Н.А. своих обязательств по нему и окончания взаиморасчетов.

В связи с неисполнением в полном объеме Шагиной Н.А. обязательств по договору займа, суд пришел к правильному выводу о том, что срок его действия не окончен.

Подраздел 2. Общие положения о договоре

Применение положений о предварительном договоре.

В соответствии с пунктом 1 статьи 429 Гражданского кодекса РФ по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также условия основного договора, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение при заключении предварительного договора. (п. 3 ст. 429 ГК РФ).

Эти требования закона не были учтены Центральным районным судом г.Калининграда при рассмотрении гражданского дела по иску Медведевой Е.Г. к Игнатюк А.В. о расторжении заключенного между сторонами предварительного договора на покупку в долевую собственность земельного участка, что повлекло отмену решения суда в указанной части судом апелляционной инстанции.

При рассмотрении дела судебными инстанциями было установлено, что 30 апреля 2008 года Игнатюк А.В. приобрела земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м по адресу: <адрес> для строительства индивидуального жилого дома и оформила земельный участок в свою собственность, что подтверждается протоколом конкурсной комиссии Администрации г. Балтийска и выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Также их материалов дела следует, что в мае 2008 года Игнатюк А.В. оформлена письменная расписка, согласно содержанию которой «<данные изъяты>»

Факт получения денежной суммы и написания об этом соответствующей расписки указанного выше содержания ответчица Игнатюк А.В. не оспаривала в ходе судебного разбирательства, как и не оспаривала того обстоятельства, что, в том числе, и за денежные средства Медведевой Е.Г. в названном выше размере она приобрела земельный участок площадью <данные изъяты> кв.м по адресу: <адрес>.

Давая оценку правовой природе указанной выше расписки и сложившимся между сторонами правоотношениям, суд первой инстанции согласился с доводами истицы о заключении между сторонами предварительного договора на покупку земельного участка в долевую собственность, и, удовлетворяя заявленные исковые требования, признав установленным соблюдение истицей досудебного порядка расторжения договора, пришел к выводу о наличии правовых оснований для его расторжения в судебном порядке.

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда с таким выводом суда первой инстанции не согласилась, указав, что он не соответствует требованиям закона и установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора. Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора, а также срок, в который стороны обязуются заключить основной договор (пункты 2 — 4 статьи 429 ГК Российской Федерации).

Вместе с тем, указанная выше расписка сама по себе в качестве предварительного договора не может быть признана, поскольку в ней не содержится никаких конкретных условий будущего основного договора, позволяющих считать, что между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора в требуемой в подлежащих случаях форме.

Учитывая, что предварительный договор, отвечающий требованиям закона по его форме и содержанию, между сторонами не заключен, суд первой инстанции, придя к выводу о наличии существенного нарушения договора другой стороной и расторгая его, неправильно применил нормы материального права.

В этой связи решение суда в части удовлетворения исковых требований о расторжении предварительного договора между Медведевой Е.Г. и Игнатюк А.В. признано судом апелляционной инстанции необоснованным, отменено с вынесением в указанной части нового решения об отказе в удовлетворении данных исковых требований.

Неправильное применение норм материального права, регулирующих заключение предварительного договора, допущено Центральным районным судом г. Калининграда и при рассмотрении гражданского дела по иску Воронина Е.А. к Череповской Т.Д. о взыскании задатка в двойном размере.

Воронин Е.А. обратился в суд с иском к Череповской Т.Д. о взыскании задатка в двойном размере, указав, что 9 октября 2014 года между ним и Череповской Т.Д. при посредничестве ООО «К.» был заключен предварительный договор купли-продажи недвижимости, согласно которому стороны договорились в срок до 17 октября 2014 года заключить основной договор купли-продажи квартиры № дома № по <адрес> по цене <данные изъяты> руб. В соответствии с п. 3 предварительного договора он (Воронин Е.А.) передал продавцу квартиры задаток в размере <данные изъяты> рублей. Между тем, в установленный предварительным договором срок основной договор так и не был заключен, Череповская Т.Д. о причинах невыполнения условий договора ни его (Воронина Е.А.), ни представителя ООО «К.», при посредничестве которого совершалась сделка, не уведомила, в связи с чем просил взыскать с Череповской Т.Д. сумму задатка в двойном размере <данные изъяты> рублей, а также понесенные им расходы по уплате государственной пошлины.

Решением Центрального районного суда г. Калининграда исковые требования удовлетворены частично — с Череповской Т.Д. в пользу Воронина Е.А. взысканы денежные средства в размере <данные изъяты> рублей, в остальной части иска отказано.

