СПРАВКА по результатам обобщения практики рассмотрения районными (городскими) судами Калининградской области дел, связанных с обеспечением жильем военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов

В соответствии с планом работы на 2015 год судебной коллегией по гражданским делам Калининградского областного суда проведено изучение практики рассмотрения районными (городскими) судами Калининградской области в 2013-2014 гг. дел по спорам, связанным с обеспечением жильем военнослужащих и сотрудников правоохранительных органов.

Для обобщения судебной практики было истребовано и изучено 149 дел указанной категории, рассмотренных районными (городскими) судами области в 2013-2014 гг.

Анализ судебной практики рассмотрения дел указанной категории свидетельствует о том, что суды в целом правильно определяют закон, подлежащий применению к спорным правоотношениям, учитывают правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, нормы жилищного законодательства, а также положения соответствующих Правил, Инструкций, регламентирующих порядок реализации как военнослужащими, так и сотрудниками правоохранительных органов права на жилище.

Рассмотрение дел, связанных с осуществлением

военнослужащими права на жилище

Основы государственной политики в области правовой и социальной защиты военнослужащих, граждан Российской Федерации, уволенных с военной службы, и членов их семей определены в Федеральном законе от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих».

В силу статьи 5 данного Федерального закона социальные гарантии и компенсации, к которым отнесено и право на жилище, предусмотренные настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами, устанавливаются военнослужащим и членам их семей; гражданам, уволенным с военной службы в Вооруженных Силах РФ и членам их семей.

В соответствии со статьей 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Военнослужащим — гражданам, проходящим военную службу по контракту, и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются не позднее трехмесячного срока со дня прибытия на новое место военной службы служебные жилые помещения по нормам и в порядке, которые предусмотрены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Служебные жилые помещения предоставляются в населенных пунктах, в которых располагаются воинские части, а при отсутствии возможности предоставить служебные жилые помещения в указанных населенных пунктах — в других близлежащих населенных пунктах.

Военнослужащим — гражданам, заключившим контракт о прохождении военной службы до 1 января 1998 г. (за исключением курсантов военных профессиональных образовательных организаций и военных образовательных организаций высшего образования), и совместно проживающим с ними членам их семей, признанным нуждающимися в жилых помещениях, федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, предоставляются субсидия для приобретения или строительства жилого помещения (далее — жилищная субсидия) либо жилые помещения, находящиеся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма с указанным федеральным органом исполнительной власти по месту военной службы, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более — по избранному месту жительства в соответствии с нормами предоставления площади жилого помещения, предусмотренными статьей 15.1 настоящего Федерального закона.

Порядок обеспечения военнослужащих жильем и редакция Федерального закона «О статусе военнослужащих» претерпевали неоднократные изменения и дополнения, в связи с чем при разрешении конкретных споров военнослужащих, в том числе и уволенных в запас, связанных с возникновением либо отсутствием у них права состоять на жилищном учете и, соответственно, наличии либо отсутствии права на обеспечение жильем, следует руководствоваться редакцией Закона, действующей на момент возникновения спорных правоотношений.

Из материалов изученных дел следует, что при разрешении возникших споров суды руководствовались редакцией Федерального закона «О статусе военнослужащих», действующей в момент принятия решения о принятии (отказе в принятии) военнослужащего на учет нуждающихся, соответствующими Инструкциями Министерства обороны РФ, регламентирующими этот порядок, а в иных случаях – редакцией закона, действующей на момент увольнения военнослужащего с военной службы, что является правильным.

Порядок реализации права на жилище, условия обеспечения жилищных прав военнослужащих определен в статьях 15, 15.1, 23 Федерального закона «О статусе военнослужащих», а также регулируется нормативными актами, действующими в разные периоды времени:

— Правилами учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, утвержденных Постановлением Правительства РФ №1054 от 6 сентября 1998 г.;

— Инструкцией о порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных силах РФ, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 15 февраля 2000 г. (действовавшей до 9 ноября 2010 г.);

— Инструкцией о предоставлении военнослужащим — гражданам РФ, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах РФ, жилых помещений по договору социального найма, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 30 сентября 2010 г. № 1280;

— Постановлением Правительства РФ от 29 июня 2011 г. № 512 «О порядке признания нуждающимися в жилых помещениях военнослужащих — граждан Российской Федерации, обеспечиваемых на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями, и предоставления им жилых помещений в собственность бесплатно», которыми были утверждены Правила признания нуждающимися в жилых помещениях военнослужащих — граждан РФ, обеспечиваемых на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями и Правила предоставления военнослужащим — гражданам РФ, обеспечиваемым на весь срок военной службы служебными жилыми помещениями, жилых помещений в собственность бесплатно.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. N 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», основания и порядок обеспечения военнослужащих жильем регулируются как нормами Федерального закона «О статусе военнослужащих», так и нормами Жилищного кодекса РФ, принятыми в соответствии с ЖК РФ другими федеральными законами, а также изданными в соответствии с ними указами Президента РФ, постановлениями Правительства РФ, нормативными правовыми актами федеральных органов исполнительной власти, принятыми законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, нормативными правовыми актами органов местного самоуправления, что следует учитывать при рассмотрении исков (заявлений) военнослужащих, связанных с осуществлением ими права на жилище.

Таким образом, гарантированное статьей 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» право военнослужащих и совместно проживающих с ними членов их семей на обеспечение жилыми помещениями в форме предоставления денежных средств за счет средств федерального бюджета на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления жилых помещений должно реализовываться в порядке и на условиях, установленных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, что в целом учитывалось судьями при разрешении возникших споров.

Пунктом 13 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» предусмотрено, что граждане, уволенные с военной службы, общая продолжительность военной службы которых составляет 20 лет и более, а при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более, не обеспеченные на момент увольнения с военной службы жилищной субсидией или жилыми помещениями, не могут быть без их согласия сняты с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях по последнему перед увольнением месту военной службы и обеспечиваются жилищной субсидией или жилыми помещениями в порядке, предусмотренном настоящим Федеральным законом для военнослужащих.

Пунктом 2.1 статьи 15 Закона установлено, что обеспечение жилыми помещениями граждан, уволенных с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более и которые до 1 января 2005 г. были приняты органами местного самоуправления на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в том числе изменивших место жительства и принятых в связи с этим органами местного самоуправления на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях по новому месту жительства после 1 января 2005 г., и совместно проживающих с ними членов их семей осуществляется за счет средств федерального бюджета по выбору гражданина, уволенного с военной службы, в форме предоставления: жилого помещения в собственность бесплатно; жилого помещения по договору социального найма; единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения.

Таким образом, в силу закона обязанность обеспечения жильем как в форме предоставления жилого помещения, так и виде получения единовременной денежной выплаты возникает при совокупности ряда установленных законом условий, к числу которых следует отнести нуждаемость такого военнослужащего в жилье, который должен быть учтен в качестве нуждающегося в жилых помещениях по последнему перед увольнением месту военной службы либо включен в единый реестр нуждающихся, а также продолжительность военной службы (выслугу лет).

По общему правилу право на обеспечение жильем возникает у военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, общая продолжительность военной службы которых в календарном исчислении составляет 20 лет и более.

При увольнении военнослужащего с военной службы по льготным основаниям, которых в законе установлено три, — по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, право на обеспечение жильем возникает при продолжительности военной службы 10 лет и более.

При этом в обоих случаях имеют правовое значение обстоятельства, связанные с нуждаемостью военнослужащего в жилье.

В силу прямого указания закона право военнослужащих на обеспечение жильем не распространяется на военнослужащих, общая продолжительность военной службы которых составляет менее 20 лет при увольнении с военной службы по любым основаниям, и менее 10 лет – при увольнении по приведенным выше льготным основаниям.

Правильной является позиция судов об отказе в признании права на обеспечение жильем при отсутствии установленной законом продолжительности военной службы (выслуги лет).

Так, отказывая Кочакову И.Н. в удовлетворении требований, предъявленных к ФГУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ отдел №5 в г. Калининграде, о признании незаконным решения о снятии с учета нуждающихся в жилых помещениях и восстановлении на учете, суд правильно исходил из того, что истец не обладает правом на обеспечение жильем, поскольку на момент увольнения имел выслугу лет в календарном исчислении менее 20 лет, а основание увольнения — истечение срока контракта — не дает права на получение жилого помещения по договору социального найма либо в собственность по линии Министерства обороны РФ за счет средств федерального бюджета.

Из материалов дела следует, что Кочаков И.Н. с декабря 2000 г. проходил военную службу по контракту в А. институте, в 2001 г. принят на учет нуждающихся в жилых помещениях и приказом Главнокомандующего Военно-Морским флотом от 25 декабря 2003 г. уволен с военной службы в запас по истечении срока контракта. С 14 февраля 2004 г. он исключен из списков личного состава А. института, всех видов обеспечения.

Календарная выслуга лет на 14 февраля 2004 г. составляет 16 лет 6 месяцев 17 дней.

Признавая законным решение ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ от 27 февраля 2013 г., которым Кочаков И.Н. снят с учета на основании п.2 ч.1 ст. 56 Жилищного кодекса РФ, суд исходил из того, что норма статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» гарантирует определенным в ней категориям военнослужащих обеспечение жилым помещением от Министерства обороны РФ или иного федерального органа исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба.

Между тем, ни под одну из установленных законом категорий истец не подпадал, поскольку был уволен по общему, а не льготному основанию — в связи с истечением срока контракта и имел на момент увольнения выслугу лет в календарном исчислении менее 20 лет.

Отклоняя доводы истца о том, что его календарная выслуга составляла 16 лет 6 месяцев 17 дней, льготная для исчисления пенсии – 3 года 9 месяцев 15 дней, а общая выслуга военной службы для исчисления пенсии – 20 лет 4 месяца 2 дня, судебная коллегия указала, что в соответствии с п. 7 ст. 3 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента РФ от 16 сентября 1999 г. N 1237, определение общей продолжительности военной службы производится в календарном исчислении.

В случаях, установленных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, общая продолжительность военной службы определяется в льготном исчислении.

Однако применительно к спорным правоотношениям, касающимся обеспечения военнослужащего жильем, общая продолжительность военной службы в льготном исчислении законом не предусмотрена.

Отказывая в удовлетворении иска Распопова А.Е., имеющего выслугу 15 лет 6 месяцев и уволенного с военной службы досрочно по собственному желанию, т.е. не по льготному основанию, суд правильно указал, что то обстоятельство, что при увольнении в запас истец был исключен из списков личного состава части и всех видов обеспечения за исключением квартирного, с оставлением в списках нуждающихся, не меняет правового положения Распопова А.Е. как лица, не обладающего в силу закона правом на обеспечение жильем.

Неполное установление юридически значимых для дела обстоятельств и, как следствие, неправильное применение закона привело к принятию судом необоснованного решения об отказе Тимофееву А.В. в иске.

Отклоняя иск Тимофеева А.В. об оспаривании решения об отказе в принятии на учет нуждающихся и признании права на обеспечение жильем Министерством обороны РФ, суд исходил из того, что на момент прохождения военной службы Тимофеевым А.В. не ставился вопрос об обеспечении его жильем, при увольнении со службы рапорт с просьбой о постановке на очередь нуждающихся подан не был, придя к выводу, что процедура постановки истца на учет нуждающихся не была соблюдена, что с учетом отсутствия нуждаемости истца в жилье исключает возможность удовлетворения его требований о признании права на получение жилого помещения.

С обоснованностью такого решения не согласилась апелляционная инстанция.

Из материалов дела следует, что истец Тимофеев А.В. с 1998 г. проходил военную службу по контракту, был поставлен в войсковой части на учет нуждающихся в жилом помещении и ему на состав семьи три человека было предоставлено служебное жилое помещение, которое сдано по окончании службы.

Поскольку на момент окончания Тимофеевым А.В. военной службы общая ее продолжительность не достигала 20 лет (в календарном исчислении составляла около 13 лет), то с учетом положений ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» при увольнении с военной службы в связи с окончанием срока действия контракта он не обладал правом на обеспечение жильем за счет средств Министерства обороны РФ.