При рассмотрении дела судом установлено, что 9 октября 2014 года между Череповской Т.Д. и Ворониным Е.А. при посредничестве ООО «К.» был заключен предварительный договор купли-продажи объекта недвижимости, по условиям которого продавец и покупатель приняли на себя обязательства в срок до 9 ноября 2014 года заключить основной договор купли-продажи квартиры общей площадью <данные изъяты> кв.м, расположенной по адресу: <адрес> (строительный номер), цена предмета договора составляет <данные изъяты> рублей.

В соответствии с п. 2 договора объект принадлежит продавцу на праве требования на основании договора долевого участия в строительстве жилого дома от 5 июля 2011 года.

При подписании договора в соответствии с его условиями Воронин Е.А. передал Череповской Т.Д. задаток в размере <данные изъяты> рублей.

Из объяснений сторон и показаний свидетеля Л. (сотрудника ООО «К.»), сопровождавшего сделку, судом установлено, что на момент заключения предварительного договора купли-продажи квартиры дом не был введен в эксплуатацию, в связи с чем переход права должен был состояться на основании соглашения об уступке прав по договору долевого участия в строительстве. Для заключения такого соглашения Череповской Т.Д. необходимо было получить согласие застройщика. Между тем, поскольку застройщик ООО «М.», с которым у Череповской Т.Д. был заключен договор № от 5 июля 2011 года долевого участия в строительстве дома, находился в стадии банкротства, а строительство дома продолжил другой застройщик ООО «Н.», отказавшийся дать согласие на заключение договора уступки права требования, Череповская Т.Д. не смогла получить согласие застройщика и предложила Воронину Е.А. оформить сделку без данного документа, на что последний отказался.

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из того, что Воронин Е.А. передал Череповской Т.Д. задаток в обеспечение исполнения предварительного договора купли-продажи квартиры от 9 октября 2014 года, а поскольку срок действия предварительного договора истек 9 ноября 2014 года, однако ни одна из сторон не направила другой стороне требование о заключении основного договора, не предъявила иск о понуждении заключить основной договор, то в силу п. 6 ст. 429 ГК РФ обязательства сторон по данному договору, в том числе и в части задатка, считаются прекращенными, следовательно, денежные средства в размере <данные изъяты> рублей, переданные в качестве задатка, в соответствии со ст.ст. 1102, 1103 ГК РФ являются неосновательным обогащением Череповской Т.Д. и подлежат взысканию в пользу Воронина Е.А.

С такими выводами суда первой инстанции не согласилась судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда, указав в апелляционном определении о том, что последствия неисполнения сторонами соглашения о задатке регулируются специальной нормой — ст. 380 ГК РФ, в связи с чем само по себе истечение срока предварительного договора не изменяет правовой природы задатка. Таким образом, вне зависимости от того, прекращен ли срок действия предварительного договора, либо последний является действующим, судьба задатка подлежит разрешению исходя из положений ст. 380 ГК РФ, а не норм, регулирующих неосновательное обогащение.

Кроме того, судебная коллегия признала ошибочным вывод суда о том, что заключенный между Череповской Т.Д. и Ворониным Е.А. договор, является предварительным договором купли-продажи недвижимости, а соответственно, переданная по нему денежная сумма — задатком.

Так, согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора (п. 3 ст. 429 ГК РФ).

В договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества. При отсутствии этих данных условие о недвижимом имуществе, подлежащем передаче, считается несогласованным, а договор — незаключенным (ст. 554 ГК РФ).

Между тем, из материалов дела следует, что на момент заключения 9 октября 2014 года предварительного договора купли-продажи объекта недвижимости Череповская Т.Д. не являлась собственником квартиры, на что прямо указано в п. 1 договора: объект принадлежит продавцу на праве требования (основание договор долевого участия в строительстве жилого дома от 5 июля 2011 года). Адрес квартиры указан: <адрес>.

Поскольку многоквартирный дом в эксплуатацию не был введен, квартира, как объект недвижимого имущества (самостоятельный объект права), в отношении которого возможно заключение договора купли-продажи, не существовала, а Череповская Т.Д., не являясь собственником такого объекта, не имела права принимать на себя обязательство по продаже квартиры.

Указанные обстоятельства также подтверждаются и материалами регистрационного дела, из которого видно, что разрешение на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома по <адрес> было выдано 30 октября 2014 года, квартира передана Череповской Т.Д. по акту приема-передачи 26 декабря 2014 года, свидетельство о регистрации права собственности на него получено 14 января 2015 года, при этом точный адрес объекта: <адрес>.

Таким образом, на момент заключения предварительного договора индивидуальные характеристики квартиры (ее точный адрес, месторасположение в составе многоквартирного дома) не были и не могли быть определены по причине незавершения строительства дома.

Принимая во внимание, что отчуждение объекта долевого участия в строящемся многоквартирном доме возможно путем заключения договора уступки права (требования), однако, исходя из буквального содержания предварительного договора купли-продажи, таких обязательств стороны на себя не принимали, судебная коллегия пришла к выводу о том, что заключенный между Череповской Т.Д. и Ворониным Е.А. договор не является предварительным договором купли-продажи недвижимости, а, переданная по нему денежная сумма — задатком, как не обеспечивающая исполнение обязательства по заключению в будущем основного договора, в связи с чем уплаченная покупателем Ворониным Е.А. сумма в размере <данные изъяты> рублей является авансом, следовательно, не подлежит взысканию в его пользу в двойном размере.

Поскольку ошибочный вывод суда о прекращении обязательств по предварительному договору в части задатка и применению к спорным правоотношениям норм о неосновательном обогащении не привел к неправильному разрешению спора, оспариваемое решение судом апелляционной инстанции оставлению без изменения.

Заключение договора

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Так, разрешая требования Шишкина В.Н. к Байковой Н.И. о взыскании убытков и возмещении морального вреда по договору возмездного оказания услуг и отказывая в их удовлетворении, Светлогорский городской суд Калининградской области обоснованно пришел к выводу о том, что договор возмездного оказания услуг между сторонами не может считаться заключенным, в связи с недостижением между ними соглашения по всем существенным условиям договора в требуемой законом письменной форме.

В обоснование заявленных требований Шишкин В.Н. указывал, что 11 марта 2008 года он договорился с ответчицей о том, что будет оказывать Байковой Н.И. помощь по договору возмездного оказания услуг, а она, в свою очередь, составила завещание, которым завещала Шишкину В.Н. принадлежащую ей квартиру. С этого момента Шишкин В.Н. в течение четырех лет оказывал помощь Байковой Н.И. — приносил. продукты, убирал в комнатах, мыл посуду и полы, выносил мусор, иногда водил Байкову Н.И. в поликлинику, помогал восстанавливать документы на приватизацию квартиры, утраченные Байковой Н.И., помогал получить путевку в дом-интернат, а в дальнейшем навещал Байкову Н.И. в доме-интернате для престарелых и инвалидов «О.». В связи с просьбой Байковой Н.И. сдать принадлежащую ей квартиру в наем, ему (Шишкину В.Н.) пришлось за свой счет производить ремонтные работы в квартире, т.к. квартира находилась в запущенном состоянии, и люди отказывались ее снимать.

Однако, несмотря на проявленную истцом по отношению к ней заботу и внимание, Байкова Н.И. отменила завещание, которым завещала квартиру Шишкину В.Н., чем причинила истцу нравственные страдания.

В связи с изложенным Шишкин В.Н. просил компенсировать его расходы по уходу за Байковой Н.И. и взыскать с ответчицы в его пользу компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей из расчета по <данные изъяты> рублей за каждый месяц; расходы по оплате коммунальных услуг, расходы, связанные с приобретением строительных материалов для ремонта квартиры.

Ссылаясь на положения п. 1 ст. 779 и п. 1 ст. 781 ГК РФ, а также на положения п. 1 ст. 432 ГК РФ, суд указал в решении о том, что существенным условием договора возмездного оказания услуг является его предмет, позволяющий определить, какие именно действия или определенную деятельность должен осуществить исполнитель по заданию заказчика, цена услуги.

При этом, исходя из положений п.1 ст.161 ГК РФ, сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, должны совершаться в простой письменной форме.

Согласно п.1 ст.162 ГК РФ несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Из материалов дела следует, что договор возмездного оказания услуг, а также какой-либо иной договор в письменной форме между сторонами не заключался.

Указанное обстоятельство Шишкиным В.Н. в ходе рассмотрения дела не оспаривалось, никаких письменных доказательств в подтверждение наличия между ним и Байковой Н.И. договора возмездного оказания услуг представлено не было.

В ходе рассмотрения дела Байкова Н.И. заключение договора возмездного оказания услуг между нею и Шишкиным В.Н. не признала, заявив о том, что Шишкин В.Н. является ее соседом, никаких особых услуг он ей не оказывал, так как она в них не нуждалась. Иногда истец ей помогал как одинокой женщине, но за помощь она платила ему деньги. Один — два раза в неделю Шишкин В.Н. приносил ей хлеб и молоко, иногда по ее просьбе покупал сосиски. Шишкин В.Н. сам предложил ей помощь в покупке продуктов. Деньги за продукты она всегда отдавала. Она не просила Шишкина В.Н. делать ремонт в ее квартире, что истцом в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

С учетом изложенных обстоятельств суд обоснованно пришел к выводу о том, что договор возмездного оказания услуг между сторонами не может считаться заключенным в связи с недостижением между ними соглашения по всем существенным условиям договора в требуемой законом письменной форме.

Составление 27 мая 2008 года Байковой Н.И. завещания, которым она завещала принадлежащую ей квартиру Шишкину В.Н., само по себе не может свидетельствовать о заключении между сторонами договора возмездного оказания услуг.