Между тем, судом не было учтено, что впоследствии основание увольнения Тимофеева А.В. с военной службы было изменено в судебном порядке, в частности, вступившим в законную силу решением Калининградского гарнизонного военного суда оно изменено на увольнение по состоянию здоровья в связи с признанием его военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе (в период прохождения службы получена тяжелая травма), что, соответственно, повлияло на его жилищные права. При этом военным судом был сделан вывод о том, что на момент увольнения с военной службы Тимофеев А.В. из-за введения его в заблуждение заключением ВКК относительно его годности к военной службе был лишен права выбора основания своего увольнения с военной службы.

Таким образом, с указанного времени у Тимофеева А.В., имеющего выслугу более 10 лет, возникло право на обеспечение жильем на основании положений п.1 ст.15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», что было учтено апелляционной инстанцией при отмене решения.

Давая оценку доводам суда, судебная коллегия указала, что при увольнении Тимофеева А.В. с военной службы в связи с истечением срока действия контракта, при наличии выслуги менее 20 лет у него не возникло и не могло возникнуть право на обеспечение жильем, что, соответственно, исключало постановку на очередь нуждающихся на основании рапорта.

Будучи военнослужащим, увольняемым по общему основанию, Тимофеев А.В. мог претендовать на обеспечение жильем со включением в список нуждающихся только лишь по достижении общей продолжительности военной службы 20 и более лет, тогда как такой выслугой по состоянию на 2006 года Тимофеев А.В. не обладал.

Установив, что после внесения изменений в приказ об увольнении Тимофеева А.В. он обращался в жилищную комиссию войсковой части, где ранее проходил службу, с просьбой принятия его на учет нуждающихся, а затем и в единый уполномоченный орган — Департамент жилищного обеспечения МО РФ, судебная коллегия пришла к выводу, что оснований к отказу в принятии истца на учет нуждающихся по мотиву несоблюдения процедуры принятия на такой учет, обусловленной несвоевременностью подачи рапорта о признании нуждающимся, не имелось, удовлетворив заявленный им иск.

Представленные на обобщение дела свидетельствуют о том, что в большинстве случаев вопрос о том, имеет ли военнослужащий, в том числе уволенный в запас, право на обеспечение жильем либо такое право у него отсутствует, разрешался судом посредством заявления такими гражданами требований об оспаривании решений об отказе во включении их в единый реестр нуждающихся в жилых помещениях, который ведется уполномоченным органом, либо снятии с учета нуждающихся, исключении из реестра.

Надлежащим ответчиком по указанной категории дел судами правильно признавался уполномоченный орган Министром обороны РФ.

Так, приказом Министра обороны РФ от 18 ноября 2010 г. N 1550 «Об организации в Министерстве обороны Российской Федерации деятельности по обеспечению военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, жилыми помещениями» утверждена соответствующая Инструкция, определяющая задачи и порядок организации деятельности центральных органов военного управления по обеспечению военнослужащих, проходящих военную службу по контракту в Вооруженных Силах РФ, жилыми помещениями, предоставляемыми по договору социального найма, и служебными жилыми помещениями.

Пунктом 2 данной Инструкции на органы военного управления, в частности, на Департамент жилищного обеспечения МО РФ возложены задачи по организации в Министерстве обороны РФ деятельности по обеспечению военнослужащих жилыми помещениями, координации деятельности по обеспечению военнослужащих жильем, в том числе, принятия решений о принятии (об отказе в принятии) военнослужащих на учет, распределении и предоставлении жилых помещений.

Приказом Министра обороны РФ от 3 ноября 2010 г. № 1455 (с учетом изменений, внесенных Приказом Министра обороны РФ от 5 апреля 2011 г. № 453) Департамент жилищного обеспечения Министерства обороны РФ определен уполномоченным органом Министерства обороны РФ по вопросам реализации в Вооруженных Силах РФ требований инструкции.

Пунктом 2 названного Приказа установлено, что уполномоченный орган осуществляет свои функции через специализированные организации МО РФ, к числу которых отнесено Федеральное государственное учреждение «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ (Западрегионжилье).

В силу п.3 Приказа Министра обороны РФ от 3 ноября 2010 г. № 1455 специализированные организации МО РФ признают военнослужащих нуждающимися в жилых помещениях, снимают военнослужащих с учета нуждающихся в жилых помещениях, принимают решения о предоставлении жилых помещений, снимают военнослужащих с учета и принимают решения о предоставлении военнослужащим распределенных жилых помещений.

Таком образом, в силу приведенных выше приказов специализированной организацией МО РФ, через который уполномоченный орган – Департамент жилищного обеспечения МО РФ осуществляет свои функции, является Федеральное государственное учреждение «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ, действующее на территории Калининградской области через отдел № 5 (г. Калининград) ФГУ.

Из поступивших на обобщение дел следует, что судами правильно определялся надлежащий ответчик по делам. В ряде дел судом к участию в деле привлекалось Министерство обороны РФ, Департамент жилищного обеспечения Министерства обороны РФ, что закону не противоречит.

Анализ представленных дел свидетельствует о том, что основной причиной снятия военнослужащего с учета нуждающихся в жилье либо отказа в принятии на такой учет являлось наличие спора относительно определения нуждаемости такого лица и, соответственно, наличия либо отсутствия оснований состоять на учете нуждающихся и быть обеспеченным жильем по линии Министерства обороны Российской Федерации.

В этой связи судебная коллегия полагает необходимым отметить следующее.

Согласно абз. 13 п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (в редакции Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 405-ФЗ) военнослужащие признаются федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, нуждающимися в жилых помещениях по основаниям, предусмотренным ст. 51 ЖК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 51 ЖК РФ гражданами, нуждающимися в жилых помещениях, признаются: не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения; являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы; проживающие в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям; являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма, членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма или собственниками жилых помещений, членами семьи собственника жилого помещения, проживающими в квартире, занятой несколькими семьями, если в составе семьи имеется больной, страдающий тяжелой формой хронического заболевания, при которой совместное проживание с ним в одной квартире невозможно, и не имеющими иного жилого помещения, занимаемого по договору социального найма или принадлежащего на праве собственности.

Таким образом, одним из условий признания гражданина — военнослужащего нуждающимся в жилом помещении является обеспечение его общей площадью жилого помещения для постоянного проживания на одного члена семьи военнослужащего менее учетной нормы либо отсутствие такого жилого помещения.

В подлежащей применению при разрешении гражданских дел (применительно к календарной дате возникновения спорных правоотношений) Инструкции о порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденной Приказом Министра обороны РФ от 15 февраля 2000 г. № 80, содержались аналогичные положения.

Так, согласно п. 25 указанной Инструкции военнослужащие, которые в соответствии со статьей 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» могут обеспечиваться жилыми помещениями по договорам социального найма, признаются нуждающимися в получении жилых помещений по договорам социального найма по основаниям, определенным статьей 51 Жилищного кодекса РФ. Для определения уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения на одного члена семьи указанных военнослужащих применяются учетные нормы площади жилого помещения, установленные по месту их жительства органами местного самоуправления (в редакции Приказа Министра обороны РФ от 13 октября 2009 г. N 1101).

До изменения редакции п. 25 и, соответственно, до введения в действие Жилищного кодекса РФ, названным пунктом Инструкции было предусмотрено, что в соответствии со статьей 29 Жилищного кодекса РСФСР признаются нуждающимися в получении жилых помещений (улучшении жилищных условий) и подлежат учету военнослужащие, проходящие военную службу по контракту и, в частности, имеющие обеспеченность общей площадью жилого помещения (жилой площадью) на одного члена семьи ниже уровня, установленного органами государственной власти субъектов Российской Федерации.

Пунктами 26-30 Инструкции регламентировались вопросы учета военнослужащих, нуждающихся в получении жилых помещений (улучшении жилищных условий), которые осуществлялись жилищными комиссиями воинских частей и довольствующими КЭЧ районов по спискам очередников (п.26). Так, пунктом 27 Инструкции было предусмотрено, что для принятия на учет нуждающихся в получении жилых помещений (улучшении жилищных условий) военнослужащими подается в порядке подчиненности рапорт, к которому прилагается копия справки о сдаче жилого помещения в КЭЧ района; военнослужащие, удерживающие жилые помещения по предыдущему месту военной службы, представляют копии финансового лицевого счета и домовой книги (поквартирной карточки), справки бюро технической инвентаризации о наличии жилья на праве личной собственности по прежнему месту жительства.

Военнослужащие включались в списки очередников на получение жилых помещений (улучшение жилищных условий) на основании решений жилищных комиссий, оформляемых протоколом и утверждаемых командирами воинских частей. Инструкцией предусматривалась и перерегистрация военнослужащих, состоящих на учете нуждающихся, с проверкой жилищных условий очередников.

Пункт 31 Инструкции предусматривал основания снятия военнослужащих с учета нуждающихся в получении жилых помещений (улучшении жилищных условий) по месту прохождения военной службы.

Упомянутая выше Инструкция действовала до 9 ноября 2010 г. и утратила силу в связи с изданием Приказа Министра обороны РФ от 30 сентября 2010 г. N 1297.

В этот же день, приказом Министра обороны РФ от 30 сентября 2010 г. № 1280 утверждена Инструкция о предоставлении военнослужащим — гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных силах Российской Федерации, жилых помещений по договору социального найма, введенная в действие с 9 ноября 2010 г., также предусматривающая основания и порядок признания военнослужащих нуждающимися в жилых помещениях, согласно которой военнослужащие подают заявление в структурное подразделение уполномоченного Министром обороны РФ органа, к которому прикладывают документы, перечень которых приведен в Инструкции, в том числе, подтверждающие принадлежность военнослужащему (членам его семьи) жилых помещений либо их отсутствие.

Согласно п. 3 данной Инструкции признание военнослужащих нуждающимися в жилых помещениях осуществляется уполномоченным органом в соответствии со статьей 51 Жилищного кодекса РФ и учетной нормой площади жилого помещения, установленной органом местного самоуправления, но не более восемнадцати квадратных метров общей площади жилого помещения на одного человека.

Таким образом, основанием возникновения у военнослужащего права на обеспечение жильем от военного ведомства и последующей реализации этого права, помимо необходимой выслуги лет военной службы и оснований увольнения, являлось решение о признании военнослужащего нуждающимся в жилых помещениях, принимаемое во время прохождения военной службы жилищно-бытовой комиссией (ЖБК) войсковой части.

Представленные на обобщение дела свидетельствуют о наличии в судебной практике споров, когда военнослужащими, уволенными в запас и не признанными к моменту увольнения со службы в установленном законом порядке нуждающимися в жилье, в судебном порядке ставился вопрос о признании права на обеспечение жильем от Министерства обороны РФ.

В удовлетворении таких требований судами правомерно отказывалось, и примерами правильного разрешения подобных споров являются следующие дела.

Так, Соболенков Д.С. обратился в суд с иском к ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ отдел №5 в г. Калининграде о признании права на обеспечение жилым помещением и включении в список нуждающихся в получении жилого помещения, указав, что 18 ноября 2004 г. он досрочно уволен с военной службы в связи с нарушением условий контракта в отношении военнослужащего (подпункт «а» пункта 3 статьи 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе») и 26 ноября 2004 г. исключен из списков в/ч №, выслуга лет в календарном исчислении составила 20 лет. За время прохождения военной службы он жильем не обеспечивался, нуждался в нем, в связи с чем до увольнения подал рапорт о принятии на учет нуждающихся и обеспечении жильем, однако в 2013 г. ему стало известно, что он не состоял и не состоит в списке нуждающихся, в связи с чем не будет обеспечен жилым помещением, после чего обратился в суд.

Отказ в иске суд мотивировал тем, что на момент увольнения Соболенкова Д.С. с военной службы действовала Инструкция о порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных силах, утвержденная Приказом Министра обороны РФ от 15 февраля 2000 г. N 80, согласно п.25 которой основанием для признания военнослужащего нуждающимся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий являлось: наличие обеспеченности общей площадью жилого помещения (жилой площадью) на одного члена семьи ниже уровня, установленного органами государственной власти субъектов Российской Федерации; проживание в жилом помещении (доме), не отвечающем установленным санитарным и техническим требованиям, а также другие основания, предусмотренные ст. 29 ЖК РСФСР.