При таких обстоятельствах суд сделал правильный вывод об отсутствии правовых оснований для взыскания с Байковой Н.И. в пользу Шишкина В.Н. денежных средств за оказанные ей услуги, в том числе расходов на покупку строительных материалов и ремонт квартиры, а также для взыскания компенсации морального вреда.

Апелляционная инстанция с выводами суда первой инстанции, изложенными в решении, согласилась, оставив решение суда без изменения, апелляционную жалобу Шишкина В.Н. — без удовлетворения.

Согласно пункту 2 статьи 432 Гражданского кодекса РФ договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. (п. 1 ст. 433 ГК РФ).

Указанные положения Гражданского кодекса РФ, регулирующие заключение договора посредством направления оферты, обоснованно применены Центральным районным судом г. Калининграда при рассмотрении гражданского дела по иску Национального банка «ТРАСТ» (ОАО) к Ядченкову В.Н., по результатам рассмотрения которого с Ядченкова В.Н. в пользу Национального банка «ТРАСТ» (ОАО) взыскана задолженность по кредитному договору № от 21 августа 2012 года о предоставлении в пользование международной расчетной банковской карты в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейки.

При рассмотрении дела судом установлено, что 20 августа 2012 года Ядченков В.Н. обратился в НБ «ТРАСТ» (ОАО) с заявлением о предоставлении кредита в размере <данные изъяты> руб. <данные изъяты> коп. сроком на 24 месяца, на основании которого между сторонами в офертно-акцептной форме заключен кредитный договор № от 20 августа 2012 года (Договор1).

Одновременно в заявлении ответчик выразил согласие с тем, что акцептом его оферты о заключении Договора 1 являются и действия кредитора по открытию ему счета и спецкартсчета (СКС), а Условия по карте, Тарифы, Тарифы по карте и График платежей являются неотъемлемой частью Заявления и Договора 1.

Также заемщик указал об ознакомлении и согласии с Условиями по Расчетной Карте, Тарифами по Расчетной Карте, обязался их соблюдать и просил Банк заключить с ним Договор о Расчетной Карте, в рамках которого в соответствии с Условиями по Расчетной Карте открыть ему банковский счет/счета (Счет Расчетной Карты) и предоставить в пользование международную расчетную Банковскую карту/карты НБ «Траст» (ОАО) с лимитом разрешенного овердрафта (Расчетная Карта).

Условиями по Расчетной Карте предусмотрена активация карты либо самим клиентом, либо банком на основании обращения клиента.

Ответчик получил Расчетную Карту № с лимитом разрешенного овердрафта на следующих условиях: размер лимита разрешенного овердрафта — <данные изъяты> рублей; проценты за пользование кредитом — 51,10 % годовых; срок действия Расчетной Карты — 36 месяцев и 15 января 2013 года активировал ее, что в силу п. 3 ст. 438 ГК РФ правильно расценено судом в качестве согласия клиента с суммой первоначального лимита разрешенного овердрафта.

Таким образом, Договор 2 № был заключен сторонами в соответствии со ст. ст. 428, 432, 435, 438 ГК РФ посредством акцепта банком оферты ответчика, выраженной в его заявлении о предоставлении кредита.

Факты написания ответчиком заявления о предоставлении кредита, содержащего просьбу заемщика о предоставлении кредита и об открытии ему в соответствии с Условиями Счета Расчетной Карты, подтверждены материалами дела.

Оставляя без изменения решение суда первой инстанции, судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в апелляционном определении указала, что доводы апелляционной жалобы об иных условиях договора, в частности о процентной ставке, не основаны на материалах дела.

Так, письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 ГК РФ, то есть совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (п. 3 ст. 434 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, письменное предложение ответчика о заключении кредитного договора, выразилось в заявлении о предоставлении кредита путем совершения действий по выполнению указанных в нем условий договора. Определение отдельных условий кредитного договора со ссылкой на Условия по Расчетной Карте, Тарифы по Расчетной Карте не противоречит закону.

О том, что Ядченков В.Н. ознакомлен с указанными документами, понимает их содержание и полностью был с ними согласен, обязуется их соблюдать, свидетельствует его собственноручная подпись под заявлением о предоставлении кредита, а действия ответчика по использованию денежных средств банка, подтверждают одобрение им заключенного договора.

Вместе с тем, в соответствии с п. 3 ст. 420 ГК РФ к обязательствам, возникшим из договора, общие положения об обязательствах (статьи 307 — 419), применялись судами, если иное не предусмотрено правилами главы 27 Гражданского кодекса РФ (понятия и условия договора) и правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в Гражданском кодексе РФ.