Таким образом, обязанность государства по обеспечению военнослужащего жилым помещением обуславливалась наличием оснований для признания такого военнослужащего нуждающимся в улучшении жилищных условий.

Согласно п. 28 этой Инструкции военнослужащие подлежали включению в списки очередников на получение жилых помещений (улучшение жилищных условий) на основании решений жилищных комиссий, оформляемых протоколом и утверждаемых командирами воинских частей, а для принятия на учет нуждающихся в получении жилых помещений (улучшении жилищных условий) военнослужащими подается в порядке подчиненности рапорт с приложением копии финансового лицевого счета и домовой книги (поквартирной карточки), справки о проверке жилищных условий и др.

Между тем, решения о включения Соболенкова Д.С. в списки очередников на получение жилья не принималось.

В деле имеется рапорт Соболенкова Д.С. на предмет включения его в число очередников, однако решением ЖБК от 4 ноября 2004 г. рапорт Соболенкова Д.С. был отклонен в связи с непредоставлением им документов, подтверждающих его нуждаемость (п. 27 Приказа Министра обороны РФ от 15 февраля 2000 г. № 80).

Таким образом, на момент рассмотрения жилищно-бытовой комиссией рапорта Соболенкова Д.С. он не являлся и не является в настоящее время нуждающимся в жилом помещении, поскольку обеспечен жилым помещением выше учетной нормы, что исключает удовлетворение его требований.

Отказ в удовлетворении иска Фатеева Н.В., настаивавшего на восстановлении на учете нуждающихся, также был связан с тем, что на момент увольнения с военной службы истец не был признан нуждающимся, поскольку принятым еще до прекращения статуса военнослужащего решением уполномоченного органа он был снят с учета и такое решение признано законным.

Так, из материалов дела следует, что Фатеев Н.В. проходил военную службу в должности <данные изъяты> войсковой части № в г. Правдинске, в 2000 г. Министерством обороны РФ ему на состав семьи предоставлена квартира в г. Гусеве, которая после расторжения брака не была сдана, так как в ней остались проживать его бывшая жена, дети и внук. Решением ЖБК войсковой части в 2007 г. на основании решения Черняховского гарнизонного военного суда Фатеев Н.В. был поставлен на учёт военнослужащих, нуждающихся в улучшении жилищных условий, а 23 апреля 2012 г. решением отдела № 5 ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ снят с учёта, поскольку ранее был обеспечен жильём от Министерства обороны РФ. 14 сентября 2013 года заявитель уволен с военной службы, после чего в июне 2014 г. обратился в ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ и просил восстановить его на учёте в качестве нуждающегося, в чем ему было отказано.

Отклоняя заявленный иск, суд указал, что решением Калининградского гарнизонного суда от 2 августа 2012 г. Фатееву Н.В. отказано в удовлетворении заявления о признании незаконным решения от 23 апреля 2012 г. о снятии его с учета нуждающихся в жилых помещениях, указанное решение суд счел законным и обстоятельства, установленные данным решением суда в силу положений статей 61 и 209 ГПК РФ обязательны для суда, рассматривающего настоящее дело, и не могут вновь оспариваться в другом гражданском процессе.

Таким образом, на момент увольнения с военной службы и прекращения статуса военнослужащего с исключением из списков личного состава части Фатеев Н.В. на учете в качестве нуждающегося в жилье не состоял.

Данное обстоятельство исключает возможность восстановления в очереди, поскольку в силу закона и приказов Министра обороны РФ ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерство обороны Российской Федерации уполномочено принимать решения о принятии (об отказе в принятии) на учет нуждающихся в жилых помещениях исключительно в отношении граждан, имеющих статус военнослужащих, которым Фатеев Н.В. уже не обладал.

И наоборот, при доказанности факта принятия военнослужащего на законных основаниях на учет нуждающихся в жилье и отсутствии решения о снятии с такого учета судом были удовлетворены требования Фатеева А.С. и за ним признано право на обеспечение жильем от Министерства обороны РФ с возложением на ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ обязанности по включению истца в единый реестр военнослужащих, нуждающихся в жилых помещениях.

Из материалов дела следует, что истец, имеющий выслугу 14 лет 10 месяцев, уволен в запас в ноябре 2010 г. по состоянию здоровья, во время прохождения службы решением ЖБК войсковой части № от 25 мая 2010 г. включен в очередь на получение жилья составом семьи 3 человека, в связи с чем при увольнении в запас был исключен из списков личного состава части, снят со всех видов довольствия с оставлением в списках очередников на получение жилой площади. Однако при обращении в ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ с заявлением о включении в единый реестр военнослужащих, нуждающихся в жилье, с приложением необходимого пакета документов, его просьба не была удовлетворена, при этом письменный отказ в постановке на очередь выдан не был.

Разрешая иск, суд первой инстанции, исследовав обстоятельства, связанные с принятием его на учет нуждающихся решением ЖБК войсковой части, учитывая наличие у истца нереализованного права на обеспечение жильем, а также приняв во внимание, что нуждаемость истца в жилье не отпала, поскольку он зарегистрирован вместе с членами своей семьи по месту жительства в войсковой части, какие-либо иные помещения в собственности либо по договору найма у него и членов его семьи отсутствуют, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

Практически при аналогичных обстоятельствах судом удовлетворен иск Кривобока В.В. и признан незаконным отказ ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ во включении его в единый реестр военнослужащих, нуждающихся в жилых помещениях, с одновременным признанием права на обеспечение жильем.

Из материалов дела следует, что Кривобок В.В., уволенный в 2004 г. с военной службы по состоянию здоровья с календарной выслугой 26 лет 11 месяцев, в период прохождения службы – 1 октября 2002 г. решением ЖБК войсковой части № признан нуждающимся в получении жилого помещения на состав семьи 4 человека.

Удовлетворяя иск, суд исходил из того, что поскольку решение о снятии Кривобока В.В. с такого учета не принималось и до настоящего времени он жильем не обеспечен, то истец подлежит восстановлению в едином реестре нуждающихся.

При этом суд исходил из того, что согласно электронной базе «Ц.» истец состоял в списке нуждающихся. В деле имеются данные о том, что истец снят с учета на основании решения ЖБК войсковой части от 18 мая 2010 г. в связи с распределением ему квартиры № в доме № в <адрес>, однако факт предоставления квартиры в г. Калининграде истец отрицал, как и не было это обстоятельство подтверждено ответчиком — ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ, пояснившим, что подобное решение в материалах учетного дела военнослужащего отсутствует, имеется только выписка из него, а книги протоколов заседаний ЖБК войсковой части № обозреть не представляется возможным, поскольку войсковая часть уже расформирована.

Данные о принадлежности истцу распределенной квартиры в материалах дела отсутствуют и оспариваются стороной истца, тогда как материалами дела подтверждено, что истец Кривобок В.В. и члены его семьи — супруга и две дочери — как на момент принятия на учет нуждающихся, так и в настоящее время зарегистрированы и проживали в квартире по <адрес>, имея обеспеченность жильем менее учетной нормы.

Как указывалось выше, одним из основных критериев для определения наличия либо отсутствия у военнослужащего права на обеспечение жильем, подлежащим обязательной проверке при разрешении споров военнослужащих, уволенных в запас, является вопрос относительно нуждаемости такого военнослужащего в жилье.

При определении уровня нуждаемости военнослужащего в жилье следует руководствоваться нормами Федерального закона «О статусе военнослужащих», а также положениями Жилищного кодекса РФ, в частности, ст. 51 ЖК РФ, устанавливающей основания признания граждан нуждающимися.

Названной нормой жилищного законодательства предусмотрено, что нуждающимися в жилых помещениях признаются граждане, как не являющиеся нанимателями или членами семьи нанимателя жилого помещения, так и являющиеся нанимателями, собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и обеспеченные общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее учетной нормы, а также по иным основаниям, приведенным в ч.1 ст.51 ЖК РФ.

При этом при наличии у гражданина и (или) членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной общей площади всех указанных жилых помещений.

Понятие члена семьи нанимателя либо собственника жилого помещения приведено в ст. 31 и ст. 69 ЖК РФ, согласно которым к ним относятся проживающие совместно с нанимателем (собственником) его супруг, а также дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи собственника (нанимателя жилого помещения), если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи в судебном порядке.

Согласно абзацу пятому пункта 5 статьи 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» к членам семей военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются социальные гарантии, установленные данным Законом, в том числе и право на жилище, если иное не установлено иными федеральными законами, относятся: супруга (супруг), несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных учреждениях по очной форме обучения, лица, находящиеся на иждивении военнослужащих.

Таким образом, понятие члена семьи нанимателя либо собственника жилья, приведенные в Жилищном кодексе РФ и в специальном законе — Федеральном законе «О статусе военнослужащих», различаются.

Из сравнения норм двух приведенных выше законодательных актов следует, что Жилищный кодекс РФ устанавливает более широкий круг лиц, относящихся к членам семьи собственника (нанимателя), чем это определено Федеральным законом «О статусе военнослужащих». При этом и в том и в другом законе предусмотрена возможность признания членами семьи иных лиц, прямо не отнесенных к членам семьи военнослужащего как собственника (нанимателя) жилья.

Федеральным законом «О статусе военнослужащих» с учетом положений ст. 50 Жилищного кодекса РФ для военнослужащих, в том числе уволенных в запас, установлено, что учетной нормой площади жилого помещения является минимальный размер площади жилого помещения, исходя из которого определяется уровень обеспеченности общей площадью жилого помещения в целях их принятия на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, устанавливаемый органом местного самоуправления, применительно к месту проживания военнослужащего, тогда как норма предоставления площади жилого помещения, предоставляемого в соответствии с указанным выше Федеральным законом в собственность бесплатно или по договору социального найма, составляет 18 квадратных метров общей площади жилого помещения на одного человека.

Предоставление жилых помещений осуществляется с учетом права военнослужащего на дополнительную площадь.

Названное правило, вытекающее из закона, содержится также в действующих Инструкциях, регламентирующих порядок обеспечения жильем военнослужащих.

Как следует из материалов представленных на обобщение дел, при определении уровня нуждаемости (обеспеченности) в жилье судами в целом правильно разрешаются вопросы, связанные с отнесением конкретных лиц к членам семьи военнослужащего, исходя из приведенных выше требований закона и фактических обстоятельств гражданских дел.

Так, отклоняя требования Парамонова В.И., уволенного в 2012 г. со службы в запас по ст. 51 п. 1 п.п. «а» в связи с достижением предельного возраста с календарной выслугой 25 лет 8 месяцев, суд правильно исходил из обеспеченности истца и членов его семьи жильем более учетной нормы, что исключает принятие на учет нуждающихся.

Согласно копии лицевого счёта собственника жилья Парамонов В.И. с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован в принадлежащей на праве собственности его матери N. квартире № в доме № по <адрес> общей площадью <данные изъяты> кв.м. Из протокола заседания жилищной комиссии в/ч № от 16 сентября 1996 г. следует, что изначально Парамонов В.И. в период службы, т.е. до его увольнения из Вооружённых Сил РФ, был признан нуждающимся в получении жилья, включен в очередь нуждающихся, а затем решением ЖБК от 19 октября 2009 г. исключён из списка очередников и базы данных № ОМИС.

Отклоняя иск, суд указал, что истец является членом семьи собственника квартиры — своей матери, зарегистрирован и постоянно проживает в квартире, в связи с чем приобрел право пользования данной квартирой и его не утратил. Поскольку занимаемое им вместе с матерью жилье отвечает установленным законом учетным нормам (площадь квартиры на двоих <данные изъяты> кв.м), что более установленной решением городского Совета депутатов Калининграда от 30 ноября 2005 г. № 408 учётной нормы площади жилого помещения в г.Калининграде, равной 12 кв.м, суд сделал верный вывод об обеспеченности истца жильем более учетной нормы и, соответственно, отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Отказ в удовлетворении иска Артамошкина А.А. суды первой и апелляционной инстанций мотивировали наличием в собственности истца 68/100 долей индивидуального жилого дома в г. Черняховске Калининградской области, общей площадью <данные изъяты> кв.м, полученного им в 2009 г. в собственность в порядке наследования на основании решения суда.

Из материалов дела следует, что приказом Командующего войсками западного военного округа от 10 апреля 2013 г. Артамошкин А.А. уволен с военной службы с зачислением в запас по достижении предельного возраста пребывания на военной службе, выслуга лет в календарном исчислении составляет 27 лет 8 месяцев. Нуждающимся в жилье в период прохождения военной службы истец не признавался, на соответствующий учет не принимался.

Более того, еще до увольнения в запас истец 30 января 2012 г. и 1 марта 2012 г. обращался в военное ведомство с заявлениями о принятии его на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма, в чем ему было отказано в связи с обеспеченностью общей площадью жилого помещения более учетной нормы, установленной главой муниципального образования «Черняховский район» Калининградской области от 7 июня 2005 г. № 668 в 8 кв.м.

При таком положении истец, имеющий в собственности долю жилого дома, равную более 100 кв.м, не обладает правом на обеспечение жильем от Министерства обороны РФ.

По основаниям обеспеченности истца Сушина С.В. более учетной нормы судом было отказано в удовлетворении его иска о восстановлении в едином реестре нуждающихся в жилых помещениях, что судебной коллегией признано правильным.

Судом установлено, что Сушин С.В. приказом от 12 февраля 1999 г. досрочно уволен в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями, 2 июля 1999 г. исключен из списков личного состава. В период прохождения военной службы по контракту в в/части № он был поставлен на учет нуждающихся в жилых помещениях составом семьи 3 человека, включая жену V. и дочь Z.

Сам Сушин С.В. и члены его семьи — супруга и дочь — зарегистрированы и проживают в квартире по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, супруге истца принадлежит 1/2 доля в праве на эту квартиру. Таким составом семьи Сушин М.С. состоял в учете нуждающихся вплоть до его снятия решением ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ от 14 декабря 2012 г., когда ответчиком был выявлен факт принадлежности дочери истца — Z. на праве собственности жилого помещения – дома № по <адрес>, площадью <данные изъяты> кв.м. Указанное право возникло в 2007 г.

Исходя из того, что состав семьи военнослужащего Сушина составляет 3 человека, а общая площадь занимаемых жилых помещений — <данные изъяты> к.м (<данные изъяты> кв.м. + <данные изъяты> кв.м), суд пришел к правильному выводу об обеспеченности семьи истца жильем более учетной нормы и, как следствие, законности оспариваемого им решения о снятии его с учета.

С такой позицией суда согласилась апелляционная инстанция, признав ошибочной позицию истца о том, что орган учета не должен был учитывать в качестве члена семьи Сушина С.В. его дочь Z., которая имеет свою семью, обеспечена своим собственным жильем и для ответчика эти обстоятельства являлись очевидными. Вопрос о том, кто подлежит включению в состав семьи для постановки на учет и получения социального жилья, решает не орган учета, а само лицо, заинтересованное в получении такого жилья.

Учитывая изложенное, суд правомерно пришел к выводу, что принимая решение от 14 декабря 2012 г., ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» исходило из состава семьи Сушина С.В., указанного им самим и состоящего из трех человек: он, жена и дочь, которые в настоящее время обеспечены жильем и не нуждаются в нем.

В силу требований ст. 6 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 г., снимаются с учета по основаниям, предусмотренным п.п.1, 3-6 ст. 56 ЖК РФ, а также в случаях утраты ими оснований, которые до введения в действие ЖК РФ давали им право на получение жилых помещений по договорам социального найма.

На момент постановки Сушина С.В. на учет нуждающихся действовали Правила учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы…, утвержденные Постановлением Правительства РФ от 6.09.1998 г. № 1054, положениями которых было предусмотрено, что основаниями для признания граждан нуждающимися в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий являются: отсутствие жилой площади; наличие жилой площади на одного члена семьи ниже предела социальной нормы общей площади жилого помещения, устанавливаемого законодательством Российской Федерации и органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

На территории Калининградской области действовал Порядок учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий и предоставления жилых помещений в Калининградской области, утвержденный постановлением Калининградской областной Думы от 11 сентября 1997 г. № 64, которым учетная норма для признания граждан нуждающимися была установлена в 8 кв.м жилой площади. Пунктом 25 названного Порядка предусмотрено, что граждане снимаются с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий в случае улучшения их жилищных условий, если жилая площадь на каждого члена семьи составляет не менее 9 кв.м, что и имело место по настоящему делу.

Правильной является и позиция судов об определении нуждаемости военнослужащего в жилье с учетом ранее предоставленного ему по линии Министерства обороны РФ жилья, которое не сдано, что исключает возможность принятия такого военнослужащего на учет и решения жилищной проблемы вновь.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. N 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», если военнослужащий реализовал свое право на жилое помещение по договору социального найма в порядке, предусмотренном Федеральным законом «О статусе военнослужащих», и не может представить документы о его освобождении, повторное обеспечение такого военнослужащего жилым помещением по договору социального найма осуществляется в общем порядке согласно нормам ЖК РФ с учетом ранее полученного жилого помещения от федерального органа исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Таким образом, предоставляя военнослужащим гарантии обеспечения жильем (в собственность бесплатно или по договору социального найма), Федеральный закон «О статусе военнослужащих» возлагает на Министерство обороны РФ обязанность по предоставлению им такого жилья только один раз за все время военной службы, что, в свою очередь, предполагает обязанность военнослужащего сдать выделенное ему по месту прохождения военной службы жилое помещение для последующего обеспечения жильем, в том числе, и по избранному военнослужащим месту жительства. Исключений из этого правила для военнослужащих, обеспеченных жильем для постоянного проживания в период прохождения военной службы, законом не предусмотрено.

В случае, если военнослужащий распорядился полученным ранее от Министерства обороны РФ по установленным нормам жилым помещением и не может представить документы о его освобождении, то он не имеет права требовать повторного предоставления жилого помещения по договору социального найма в порядке, определенном статьей 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих».

Отказывая в удовлетворении требований Лукача Н.В. о понуждении к включению в списки военнослужащих, нуждающихся в обеспечении жильем, суд исходил из того, что истец, уволенный с военной службы приказом от 7 мая 2013 г. по состоянию здоровья и имеющий продолжительность военной службы 39 лет 7 месяцев, в период прохождения службы на состав семьи 6 человек обеспечивался от Министерства обороны РФ двумя жилыми помещениями — в 1999 г. двухкомнатной квартирой по <адрес> и в 2004 г. трехкомнатной квартирой по <адрес>.

Из материалов дела следует, что оба жилых помещения, полученные Лукачем Н.В. как военнослужащим, были оставлены им членам своей семьи, а затем ими же — в 2006 г. и 2009 г. обращены в свою собственность посредством приватизации без участия Лукача Н.В., который снялся с регистрационного учета и был зарегистрирован по войсковой части.

Давая оценку доводам истца о наличии у него права на обеспечение жильем, суд исходил из того, что с момента приватизации указанных квартир Лукач Н.В. утратил право и возможность сдать это жилье военному ведомству, а причитающаяся на долю истца общая площадь жилых помещений, полученных им по линии Министерства обороны РФ, составляет <данные изъяты> кв.м, что более учетной нормы, установленной органом местного самоуправления.

Учтено судом и то, что Лукач Н.В., будучи военнослужащим, действительно состоял на учете нуждающихся составом семьи 1 человек и решением ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» еще в период прохождения службы — в 2012 г. был снят с учета, как обеспеченный жильем более учетной нормы. Законность такого решения ранее проверялась военным судом и в удовлетворении требований Лукача Н.В. было отказано, что с учетом положений статей 61, 209 ГПК РФ учтено при разрешении настоящего дела.

Повторное обращение Лукача Н.В. имело место непосредственно перед увольнением и по существу сводилось к восстановлению в реестре нуждающихся, оснований к удовлетворению которого судом правомерно не усмотрено.

Правильно судом разрешены требования Атемасова А.М., которому отказано в иске к Министерству обороны РФ, ФГУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» о возложении обязанности включить в единый реестр нуждающихся в улучшении жилищных условий с составом семьи 1 человек.

Как следует из материалов дела, Атемасов А.М. является военнослужащим, уволенным в запас 25 августа 2009 г. в связи с организационно-штатными мероприятиями. На момент увольнения с военной службы истец был обеспечен жилым помещением от Министерства обороны РФ, поскольку в 2000 г. ему была предоставлена двухкомнатная квартира № общей площадью <данные изъяты> кв.м в доме № по <адрес>. В 2006 г. эта квартира была приватизирована в равных долях супругой и дочерью Атемасова А.М., сам Атемасов А.М. от участия в приватизации данной квартиры отказался, затем в 2008 г. снялся с регистрационного учета по месту жительства в этой квартире и в марте 2009 г. расторг брак.

В 2009 году, т.е. еще в период прохождения военной службы, истец обращался с рапортом к командиру войсковой части о признании его нуждающимся, однако решения жилищной комиссией войсковой части № о постановке Атемасова А.М. на учет нуждающихся в жилье по его рапорту не принималось.

Кроме того, истец в судебном порядке оспаривал действия командира войсковой части №, связанные с исключением его из списков личного состава части и всех видов, настаивая на обеспечении жилым помещением, и вступившим в законную силу решением Балтийского гарнизонного военного суда от 18 мая 2010 г. в удовлетворении этих требований отказано. При этом судом установлено, что на момент увольнения истца не имелось оснований для обеспечения его жильем по месту службы, поскольку ранее предоставленное ему жилье он не сдал, документы, предусмотренные действовавшей в тот период времени Инструкцией о порядке обеспечения жилыми помещениями в ВС РФ, утвержденной приказом Министра обороны РФ № 80 от 15 февраля 2000 г., для принятия на учет нуждающихся в жилье не предоставил.

Таким образом, на момент увольнения истца на учете нуждающихся в жилье он не состоял, поскольку, получив в 2000 г. жилое помещение по месту службы в г. Гусеве, нуждаемость в жилье утратил.

Отклоняя доводы истца о необходимости обеспечения его жильем со ссылками на то, что квартира в г. Гусеве приватизирована без его участия его дочерью и бывшей супругой, он выехал из данной квартиры и прав на нее не имеет, суды первой и апелляционной инстанции указали, что истец добровольно распорядился предоставленным ему Министерства обороны РФ жилым помещением, согласившись на приватизацию без его участия, не сдавал жилье в установленном порядке при увольнении в 2009 г., на учет нуждающихся по месту службы не принимался, прав на повторное предоставление жилого помещения по основаниям, предусмотренным статьей 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», он не приобрел, поскольку такое право на обеспечение жилой площадью на данных условиях предоставляется один раз. При этом давность отчуждения предоставленного в период службы жилья правового значения не имеет, поскольку обеспечение иным жильем возможно лишь при соблюдении, помимо прочего, установленного законом обязательного условия о сдаче ранее полученного жилья.

И наоборот, при аналогичных фактических обстоятельствах судом была допущена ошибка в применении закона, что повлекло отмену апелляционной инстанцией принятого по делу решения.

Так, уволенный в запас военнослужащий Теряев Ю.С. обратился в суд, указав, что во время прохождения военной службы он был признан нуждающимся в улучшении жилищных условий, включен в список очередников на получение жилого помещения и при увольнении со службы в связи с достижением предельного возраста пребывания на военной службе, продолжал состоять в указанном списке. Решением ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» в 2014 г. он снят с учета по тем основаниям, что в 1985 г. в период прохождения службы он и члены его семьи были обеспечены жильем, что истец полагал незаконным, поскольку квартира в п.Донское была им оставлена бывшей жене и сыну в 2008 г., которые не претендуют на получение жилья вместе с ним.

Судом первой инстанции заявленные требования были удовлетворены.