Так, удовлетворяя исковые требования ОАО «Теплоэнерго», к которому по договору уступки прав требования от 31 июля 2014 года от ОАО «П.» перешло право требования к ответчику, являющемуся собственником жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес>, задолженности по оплате за потребленную тепловую энергию, Черняховский городской суд Калининградской области правомерно отверг доводы ответчика о том, что между ним и ОАО «ДК Нижегородского района» отсутствуют договорные отношения.

При рассмотрении дела судом установлено, что управление многоквартирным домом по адресу: <адрес>, включая оказание коммунальных услуг по отоплению, в спорный период на основании договора управления от 01 января 2011 года осуществляло ОАО «П.», которому ответчик в силу ст. 210 ГК РФ, ст.ст. 30, 153, 155 ЖК РФ обязан был вносить плату за услуги по отоплению.

Доводы Прохорова О.Ю. о том, что он данный договор не заключал, и как следствие у него отсутствует обязанность по внесению коммунальных платежей, судом первой инстанции правильно признаны необоснованными, поскольку обязанность ответчика как потребителя услуги теплоснабжения по своевременному внесению оплаты за оказанные услуги установлена положениями ст.ст. 539, 540, 544 ГК РФ, а договор снабжения гражданина тепловой энергией в силу ст. 540 ГК РФ считается заключенным с момента первого фактического подключения гражданина к соответствующей сети и не требует составления единого документа, подписываемого сторонами.

Исполнение договора

В соответствии с пунктом 1 статьи 408 Гражданского кодекса РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Следует подчеркнуть, что речь идет именно о надлежащем исполнении обязательства. Соответственно, исполнение обязательства ненадлежащим образом не влечет его прекращение.

Так, решением Багратионовского районного суда Калининградской области Тодчук И.Н. отказано в удовлетворении исковых требований к ОАО «Альфа-Банк», ОАО «Национальное бюро кредитных историй» о признании кредитного договора исполненным, возложении обязанности исключить персональные данные из кредитной истории.

При рассмотрении дела судом установлено, что 21 ноября 2011 года между Тодчук И.Н. и ОАО «Альфа-Банк» в офертно-акцептной форме на основании анкеты-заявления истицы от 21 ноября 2011 года был заключен кредитный договор (соглашение о кредитовании), по которому банк предоставил истице кредит в размере <данные изъяты> рублей на 36 месяцев под 12,99 % годовых.

Согласно анкеты-заявления Тодчук И.Н. на получение кредита в ОАО «Альфа-Банк» от 19 ноября 2011 года она лично ознакомлена и полностью согласна с условиями договора о банковском комплексном обслуживании физических лиц в ОАО «Альфа-Банк», обязалась выполнять условия данного договора, ознакомлена и полностью согласна с Общими условиями предоставления Персонального кредита (кредита с условиями ежемесячного погашения задолженности равными частями), Общими условиями кредитования. Акцептом оферты о предоставлении кредита будет зачисление кредита на указанный ею текущий кредитный счет.

В соответствии с п. 2.5 Общих условий предоставления кредита с момента предоставления кредита на текущий кредитный счет и до момента расторжения (прекращения) действия соглашения о кредитовании возможно совершение по текущему кредитному счету следующих операций: выдача наличных денежных средств через банкомат или кассу банка; внесение наличных денежных средств через банкомат или кассу банка; оплата услуг (товаров) в торгово-сервисных предприятиях с использованием карты, выпущенной по заявлению клиента к текущему кредитному счету.

Как следует из выписки по текущему кредитному счету, сумма кредита была выдана Тодчук И.Н. с использованием банковской карты.

По соглашению о кредитовании Тодчук И.Н. должна была ежемесячно 21 числа каждого месяца вносить на текущий кредитный счет в счет погашения задолженности по кредиту и начисленным процентам ежемесячный платеж в сумме <данные изъяты> рублей (основной долг — <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, проценты — <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, комиссия за обслуживание текущего счета — <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейка), а в последний месяц — <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейки.

Как следует из пояснений Тодчук И.Н., в счет досрочного погашения кредита она 13 августа 2012 года внесла через банкомат ОАО «Альфа-Банк» на кредитный счет <данные изъяты> рублей, что подтверждается представленными ею квитанциями на <данные изъяты> рублей (операция №) и на <данные изъяты> рублей (операция №) и считала свои обязательства перед банком исполненными.

Разрешая заявленные Тодчук И.Н. требования и отказывая в их удовлетворении, суд первой инстанции обоснованно не согласился с доводами истицы о том, что она надлежащим образом исполнила обязательства по кредитному договору.

При этом суд исходил из положений пункта 1 статьи 408 Гражданского кодекса РФ о том, что надлежащее исполнение прекращает обязательство, а также положений статей 809, 810 Гражданского кодекса РФ, согласно которым заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, предусмотренном договором займа, а заимодавец имеет право на получение с заемщика процентов на сумму займа в размере и в порядке, предусмотренном законом.