Отменяя решение суда и принимая новое решение об отказе в иске, судебная коллегия исходила из того, что в 1985 г. военнослужащий Теряев Ю.С. от Министерства обороны СССР на состав семьи 3 человека получил для постоянного проживания двухкомнатную квартиру в пос. Донское, в которую истец с семьей вселился и был зарегистрирован. Приказом командующего Балтийским флотом от 23 декабря 2009 г. истец уволен с военной службы в связи с достижением предельного возраста пребывания на военной службе, исключен из списков части и всех видов довольствия.

Таким образом, на момент увольнения со службы истец был обеспечен жильем от военного ведомства.

Вместе с тем, по делу установлено, что истец совершил действия по распоряжению предоставленным им жильем, утратив при этом право состоять на учете нуждающихся. В 2008 г. Теряев Ю.С. добровольно снялся с регистрационного учета в квартире по вышеуказанному адресу, квартира была приватизирована сыном и супругой, соответственно, истец отказался от своих жилищных прав, в том числе и от возможности участвовать в приватизации жилья, что в силу ст. 53 ЖК РФ препятствовало постановке его на учет нуждающихся в жилье в 2009 г.

То обстоятельство, что непосредственно перед увольнением протоколом ЖБК от 2009 г. истец принят на учет нуждающихся при изложенных выше обстоятельствах не порождает право на обеспечение жильем, поскольку истец был необоснованно принят на учет нуждающихся, оснований считать его нуждающимся не имелось. Жилищной комиссией должны были быть учтены обстоятельства, связанные с предоставлением истцу квартиры, а также действия истца по распоряжению данным жильем при решении вопроса о нуждаемости истца в жилье на момент его постановки на учет. Сведения об освобождении жилья им представлены не были, а то обстоятельство, что квартиру в п. Донское истец оставил бывшей супруге и сыну, не свидетельствует об освобождении им жилья, поскольку в силу закона не позволяет предоставить это жилье другим военнослужащим.

При отклонении иска Дрямова Г.В., оспаривающего решение ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» от 24 сентября 2013 г. об отказе в принятии на учет нуждающихся в получении жилых помещений, суд исходил из законности такого отказа.

Материалами дела установлено, что Дрямов Г.В. с 6 августа 1984 г. по 20 марта 2005 г. проходил службу в Вооруженных Силах РФ, приказом командующего Балтийского Флота № от 30 марта 2005 г. уволен в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями и приказом от 6 апреля 2005 г. исключен из списков личного состава войсковой части №. Календарная выслуга лет Дрямова Г.В. составляет 20 лет 7 месяцев.

Таким образом, к моменту обращения с заявлением о принятии на учет нуждающихся Дрямов Г.В. уже не являлся военнослужащим, поскольку с марта 2005 г. уволен с военной службы, что исключает его постановку на такой учет.

При этом судом установлено, что еще до увольнения с военной службы Дрямов Г.В. с 28 ноября 1996 г. состоял на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий войсковой части № L. гарнизон с составом семьи три человека и 1 сентября 2004 г. снят с учета нуждающихся в улучшении жилищных условий в связи с получением жилья.

Из протокола жилищно-бытовой комиссии в/ч № № от 21.04.2004 г. следует, что Дрямову Г.В. была распределена квартира общей площадью <данные изъяты> кв.м, жилой площадью <данные изъяты> кв.м. по адресу: <адрес>, в которой зарегистрированы истец и члены его семьи. Общая площадь предоставленной квартиры соответствует учетной норме площади жилого помещения в муниципальном образовании «Гурьевский район», утвержденной Решением Гурьевского районного совета депутатов от 28 октября 2005 г. № 477, а кроме того, распоряжением Правительства РФ от 05.10.2005 г. №1582-р жилищный фонд в пос. Храброво, в том числе дом, в котором расположена занимаемая истцом квартира, передан в муниципальную собственность Гурьевского муниципального района и в реестре служебного муниципального жилищного фонда не значится, что позволяет истцу с учетом выслуги лет приобрести ее в собственность.

При таком положений оснований к постановке Дрямова Г.В., обеспеченного жильем в пределах нормы, на учет нуждающихся не имелось, а его доводы о том, что после принятия решения об увольнении с военной службы им было принято решение об избрании иного постоянного места жительства в другом регионе – в г. Екатеринбурге Свердловской области, отклонены как несостоятельные, поскольку в ходе судебного разбирательства доказательств того, что истец избрал иное постоянное место жительства и совершил предусмотренные законом юридически значимые действия для реализации такого права, суду не представлено.

Что касается споров уволенных в запас военнослужащих о признании за ними права на обеспечение жильем вследствие избрания иного постоянного места жительства, то в целом существенных затруднений при их разрешении у судов области не возникало.

Статьей 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» предусмотрено два способа обеспечения военнослужащих жилыми помещениями – предоставление жилья по месту службы или по избранному месту жительства.

Согласно пункту 3 статьи 6 данного Федерального закона военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, при увольнении с военной службы имеют право на выбор постоянного места жительства в любом населенном пункте Российской Федерации или в другом государстве в соответствии с федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации.

В соответствии с п. 14 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ, военнослужащие, имеющие общую продолжительность военной службы 10 лет и более, при увольнении с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями и члены их семей при перемене места жительства не позднее чем в трехмесячный срок со дня прибытия на избранное место жительства обеспечиваются органами местного самоуправления жилыми помещениями по установленным нормам, в том числе за счет государственных жилищных сертификатов на приобретение и строительство жилья, обеспечиваемых средствами из федерального бюджета, а также внебюджетных источников финансирования.

Таким образом, в силу закона право на обеспечение жильем по избранному месту жительства возникает у военнослужащих, имеющих общую продолжительность военной службы 10 лет и более, при увольнении с военной службы по льготным основаниям: — по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями

Порядок реализации такими военнослужащими права на получение жилья был урегулирован в Правилах учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 6 сентября 1998 г. N 1054.

Названными Правилами, принятыми в целях совершенствования порядка учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку…, и реализации их прав на получение жилья в соответствии с законодательством Российской Федерации, предусмотрен единый порядок постановки на очередь нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства.

Согласно указанным Правилам (пункты 12, 13, 16) ведение учета военнослужащих и граждан, уволенных с военной службы, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, осуществляется отделами по учету и распределению жилой площади (жилищными отделами) органов местного самоуправления или специально назначенными должностными лицами и военными комиссариатами.

Данные об очередности и постановке на учет военнослужащих обобщаются и представляются в органы местного самоуправления в отношении военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, — Министерством обороны Российской Федерации на основе данных военных комиссариатов (п. 12).

Военнослужащие подают рапорт по команде не более чем за 3 года до увольнения с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на военной службе либо в год увольнения с военной службы по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями с просьбой ходатайствовать перед органами местного самоуправления избранного ими постоянного места жительства о постановке на очередь на получение жилых помещений или улучшение жилищных условий.

На основе рапорта и представленных в соответствии с п. 13 настоящих Правил документов командир (начальник) воинской части принимает решение о ходатайстве перед органом местного самоуправления о постановке военнослужащего на очередь на получение жилых помещений или улучшение жилищных условий.

Ходатайство и документы направляются в военный комиссариат по избранному военнослужащим постоянному месту жительства для последующего направления в соответствующий орган местного самоуправления.

Военный комиссариат включает военнослужащего в список очередников на получение жилых помещений или улучшение жилищных условий и направляет копию списка и подлинники документов, полученных от командира (начальника) воинской части, в соответствующий орган местного самоуправления (п. 13).

Органы местного самоуправления регистрируют и ставят на очередь на получение жилых помещений или улучшение жилищных условий военнослужащих на основании документов и списков, представленных военным комиссариатом. Ходатайства с приложенными к ним документами рассматриваются в созданных при органах местного самоуправления общественных комиссиях по жилищным вопросам в течение месяца.

О принятом решении органы местного самоуправления в письменной форме сообщают военнослужащим через командиров (начальников) воинских частей в 3-месячный срок (п. 16).

Из анализа приведенных Правил следует, что реализация гражданином права на обеспечение жильем по избранному после увольнения месту жительства носит не абсолютный характер, а связана с его обращением в установленном порядке с заявлением о постановке на очередь на получение жилья или на улучшение жилищных условий.

Согласно пункту 17 Правил при исключении из списков личного состава части в связи с увольнением с военной службы военнослужащие подают рапорт о подтверждении избранного ими постоянного места жительства, к которому прилагают ряд документов, утвержденных Правилами, в том числе, заявление на имя главы муниципального образования, выписку о составе семьи, справку об отсутствии забронированной жилой площади, об отсутствии в собственности жилья.

На каждого военнослужащего, поставленного на очередь органом местного самоуправления, заводится учетное дело.

Таким образом, законом предусматривалось, что военнослужащий, избравший по окончании военной службы иное постоянное место жительства и обладавший таким правом, обязан совершить ряд необходимых действий, предусмотренных приведенными выше Правилами, в целях принятия его на учет нуждающихся по избранному месту жительства.

Соответственно, невыполнение военнослужащим, увольняемым в запас, таких действий не свидетельствует о возникновении права на обеспечение жильем по избранному месту жительства.

Так, разрешая иск Чудинова А.П., настаивавшего на обеспечении жильем по избранному месту жительства в г.Калининграде, и отказывая в его удовлетворении, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что при увольнении в 1994 г. с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями с календарной выслугой в 17 лет истец после увольнения избрал местом своего жительства г. Омск, где был включен в списки нуждающихся в указанном муниципальном образовании. Впоследствии избранное место жительства не менял, администрацию г.Омска об этом не уведомлял, с заявлением о переезде на постоянное место жительства в другой регион, в частности в г.Калининград, с целью передачи учетного дела не обращался. Более того, администрацией г.Омска истец был снят с учета нуждающихся, с чем он был не согласен и решением Центрального районного суда г.Омска, принятым по иску Чудинова А.П., он восстановлен в такой очереди с момента постановки — 18 января 1994 г. Указанное решение суда исполнено и в настоящее время истец состоит в списке нуждающихся в г.Омске под номером №.

В 2001 году семья истца действительно переехала в Калининградскую область, однако само по себе это обстоятельство, связанное с проживанием на территории Гурьевского района, без соблюдения установленной процедуры изменения ранее избранного военнослужащим места жительства, не порождает права на обеспечение жильем в указанной местности в качестве избранного места жительства.

Кроме того, в силу п.19 ст.15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» (в редакции Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 405-ФЗ) военнослужащим, изъявившим желание изменить ранее избранное место жительства, предоставляется жилищная субсидия.

На основании ст. 100 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ в пункт 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» внесены изменения, вступившие в силу с 1 января 2005 г., и с указанной даты с органов местного самоуправления снята обязанность по предоставлению военнослужащим жилых помещений.

В этой связи абзацем 2 пункта 2 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» было установлено, что обеспечение жилым помещением граждан, уволенных с военной службы, вставших на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий до 1 января 2005 г. в муниципальных образованиях, осуществляется за счет средств федерального бюджета путем выдачи государственных жилищных сертификатов органами исполнительной власти субъектов РФ по месту постановки на учет.

С 1 января 2011 г. абзац 2 п. 2 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» в приведенной выше редакции утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 8 декабря 2010 г. N 342-ФЗ.

В соответствии с названным Законом статья 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» дополнена пунктом 2.1, согласно которому обеспечение жилыми помещениями граждан, уволенных с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, состоянию здоровья, или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более и которые до 1 января 2005 г. были приняты органами местного самоуправления на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, и совместно проживающих с ними членов их семей осуществляется за счет средств федерального бюджета по выбору гражданина, уволенного с военной службы, в виде трех форм решения жилищного вопроса: в форме предоставления жилого помещения в собственность бесплатно либо по договору социального найма, а также единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения.

При предоставлении указанным выше лицам жилых помещений в собственность бесплатно или по договору социального найма размер общей площади жилых помещений определяется в соответствии с пунктами 1 — 3 статьи 15.1, т.е. исходя из нормы предоставления, равной 18 кв.м, и права военнослужащего на дополнительную площадь, а при предоставлении единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения ее размер определяется исходя из норматива общей площади жилого помещения и средней рыночной стоимости одного квадратного метра жилья.

При этом закон возлагает на Министерство обороны РФ обязанность по предоставлению военнослужащим постоянного жилья в льготном порядке только один раз за все время военной службы.

Обеспечение жильём одновременно по месту службы и по избранному военнослужащим месту жительства по окончании службы законом не допускается.

Пунктом 7 указанных выше Правил прямо предусмотрено, что основаниями признания граждан нуждающимися в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий является избрание постоянного места жительства после увольнения с военной службы и службы в органах внутренних дел (п. «и»).

Содержание п.п. «и» п.7 Правил учета означает, что избрание постоянного места жительства после увольнения с военной службы является самостоятельным основанием для принятия на учет.

Увольняемый с военной службы независимо от места проживания при его желании изменить постоянное место жительства после увольнения с военной службы признается в избранном месте жительства нуждающимся в получении жилых помещений, если он там жилой площади не имеет, или улучшении жилищных условий, если он ее имеет на одного члена семьи ниже предела социальной нормы общей площади жилья.

Вместе с тем, наличие у таких граждан в собственности индивидуального жилого дома (квартиры) в соответствии с пп. «а» п. 10 Правил является препятствием для признания их нуждающимися в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий.

В этой связи обстоятельства, связанные с обеспеченностью военнослужащего и членов его семьи жильем, подлежат выяснению как при решении вопроса о принятии на учет нуждающихся по избранному месту жительства, т.е. на стадии постановки на жилищный учет, так и обязательному учету при решении вопроса о предоставлении жилья.

В соответствии с п. 14 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» обеспечение жилым помещением военнослужащих, имеющих общую продолжительность военной службы 10 лет и более, при увольнении с военной службы по льготным основаниям при перемене места жительства производится с последующим освобождением ими жилых помещений и снятием с регистрационного учёта по прежнему месту жительства.

Аналогичные нормы содержатся в п.32 Правил, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 1054 от 6 сентября 1998 г., согласно которым предоставление жилого помещения осуществляется при предоставлении справки о сдаче жилья по прежнему месту службы, снятии военнослужащего и членов его семьи с регистрационного учета, а также предусмотрены пунктом 15 Инструкции о порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных Силах РФ, утвержденной приказом Министра обороны РФ от 15 февраля 2000 года № 80, возлагающим предоставить документы о сдаче жилых помещений Министерству обороны РФ при получении жилой площади по избранному месту жительства.

Исключений из этого правила для военнослужащих, обеспеченных жильем для постоянного проживания в период прохождения военной службы, законом не предусмотрено.

При этом положения закона, предусматривающие представление военнослужащими при получении жилого помещения по избранному месту жительства документов об освобождении жилого помещения, согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 22 января 2014 г. № 19-О, основаны на вытекающем из Конституции Российской Федерации принципе социальной справедливости, направлено на предотвращение необоснованного сверхнормативного предоставления государственного и муниципального жилья и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права военнослужащих.

Таким образом, в случае предоставления военнослужащему в период прохождения военной службы жилого помещения от Министерства обороны РФ, которое им не сдано и объективно не может быть сдано военному ведомству (например, вследствие его приватизации военнослужащим либо членами его семьи), указанное обстоятельство препятствует обеспечению его жильем по избранному месту жительства, является препятствием к принятию на учет и в силу ст.56 ЖК РФ служит основаниям к снятию такого военнослужащего с учета нуждающихся.

Аналогичный подход применяется и тогда, когда уже после принятии уволенного в запас военнослужащего на учет по избранному месту жительства его жилищные права улучшились, в том числе, вследствие приобретении права на объекты недвижимого имущества по гражданско-правовым сделкам, в порядке наследования и т.д., что свидетельствует о решении жилищной проблемы военнослужащего и в силу п. «г» п.26 Правил, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 1054 от 6 сентября 1998 года, служит основанием к снятию с очереди.

Частью 2 статьи 6 Федерального закона от 29.12.2004 N 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» установлено, что граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 г. в целях последующего предоставления им жилых помещений по договорам социального найма, сохраняют право состоять на данном учете до получения ими жилых помещений по договорам социального найма, при этом законом предусмотрена возможность снятия их с учета по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3-6 части 1 статьи 56 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также в случае утраты ими оснований, дающих им право на получение жилых помещений по договорам социального найма.

Суды правомерно признают законными решения ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ о снятии военнослужащих, уволенных в запас, с учета нуждающихся по основаниям необоснованности постановки на такой учет вследствие обеспеченности жильем (с учетом ранее предоставленного от Министерства обороны РФ жилья) более учетной нормы, равно как и соглашаются с отказом в принятии на такой учет.

Отказывая в удовлетворении иска Таланова Ю.В., оспаривавшего решение ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ о снятии с учета, суд исходил из того, что принятие такого решение основано на законе (п.6 ч.1 ст.56 ЖК РФ) и ему не противоречит.

Из материалов дела следует, что истец приказом командующего войсками западного военного округа от 18 апреля 2013 г. уволен с военной службы с зачислением в запас по достижении предельного возраста пребывания на военной службе, общая продолжительность военной службы в календарном исчислении составляет 35 лет.

На основании рапорта, поданного Талановым Ю.В. в феврале 2004 г. на имя командира в/ч №, ЖБК войсковой части в марте 2008 г. принято решение о постановке его на учет нуждающихся в получении жилого помещения, впоследствии данные об этом были переданы в уполномоченный орган министерства обороны, где истец состоял на учете.

Между тем, еще в 1991 г. по линии Министерства обороны РФ Таланову Ю.В. и членам его семьи (5 человек) было предоставлено жилое помещение в пос. Донское, общей площадью <данные изъяты> кв.м, жилой — <данные изъяты> кв.м, в которое вселились все члены семьи Таланова. В 2012 г. указанное жилье приватизировано без истца, который отказался от участия в приватизации.

Таким образом, обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи Таланова Ю.В. на дату обращения с рапортом о постановке на учет, составляла <данные изъяты> кв.м (<данные изъяты> кв.м:5 человек), что превышало установленную учетную норму, установленную Постановления Калининградской областной думы от 11 сентября 1997 г. № 64, равную 8 и менее квадратных метров.

Кроме того, на момент вынесения в 2008 г. решения о постановке Таланова Ю.В. на учет нуждающихся в жилом помещении истец и члены его семьи были обеспечены жильем более учетной нормы <данные изъяты> кв.м (<данные изъяты> кв.м : 5 человек), что препятствовало принятию на учет и, соответственно, послужило основанием к снятию с учета.

Давая оценку утверждениям истца об обеспечении его жильем по избранному месту жительства в г. Калининграде, суд указал, что приватизировав жилое помещение, предоставленное по месту службы, Таланов Ю.В. лишился возможности сдать его органам военного управления и своими действиями фактически избрал для проживания пос. Донское Калининградской области, а не город Калининград. Предоставление жилья в г. Калининграде ему в связи с указанными обстоятельствами невозможно.

Отклоняя иск Ципуштанова С.Н., оспаривающего отказ ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ в принятии его на учет нуждающихся по избранному месту жительства, суд исходил из законности такого отказа, с чем согласилась апелляционная инстанция.

Из материалов дела следует, что истец проходил службу в <данные изъяты> Балтийского Флота, в 2013 г. был уволен со службы с выслугой 29 лет и избрал постоянным местом жительства г. Калининград. До увольнения со службы он обратился с рапортом о признании его нуждающимся в избранном месте жительства, в чем ему было отказано со ссылкой на то, что в 2007 г. по линии Министерства обороны РФ истцу была предоставлена квартира по месту службы на состав его семьи (супругу и двоих дочерей) – в Хабаровском крае, в которой осталась проживать бывшая супруга, в 2013 г. оформившая квартиру в собственность в порядке приватизации.

Соглашаясь с доводами ответчика о невозможности при таких обстоятельствах принятия истца на учет, судебная коллегия указала, что целью постановки военнослужащего на учет является получение им жилого помещения и условием такого получения в ситуации, когда военнослужащий ранее обеспечивался жильем за счет Министерства обороны РФ, является сдача такого жилья военному ведомству. Несдача ранее предоставленного жилья является условием, при котором другое жилье не может быть предоставлено, и в этой связи обеспеченность истца следует исчислять с учетом квартиры в Хабаровском крае и жилых помещений, которыми владеют члены семьи военнослужащего.

Исчислив суммарную площадь квартиры в г. Хабаровске, которую истец не сдал военному ведомству, и квартиры в г. Калининграде, принадлежащей на праве собственности новой супруге истца, суд указал, что обеспеченность истца и членов его семьи превышает учетную норму и составляет <данные изъяты> кв.м на каждого, что исключает постановку на учет.

Оспаривались гражданами и решения органа местного самоуправления о снятии с учета военнослужащего, уволенного в запас, основанием к постановке на учет которого явилось избрание по окончании службы иного места жительства.

Так, уволенный в запас военнослужащий Питерниекс Я.К. настаивал при обращении в суд, что он был незаконно снят с очереди нуждающихся администрацией ГО «Город Калининград» и исключён из льготной очереди военнослужащих, уволенных в запас, в связи с обеспеченностью его жилой площадью по норме предоставления жилья.

Однако с его доводами судебные инстанции обоснованно не согласились.

Из материалов дела следует, что истец в 1993 г. был уволен из Вооружённых Сил РФ в связи с достижением предельного возраста прохождения военной службы и в этом же году постановлением администрации Балтийского района г. Калининграда был поставлен на учёт граждан нуждающихся в жилье по избранному месту жительства. При этом Питерниекс Я.Т. с 1970 г. состоял в браке с J., в 1998 г., то есть в период брака, женой истца — приобретена в собственность квартира по <адрес>, общей площадью (после реконструкции) <данные изъяты> кв.м. Несмотря на указанные обстоятельства, истец оставался зарегистрированным в служебном жилье по адресу: <адрес> и только в 2002 г. сдал это служебное жилое помещение начальнику Гурьевской КЭЧ района, после чего, расторгнув в марте 2003 г. брак с супругой, зарегистрировался по месту жительства своих родственников, где являлся нуждающимся и представил соответствующие сведения в администрацию МО. Однако уже в апреле 2003 г. истец вновь был зарегистрирован и сохраняет до настоящего времени регистрацию в квартире по <адрес>, вновь в этом же году вступил в брак с J.

Таким образом, исходя из размера жилой площади квартиры занимаемой истцом и его женой, очевидно, что нуждаемость Питерниекса Г.Т. в жилье с 2003 г. отсутствует.

Давая оценку доводам истца об отсутствии оснований к снятию с учета по п.2 ч.1 ст.56 ЖК РФ, т.е. по мотиву утраты оснований, дающих ему право на получение жилого помещения по договору социального найма, судебная коллегия указала, что в силу ч. 2 ст. 6 ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации», граждане, принятые на учет до 1 марта 2005 г. в целях последующего предоставления им жилых помещений по договорам социального найма, сохраняют право состоять на данном учете до получения ими жилых помещений по договорам социального найма. Указанные граждане снимаются с данного учета по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 3 — 6 ч. 1 ст. 56 Жилищного кодекса РФ, а также в случае утраты ими оснований, которые до введения в действие Жилищного кодекса РФ давали им право на получение жилых помещений по договорам социального найма. Указанным гражданам жилые помещения по договорам социального найма предоставляются в порядке, предусмотренном Жилищным кодексом РФ, с учетом положений настоящей части.

Содержание приведенной нормы Закона указывает на то, что обстоятельством, имеющим значение для рассмотрения возникшего спора, является факт утраты истцом оснований, которые давали ему право на получение жилого помещения по договору социального найма, установленным статьей 29 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшей на момент принятия истца на учет в качестве нуждающегося в жилом помещении.

Судом бесспорно установлено, что начиная с 2003 г. истец не нуждался в жилье, поскольку с учетом состава семьи — 2 человека и общей площади квартиры, равной <данные изъяты> кв.м, был обеспечен им более учетной нормы.