Сумма займа, предоставленного под проценты заемщику — гражданину для личного, семейного, домашнего или иного использования, не связанного с предпринимательской деятельностью, может быть возвращена заемщиком — гражданином досрочно полностью или по частям при условии уведомления об этом заимодавца не менее чем за тридцать дней до дня такого возврата. Договором займа может быть установлен более короткий срок уведомления заимодавца о намерении заемщика возвратить денежные средства досрочно.

Согласно п.3.5 Общих условий кредитования клиент вправе досрочно погасить кредит (часть кредита) в соответствии с п.3.5.1, п.3.5.2.1 и п. 3.5.2.3 не ранее даты четвертого ежемесячного платежа, в соответствии с п.3.5.2.2. не ранее даты, следующей за датой третьего ежемесячного платежа.

Как следует из пунктов 3.5 и 3.5.2 Общих условий кредитования полное досрочное погашение задолженности по соглашению о кредитовании осуществляется следующими способами: в отделении банка, где для досрочного погашения клиент оформляет заявление о досрочном погашении кредита не позднее, чем за пять рабочих дней до очередной даты платежа, указанной в графике погашения (п.п.3.5.1 — 3.5.2.1 Общих условий кредитования); в экспресс-кассах, имеющих функцию (пункт меню) «Полное досрочное погашение кредита», в дату обращения клиента к указанному пункту меню (п.3.5.2.2. Общих условий кредитования); на основании заявления, оформленного через телефонный центр «Альфа-Консультант», не позднее, чем за три рабочих дня до даты очередного ежемесячного платежа, указанного в графике погашения (п.3.5.2.3 Общих условий кредитования).

Таким образом, в случае досрочного погашения кредита клиент должен представить банку заявление о досрочном погашении кредита, которое может быть оформлено в отделении банка, через телефонный центр, либо путем самостоятельного проведения клиентом ряда операций через экспресс-кассу банка.

О таком порядке досрочного погашения кредита, содержащемся в Общих условиях кредитования, Тодчук И.Н. была осведомлена, что подтверждается ее анкетой-заявлением о предоставлении кредита, а также памяткой о пошаговых действиях по полному досрочному погашению кредита, представленной в суд истицей.

Вместе с тем, действий, предусмотренных вышеназванными пунктами Общих условий кредитования, Тодчук И.Н. не выполнила.

В соответствии с п. 3.4 Договора о комплексном банковском обслуживании физических лиц в ОАО «Альфа-Банк» операции по перечислению денежных средств со счета осуществляются исключительно на основании заявления, поручения и/или распоряжения клиента, оформленного по установленной банком форме, подписанного клиентом собственноручно (за исключением операций, проведенных с использованием карты и подтвержденного набором ПИН) или поступившего в банк через телефонный центр «Р.», услуги «С.», «Т.» и/или Экспресс-кассу.

На основании п. 4.1 Общих условий предоставления физическим лицам потребительского кредита ОАО «Альфа-Банк» погашение кредита производится ежемесячными платежами не позднее дат, указанных в графике погашения, путем перечисления клиентом необходимой суммы на текущий кредитный счет и без акцептного списания банком зачисленного ежемесячного платежа с текущего кредитного счета клиента на счет банка.

Согласно п.4.3 Общих условий при наличии остатка денежных средств на текущем кредитном счете клиента после погашения очередного ежемесячного платежа, остаток средств списывается банком в счет погашения последующих ежемесячных платежей, но не ране дат, предусмотренных графиком погашения.

При недостаточности или отсутствии денежных средств на текущем кредитном счете, непогашенная сумма ежемесячного платежа учитывается банком как просроченная задолженность (п.4.4 Общих условий).

Поскольку Тодчук И.Н. не оформила в соответствии с вышеприведенным порядком заявление о досрочном погашении кредита, банк после поступления 13 августа 2012 года денежных средств в размере <данные изъяты> рублей на текущий кредитный счет истицы продолжил исполнение порядка погашения кредита по соглашению о кредитовании в соответствии с условиями заключенного Соглашения о кредитовании, порядка погашения кредита и порядка обслуживания текущего кредитного счета путем списания зачисленного ежемесячного платежа с текущего кредитного счета клиента на счет банка. Кредит был предоставлен банком на 36 месяцев, т.е. по 21 ноября 2014 года включительно, и должен был погашаться равными частями в соответствии с графиком погашения ежемесячными платежами в размере <данные изъяты> рублей.

Как следует из выписки по счету истицы, начиная с февраля 2014 года внесенных денежных средств на текущий кредитный счет Тодчук И.Н. оказалось недостаточно для погашения ежемесячного платежа по основному долгу по кредитному договору на сумму <данные изъяты> рублей. Непогашенная сумма основного долга по кредитному договору была учтена банком как просроченная. В дальнейшем денежные средства, необходимые для погашения задолженности по соглашению о кредитовании на текущем кредитном счете Тодчук И.Н. отсутствовали, и все последующие очередные ежемесячные платежи, начиная с 21 марта 2014 года обоснованно были учтены банком как просроченные.

25 марта 2014 года банк уведомил истицу о наличии у нее просроченной задолженности в сумме <данные изъяты> рублей.

По состоянию на 17 июня 2014 года задолженность Тодчук И.Н. по соглашению о кредитовании от 21 ноября 2011 года составляет <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейка.

С учетом изложенного, суд обоснованно пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что Тодчук И.Н. досрочно погасила кредит, и, соответственно, надлежащим образом исполнила взятые на себя обязательства по возврату займа.

Изменение и расторжение договора

В соответствии с пунктом 1 статьи 450 Гражданского кодекса РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В силу пункта 2 статьи 450 Гражданского кодекса РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

При рассмотрении гражданских дел судами области в целом правильно применяются приведенные положения закона.

Так, разрешая исковые требования ООО «Экобалтиясервис» о взыскании с Морозовой О.А. задолженности по договору купли-продажи пылесоса марки «З.», Model И., согласно условиям которого покупателю Морозовой О.А. предоставлена рассрочка платежа на срок до 10 февраля 2013 года в соответствии с графиком, являющимся приложением к договору, с внесением ежемесячного платежа в размере <данные изъяты> рублей, Ленинградский районный суд г. Калининграда в связи с неисполнением ответчиком обязательств по вышеуказанному договору купли-продажи, на основании положений п. 1 ст. 485, п. 1 ст. 486, п. 1 ст.488, п.п. 1, 3 ст. 489 ГК РФ пришел к правильному выводу об обоснованности исковых требований о взыскании с ответчика в пользу истца задолженности по договору.

Частично удовлетворяя данные исковые требования, суд применил заявленный ответчиком срок исковой давности и на основании ст.ст. 196, 199, 200 ГК РФ взыскал с Морозовой О.А. в пользу ООО «ЭкоБалтияСервис» задолженность по договору в размере <данные изъяты> рублей, представляющую собой сумму ежемесячных платежей, предусмотренных графиком, за трехлетний период, предшествовавший обращению истца в суд с настоящим иском.

При этом суд обоснованно не согласился с доводами Морозовой О.А. о необходимости исчисления срока исковой давности с июня 2011 года, когда истец узнал о нарушения своего права, не получив от ответчицы исполнения по направленным ей требованиям от 04 апреля 2011 года и от 26 мая 2011 года об уплате полной стоимости договора, что, по мнению Морозовой О.А., являлось изменением условий договора.

Указанные доводы основаны на неверном толковании норм материального права.

В силу ст.ст. 450, 452 ГК РФ изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. Соглашение об изменении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев делового оборота не вытекает иное.

Заключенным сторонами договором купли-продажи возможность его одностороннего изменения не предусмотрена. Соглашений об изменении условий договора сторонами не заключалось.

При таком положении суд пришел к правильному выводу о том, что договор продолжал действовать на первоначальных условиях и, вопреки утверждению ответчика, срок исковой давности при обращении в суд с настоящим иском ООО «ЭкоБалтияСервис» не пропущен.

С таким выводом суда первой инстанции согласилась и судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда.

Черняховским городским судом Калининградской области обоснованно отказано в удовлетворении исковых требований Мамошиной Ю.А., Мамошина А.В. к ОАО «Промсвязьбанк» о признании кредитного договора от 29 мая 2008 года № расторгнутым с 6 октября 2010 года.

Судом установлено, что 29 мая 2008 года между ОАО «Промсвязьбанк» и Мамошиным А.В. заключен кредитный договор №, по условиям которого банк предоставил Мамошину А.В. кредит на сумму <данные изъяты> рублей под 18 процентов годовых сроком до 29 мая 2013 года, а Мамошин А.В. обязался возвратить кредит, а также предусмотренные договором проценты в порядке и сроки, предусмотренные разделами 5 и 7 настоящего договора.

Решением Ленинградского районного суда г. Калининграда от 6 октября 2010 года с Мамошина А.В. и Мамошиной Ю.А. в солидарном порядке в пользу ОАО «Промсвязьбанк» взыскана задолженность по кредитному договору от 29 мая 2008 года № в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейка, включая: сумму основного долга в размере <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, проценты за пользование кредитом в сумме <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копейки, неустойку в сумме <данные изъяты> рублей.

Основанием для вынесения данного решения послужило установление судом факта нарушения заемщиком Мамошиным А.В. своих обязательств по возврату кредита.