Как указывалось выше, уволенные в запас военнослужащие, избравшие постоянное место жительство и состоящие по этому месту на очереди нуждающихся в органе местного самоуправления, вправе поставить вопрос о выплате им взамен жилого помещения в натуре единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилья.

Порядок предоставления гражданам, обеспечиваемым жилыми помещениями, жилых помещений в собственность бесплатно или по договору социального найма и предоставления им единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения определяется законодательством субъектов РФ.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 8 декабря 2010 г. № 342-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О статусе военнослужащих» и об обеспечении жилыми помещениями некоторых категорий граждан», постановлением Правительства Российской Федерации от 17 декабря 2010 г. №1050 «О федеральной целевой программе «Жилище» на 2011-2015 годы», Указом Губернатора Калининградской области от 24 августа 2011 г. № 191 был утвержден порядок деятельности органов исполнительной власти Калининградской области по осуществлению переданных Российской Федерацией полномочий по обеспечению отдельных категорий граждан жилыми помещениями (далее Порядок №1) и порядок предоставления жилых помещений отдельным категориям граждан за счет средств федерального бюджета (далее Порядок №2).

Пунктом 4 Порядка №1 предусмотрено, что Министерство социальной политики Калининградской области утверждает сводные списки граждан — получателей жилых помещений или единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилья (далее — ЕДВ), представленные органами местного самоуправления муниципальных образований Калининградской области в областное государственное казенное учреждение Калининградской области «Центр социальной поддержки населения»; обеспечивает подписание свидетельств на получение ЕДВ, а также организует работу областного государственного казенного учреждения Калининградской области «Центр социальной поддержки населения» в соответствии с подпрограммой «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством» Федеральной целевой программы «Жилище» на 2011-2015 годы, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 17 декабря 2010 года N 1050: по исполнению полномочий по обеспечению жилыми помещениями граждан, перед которыми государство имеет обязательства в соответствии с законодательством Российской Федерации; по исполнению полномочий по предоставлению социальных выплат гражданам Российской Федерации, перед которыми государство имеет обязательства по обеспечению жилыми помещениями в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В силу пункта 8 упомянутого выше Порядка № 1 Областное государственное казенное учреждение Калининградской области «Центр социальной поддержки населения» формирует сводные списки граждан — получателей жилых помещений или ЕДВ по избранной ими форме предоставления жилого помещения на основании представляемых органами местного самоуправления муниципальных образований Калининградской области списков граждан, обеспечиваемых жильем, с учетом объема субвенции, предоставленной федеральным бюджетом на финансовое обеспечение переданных полномочий на соответствующий финансовый год; проверяет учетные дела, сформированные органами местного самоуправления муниципальных образований Калининградской области; принимает решения о предоставлении или об отказе в предоставлении ЕДВ гражданам; осуществляет расчет размера ЕДВ на каждую семью и расчет необходимой площади предоставляемого жилья; оформляет и выдает свидетельства на получение ЕДВ.

К полномочиям Центра отнесена также проверка учетных дел, сформированных органами местного самоуправления муниципальных образований Калининградской области.

Пунктами 2,3 Порядка №2 предусмотрено, что предоставление гражданам жилых помещений в собственность бесплатно, по договору социального найма осуществляется в порядке, установленном ЖК РФ. Право на обеспечение жилыми помещениями в соответствии с настоящим порядком имеют граждане, категории которых установлены ФЗ «О статусе военнослужащих».

Центр социальной поддержки населения обладает правом проверки учетных дел военнослужащих, изначально состоящих на учете в органе местного самоуправления, и в случае выявления оснований, свидетельствующих об утрате ими оснований, дающих право состоять в очереди, либо изначально отсутствии оснований к принятию на учет по избранному месту жительства, принимает решение о снятии граждан с такого учета.

Принимаемые ОГКУ «Центр социальной поддержки населения» решения являлись предметом судебной проверки, о чем свидетельствуют представленные на обобщение дела.

Так, при разрешении требований Милюкова Г.А., обратившегося в суд с иском к ОГКУ «Центр социальной поддержки населения», администрации городского округа «Город Калининград», о признании за ним и членами его семьи права на обеспечение жилым помещением, включении в сводный список граждан — получателей жилых помещений и отмене как незаконного распоряжения администрации ГО «Город Калининград» от 5 декабря 2012 года о снятии его с учета граждан, нуждающихся в жилых помещениях, суд установил, что истец 25 сентября 1993 г.был уволен с действительной военной службы по выслуге лет установленного срока действия военной службы.

В 1995 г. он поставлен на учет нуждающихся в жилых помещениях в общей очереди с составом семьи 4 человека по избранному месту жительства, а также по льготным основаниям — как уволенный военнослужащий (очередь офицеров, прапорщиков и мичманов запаса), а также в очереди воинов – интернационалистов.

В 2012 г. ОГКУ «Центр социальной поддержки населения» истцу отказано во включении его в сводный список граждан-получателей жилья в г. Калининграде в собственность бесплатно, поскольку основание его увольнения — по выслуге лет установленного срока действия военной службы — не предоставляло ему льгот в обеспечении жильем, и в этой связи он был исключен из списков граждан, нуждающихся в жилых помещениях, распоряжением администрации ГО «Город Калининград» от 5 декабря 2012 г. на основании п.6 ч.1 ст. 56 ЖК РФ, согласно которому граждане снимаются с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях в случае выявления в представленных документах в орган, осуществляющий принятие на учет, сведений, не соответствующих действительности и послуживших основанием принятия на учет, а также неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет.

Отклоняя заявленный иск, суд указал, что регулирование отношений, связанных с социальной защитой военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей в период увольнения истца осуществлялось в соответствии с Законом РФ от 22.01.1993 г. № 4338-1 «О статусе военнослужащих», в соответствии с п.6 ст. 15 которого, право на обеспечение жильем по избранному постоянному месту жительства имели граждане, уволенные с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями при общей продолжительности военной службы 10 лет и более, и члены их семей.

Аналогичные основания для обеспечения жильем указанной категории граждан по избранному месту жительства содержатся и в п. 2.1 ст. 15 действующего в настоящее время Федерального закона от 27.05.1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих».

Таким образом, действующее как на момент увольнения истца, так и в настоящее время законодательство связывает право на предоставление жилья по избранному месту жительства за счет средств федерального бюджета уволенных из вооруженных сил граждан с основанием их увольнения.

Указанное у истца основание его увольнения из Вооруженных сил РФ не является льготным и не предполагает обеспечение жильем за счет средств бюджета.

Отказ во включении Рейдака Г.А. в список граждан, обеспечиваемых жилыми помещениями за счет средств федерального бюджета, был обусловлен тем, что при проверке его учетного дела ОГКУ Калининградской области «Центр социальной поддержки населения» установлено отсутствие ряда документов, подтверждающих право состоять на учете, а также установлено наличие в собственности Рейдака Г.А. 1/2 доли жилого дома № по <адрес>.

Рейдак Г.А. не выразил намерения сдать принадлежащее ему жилье (долю дома в г.Гвардейске) в собственность муниципального образования, в связи с чем он не был включен в список, а его учетное дело со ссылками на положения ст.ст.57, 56 ЖК РФ было возвращено в Управление учета и найма жилья Комитета муниципального имуществ и земельных ресурсов администрации г.Калининграда для рассмотрения вопроса о законности нахождения в списках льготной очереди.

Разрешая требования Рейдака Г.А. и отказывая в их удовлетворении, суд исходил из того, что основанием принятия истца органом местного самоуправления на учет нуждающихся в 1993 г. послужило избрание им с соблюдением установленной процедуры постоянного места жительства после увольнения с военной службы г. Калининграда, а также отсутствие у него либо у членов его семьи — его супруги иного жилого помещения.

Между тем, в тот период времени, пока Рейдак Г.А. состоял на учете, его жилищные условия по сравнению с теми, которые послужили основанием для постановки его на учет, изменились, ему в собственность истца перешла 1/2 доля в праве на жилой дом по <адрес> в порядке наследования. Таким образом, нуждаемость истца в жилье отпала.

В силу пп. «г» п.25, п.26 Правил…, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 1054 от 6 сентября 1998 г., военнослужащие и граждане, уволенные с военной службы, снимаются с очереди на получение жилья за счет средств федерального бюджета в случае решения жилищной проблемы.

Приведенные выше положения Правил в системном толковании с действующими нормами жилищного законодательства — положениями статей 52, 51, 55, 56, 57 ЖК РФ предполагают возможность улучшения гражданами жилищных условий, независимо от наличия у них в собственности жилых помещений, но с учетом общих требований — предоставления жилой площади в пределах нормы общей площади жилого помещения, установленной субъектами Российской Федерации.

Исходя из площади принадлежащей Рейдаку Г.А. на праве собственности доли жилого дома, состава его семьи — 1 человек и размера учетной нормы в 12 кв.м, суд пришел к правильному выводу о том, что Рейдак Г.А. обеспечен жилым помещением в пределах установленной нормы общей площади, его жилищная проблема решена, в связи с чем он утратил право состоять на учете граждан, нуждающихся в жилом помещении.

По этим же основаниям судом отклонены требования Парлюка М.В., уволенного в запас военнослужащего, признанного нуждающимся и состоящего на учете в органе местного самоуправления по избранному месту жительства, об оспаривании действий ОГКУ Калининградской области «Центр социальной поддержки населения», отказавшего во включении в сводный список граждан.

Судом установлено, что Парлюк М.В., поставленный на учет нуждающихся в органе местного самоуправления в 1993 г. составом семьи 4 человека, еще в 2001 г. решил свою жилищную проблему, приобретя в собственность четырехкомнатную квартиру по <адрес>, площадью <данные изъяты> кв.м, и в 2005 г. – на основании договора долевого участия в строительстве еще одну квартиру по <адрес>, в связи с чем утратил право на обеспечение жильем за счет средств федерального бюджета.

Разрешались судами и требования уволенных в запас военнослужащих, признанных нуждающимися и состоящих на учете в органе местного самоуправления по избранному месту жительства, которые пытались преодолеть условие о сдаче ранее предоставленного от Министерства обороны жилья посредством предъявления требований о признании за ними права на включение ОГКУ Калининградской области «Центр социальной поддержки населения» в сводный список граждан — получателей жилых помещений или единовременной денежной выплаты по избранной ими форме предоставления жилого помещения без предоставления справки о сдаче жилья, предоставленного по последнему месту службы.

В удовлетворении таких требований судами отказывалось, что является правильным.

Суды обоснованно ссылались на действующий на территории Калининградской области Порядок предоставления жилых помещений отдельным категориям граждан за счет средств федерального бюджета (Порядок №2), в силу пункта 12 которого гражданин включается в сводный список граждан, обеспечиваемых жилыми помещениями в собственность бесплатно, по договору социального найма и путем предоставления ЕДВ, при наличии полного комплекта документов, указанных в пункте 11 настоящего порядка, и при соответствии их требованиям федерального законодательства.

Пунктом 11 Порядка органам местного самоуправления муниципальных образований Калининградской области рекомендуется передавать в Центр по запросу учетное дело гражданина, в которое входят указанные в пункте документы, в том числе, справка квартирно-эксплуатационного органа Министерства обороны Российской Федерации или иного федерального органа исполнительной власти, где предусмотрена военная служба (служба), либо справка от органа местного самоуправления о сдаче жилого помещения по последнему месту военной службы (службы) (в случае, если такое жилое помещение предоставлялось), или документ, подтверждающий отсутствие у заявителя жилого помещения для постоянного проживания (для не имеющих жилых помещений для постоянного проживания) – пп.5 п.11.

При этом Центр для проверки представленных сведений обладает правом направления в подразделение, выдавшее справку, предусмотренную подпунктом 5 пункта 11 настоящего порядка, запрос о подтверждении факта сдачи указанным гражданином ранее занимаемого жилого помещения.

В силу приведенного выше Порядка, принятого в соответствии с Жилищным кодексом РФ, Федеральным законом от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Правилами учета военнослужащих, подлежащих увольнению с военной службы, и граждан, уволенных с военной службы в запас или в отставку и службы в органах внутренних дел, нуждающихся в получении жилых помещений или улучшении жилищных условий в избранном постоянном месте жительства, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 1054 от 6 сентября 1998 г., обеспечение жильем за счет федерального бюджета без учета ранее предоставленного Министерством обороны РФ жилья не допускается.