Отказывая Мамошиной Ю.А. и Мамошину А.В. в удовлетворении исковых требований о признании кредитного договора № от 29 мая 2008 года расторгнутым с даты вынесения указанного судебного акта, то есть с 6 октября 2010 года, суд обоснованно исходил из отсутствия законных оснований для такого вывода.

Исходя из системного толкования п. 3 ст. 450 ГК РФ и п. 2 ст. 811 ГК РФ и в соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 13/14 от 08 октября 1998 года «О практике применения положений Гражданского кодекса РФ о процентах за пользование чужими денежными средствами», суд пришел к выводу о том, что предъявление кредитором требования о досрочном возврате кредита влечет за собой лишь изменение условия договора кредита о сроке исполнения обязательства и не влечет признание такого договора расторгнутым.

Каких-либо обстоятельств, с которыми закон связывает расторжение договора (ст. 450 ГК РФ), в ходе рассмотрения дела судом установлено не было.

Как правильно указал суд, соглашение о расторжении кредитного договора между сторонами не заключалось, в судебном порядке договор не расторгался, односторонний отказ от исполнения указанного договора договором не предусмотрен.

Напротив, решением Ленинградского районного суда г. Калининграда удовлетворены исковые требования Дьяченко Д.А.: расторгнут заключенный 4 августа 2012 года между Мордвиновым Д.С. и Дьяченко Д.А. договор купли-продажи автомобиля «У.», ДД.ММ.ГГГГ выпуска. С Мордвинова Д.С. в пользу Дьяченко Д.А. взысканы денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей.

Из материалов дела следует, что 15 августа 2012 года при постановке приобретенного Дьяченко Д.А. у ответчика автомобиля на учет в ГИБДД УВД Томской области было выявлено, что указанный автомобиль находится в собственности иного лица — Ф., у которой он был похищен 21 ноября 2007 года в г. Москве, после чего первоначальная идентификационная маркировка кузова и двигателя данного автомобиля была изменена.

Также из материалов дела следует, что на основании акта старшего инспектора группы по розыску УМВД России по Томской области от 15 августа 2012 года вышеуказанный автомобиль был изъят у Дьяченко Д.А., а в дальнейшем на основании постановлений следователя СО МВД России по району Строгино г. Москвы была произведена выемка этого автомобиля в рамках уголовного дела, возбужденного по факту его хищения, и автомобиль был передан на хранение страховой компании ОСАО «Х.».

Изложенные выше обстоятельства свидетельствуют о том, что по состоянию на 4 августа 2012 года — дату заключения сторонами договора купли-продажи автомобиля «У.», ДД.ММ.ГГГГ выпуска, этот автомобиль не являлся свободным от прав третьих лиц — Ф. и страховой компании ОСАО «Х.» и был изъят у покупателя по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи.

В соответствии с требованиями пункта 1 статьи 460 и пункта 1 статьи 461 ГК РФ неисполнение продавцом обязанности передать покупателю товар свободным от любых прав третьих лиц, а также изъятие товара у покупателя по основаниям, возникшим до исполнения договора купли-продажи, дают покупателю право требовать, в частности, расторжения договора купли-продажи и возмещения понесенных покупателем убытков, если не будет доказано, что покупатель знал или должен был знать о правах третьих лиц на этот товар.

То обстоятельство, что покупатель Дьяченко Д.А. знал или должен был знать об имеющихся у Ф. и страховой компании ОСАО «Х.» правах в отношении приобретаемого им автомобиля, продавцом не доказано. Тот факт, что при заключении договора купли-продажи вышеуказанного автомобиля Мордвинов Д.С. не сообщал покупателю Дьяченко Д.А. о том, что продаваемое имущество не является свободным от прав третьих лиц, ответчиком не оспаривается.

При изложенных выше обстоятельствах суд в соответствии с требованиями указанных правовых норм пришел к правильному выводу о необходимости расторжения заключенного Мордвиновым Д.С. и Дьяченко Д.А. договора купли-продажи автомобиля «У.», ДД.ММ.ГГГГ выпуска, от 4 августа 2012 года и взыскания с Мордвинова Д.С. в пользу Дьяченко Д.А. уплаченной по этому договору суммы.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда решение Ленинградского районного суда г. Калининграда от 13 ноября 2014 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба Мордвинова Д.С. — без удовлетворения.

Таким образом, изучение судебной практики показывает, что при рассмотрении гражданских дел различных категорий судами Калининградской области в целом правильно применялись нормы раздела III «Общая часть обязательственного права» за исключением главы 23 («Обеспечение исполнения обязательств») части первой Гражданского кодекса Российской Федерации. При этом судами учитывались разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 8 от 01 июля 1996 года «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановлении Пленума Верховного Суда РФ №13 и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 14 от 08 октября 1998 года «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами».

Судебная коллегия по гражданским делам

Калининградского областного суда

Заказать звонок
Нажимая кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.