При этом п.6 Порядка предусмотрено, что в случае отчуждения гражданином, уволенным с военной службы (службы), и (или) членами его семьи жилого помещения, принадлежащего ему и (или) членам его семьи на праве собственности, после включения такого гражданина и (или) членов его семьи в список граждан, обеспечиваемых жилыми помещениями, или после принятия решения не отчуждать жилое помещение, принадлежащее гражданину и (или) членам его семьи на праве собственности, жилое помещение предоставляется гражданину, уволенному с военной службы (службы), по нормам, установленным в соответствии с пунктами 1-4 статьи 15.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих», за вычетом общей площади отчуждаемого жилого помещения или общей площади жилого помещения, оставленного для дальнейшего проживания, с чем лица, обращающиеся в суд не были согласны.

Что касается жилищных прав членов семьи военнослужащего, то согласно пункту 5 статьи 2 Федерального закона «О статусе военнослужащих» социальные гарантии и компенсации, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами, в том числе и право на жилище, устанавливаются наряду с военнослужащими, членам их семей.

Приведенной выше нормой закона определено, что к членам семей военнослужащих, граждан, уволенных с военной службы, на которых распространяются указанные социальные гарантии, компенсации, если иное не установлено настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами, относятся: супруга (супруг); несовершеннолетние дети; дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет; дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения; лица, находящиеся на иждивении военнослужащих.

Таким образом, круг членов семьи военнослужащего определен законом.

Вопросы социальной защиты членов семей военнослужащих, потерявших кормильца, регламентированы статьей 24 Закона о статусе, согласно пункту 2 которой члены семей военнослужащих, потерявшие кормильца, не могут быть выселены из занимаемых ими жилых помещений без безвозмездного предоставления им другого благоустроенного жилого помещения в случае прекращения членами семей трудовых отношений с соответствующими организациями, за ними после гибели (смерти) военнослужащего сохраняется право на улучшение жилищных условий в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Пунктом 3.1 Закона предусмотрено, что членам семей военнослужащих (за исключением военнослужащих, участвовавших в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих), погибших (умерших) в период прохождения военной службы, и членам семей граждан, проходивших военную службу по контракту и погибших (умерших) после увольнения с военной службы по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе, по состоянию здоровья или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых составляет 10 лет и более, а при общей продолжительности военной службы 20 лет и более вне зависимости от основания увольнения, признанным нуждающимися в жилых помещениях или имевшим основания быть признанными нуждающимися в жилых помещениях в соответствии с настоящим Федеральным законом до гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, предоставляются денежные средства на приобретение или строительство жилых помещений либо жилые помещения в порядке и на условиях, которые предусмотрены пунктами 1, 16, 18 и 19 статьи 15 и статьей 15.1 настоящего Федерального закона.

При этом учитывается право военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, на дополнительную общую площадь жилого помещения на дату его гибели (смерти).

Законом специально оговорено, что лица, указанные в абзаце 1 пункта п. 3.1 ст. 24 Закона о статусе, принятые до 1 января 2005 г. органами местного самоуправления на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в том числе изменившие место жительства и принятые в связи с этим органами местного самоуправления на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях по новому месту жительства после 1 января 2005 г., обеспечиваются жилыми помещениями в порядке и на условиях, которые предусмотрены пунктом 2.1 статьи 15 Закона, т.е. в форме предоставления жилого помещения в собственность бесплатно или по договору найма, либо получения единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения.

Таким образом, в силу приведенных выше норм Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», за членами семьи военнослужащего, перечисленными в п.5 статьи 2 Закона, признанными нуждающимися в жилых помещениях или имевшим основания быть признанными нуждающимися в жилых помещениях в соответствии с настоящим Федеральным законом до гибели (смерти) военнослужащего или гражданина, уволенного с военной службы, сохраняется право на обеспечение жильем, в том числе, как в форме предоставления жилого помещения, так и в виде получения единовременной денежной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения.

Представленные на обобщение дела показывают, что ошибок при разрешении споров, связанных с наличием либо отсутствием у члена семьи военнослужащего права на обеспечение жильем, судьями не допускалось.

Так, удовлетворяя требования Игнатенко Н.К. — вдовы погибшего военнослужащего и признавая за ней право на обеспечение жильем с возложением на ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» обязанности принять на учет нуждающихся составом семьи 3 человека, суд исходил из того, что супруг истицы G., проходивший военную службу в войсковой части №, приказом командира войсковой части от 1 сентября 2004 г. уволен с военной службы в связи с организационно-штатными мероприятиями, выслуга лет в календарном исчислении – 10 лет 10 месяцев. В период прохождения службы G. решением ЖБК войсковой части от 23 мая 2002 г. был принят на учет нуждающихся составом семьи 3 человека, включая супругу — истицу по делу и несовершеннолетнего сына, как не имеющий жилого помещения и проживающий в общежитии войсковой части. 28 декабря 2012 г. G. погиб.

При обращении вдовы погибшего военнослужащего в ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» выяснилось, что еще в 2010 г. решением ЖБК войсковой части ее супруг был снят с учета нуждающихся, основанием к чему явилось длительное непредоставление им документов, подтверждающих нуждаемость в жилье, в связи с чем он не был включен в единый реестр военнослужащих.

Соглашаясь с обоснованностью заявленных требований, суд правильно исходил из того, что предусмотренных законом оснований к снятию супруга истицы с учета нуждающихся не имелось, поскольку к указанному времени его жилищные условия не изменились и нуждаемость в жилье не отпала. Сам военнослужащий и члены его семьи были зарегистрированы по месту жительства в общежитии войсковой части.

Проверив нуждаемость семьи истицы в жилье и учтя наличие в собственности у общего сына супругов Игнатенко Н.К и G. 13/100 доли в праве на квартиру по <адрес>, что представляет собой комнату в коммунальной квартире, суд пришел к выводу о том, что они продолжают оставаться обеспеченными жильем менее учетной нормы, что свидетельствует о наличии права на обеспечение жильем как членов семьи погибшего военнослужащего.

Отказывая в удовлетворении иска Семенковой С.Н. и Семенкова В.П. — супруги и сына F.., проходившего службу в Вооруженных Силах РФ и уволенного по сокращению в 1993 г. с календарной выслугой более 23 лет, суд исходил из того, что с сентября 1992 г. по август 1994 г. уволенный в запас военнослужащий F. состоял в очереди в отделе учета и распределения жилья мэрии г.Калининграда (льготная очередь военнослужащих, уволенных в запас). Впоследствии семьей Семенковой С.Н. и F. было принято решение переехать в г. Дивногорск, в связи с чем F. снят с учета с целью постановки на него в г. Дивногорске, куда был включен администрацией города Дивногорска от 6 ноября 1996 г. по категории «военнослужащие, уволенные с военной службы в запас».

31 декабря 1996 г. F. умер, в связи с чем органом местного самоуправления он исключен из состава семьи в связи со смертью, а Семенкова С.Н. снята с учета граждан, нуждающихся в жилых помещениях, на основании постановления администрации г. Дивногорска от 3 апреля 1997 г. № в связи с выездом на другое постоянное место жительство за пределы муниципального образования г. Дивногорск.

19 февраля 1997 г. Семенкова С.Н. обратилась в администрацию Балтийского района г. Калининграда с заявлением о постановке на учет нуждающихся в жилье составом семьи 2 человека, ее просьба была удовлетворена. При этом основанием для постановки Семенковой С.Н. на учет послужило то обстоятельство, что она являлась нуждающейся в жилом помещении, поскольку была зарегистрирована в качестве члена семьи собственников – своих родителей D. и S. в квартире по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, жилой — <данные изъяты> кв.м. По состоянию на 1997 г. в квартире были зарегистрированы истица, ее сын, родители истицы, ее сестра, муж сестры и племянник, в связи с чем на каждого члена семьи приходилось по <данные изъяты> кв.м, что менее учетной нормы.

В 2010 г. умерла мать истицы, в 2011 г. – ее отец, наследником имущества которого в виде 1/2 доли указанной выше квартиры по завещанию является сын истицы. В настоящее время в квартире зарегистрированы 5 человек, на каждого из которых приходится по <данные изъяты> кв.м общей площади квартиры, что более учетной нормы, в связи с чем истица была на законном основании снята с учета нуждающихся.

Отказ в удовлетворении требований Плескевич Т.В., настаивающей на признании права на обеспечение жильем, мотивирован судом тем, что истица не может быть отнесена к членам семьи военнослужащего, поскольку в силу закона не обладает таким статусом.

Материалами дела подтверждено, что ранее истица состояла в браке с военнослужащим I., который расторгнут в 2000 г. В период прохождения военной службы военнослужащему I. было предоставлено жилое помещение в военном городке Ё. Гурьевского района для временного проживания, где до настоящего времени с согласия командира войсковой части проживает истица и двое ее сыновей, один из которых — от брака с I.

Судом установлено, что к моменту расторжения брака I. не имел права на обеспечение жильем, нуждающимся в жилье (согласно материалам дела) не признавался. I. продолжал служить и убыл к новому месту службы в другой регион.

Отклоняя иск, суд указал, что истица не обладает самостоятельным правом на обеспечение жильем, не является членом семьи военнослужащего, в связи с чем на нее не распространяются социальные льготы и гарантии, установленные Законом о статусе, в том числе, и в жилищной сфере. То обстоятельство, что с согласия командира войсковой части истица продолжает проживать в спорной квартире, каких-либо прав на это жилье, равно как и возникновение права на обеспечение жильем от Министерства обороны, не порождает.

В анализируемый период судами также разрешались требования о признании лиц, прямо не указанных в законе, членами семьи военнослужащего, установлении факта нахождения на иждивении военнослужащего.

Рассмотрение подобных требований в порядке особого производства, посредством установления факта нахождения на иждивении, в том числе и в целях реализации такими лицами наравне с военнослужащим права на жилище, основано на законе и ему не противоречит.

Судебная коллегия отмечает, что поскольку в силу ч.1 ст.264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций (ч. 1 ст. 264 ГПК РФ) и учитывая, что юридический факт устанавливается в особом производстве, когда отсутствует спор о самом субъективном праве, существование которого зависит от наличия или отсутствия данного факта, то при рассмотрении дела суду следует установить, для какой цели необходимо установление данного факта, и привлечь орган, права и законные интересы которого могут быть затронуты установлением требуемого заявителем факта.

В этой связи, учитывая, что обращение в суд с заявлением об установлении факта нахождения на иждивении военнослужащего заявители связывают с реализацией ими совместно с военнослужащим права на жилище (для включения указанного лица в состав членов семьи военнослужащего), к участию в деле в качестве заинтересованного лица подлежит привлечению войсковая часть, где проходит службу военнослужащий, признанный нуждающимся, либо ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» или иной орган, в компетенцию которого входит определение общей площади предоставляемого жилого помещения либо исчисления единовременной денежной выплаты, на размер которой влияет количество членов семьи военнослужащего.

Предусмотрено законом и предъявление лицами, прямо не отнесенными законом к членам семьи военнослужащего, требований в исковом порядке о признании их членами семьи военнослужащего.

В силу статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащие-граждане при увольнении и совместно проживающие с ними члены их семей, к которым отнесены лица, приведенные в абзаце 5 пункта 5 статьи 2 названного Закона, имеют право на обеспечение жилым помещением.

Порядок внесения сведений о членах семьи военнослужащих в их личные дела регулируется Правилами составления и ведения личных дел (Приложение N 5 к Наставлению по учету личного состава Вооруженных сил Российской Федерации, утвержденному Приказом Министра обороны Российской Федерации от 19 февраля 2005 г.).

К членам семьи военнослужащего, сведения о которых должны быть внесены в его личное дело, относятся лица, названные в Федеральном законе «О статусе военнослужащих».

Запись сведений о членах семьи производится только на основании соответствующих документов, выдаваемых органами ЗАГС или решений судов.

При этом, как разъяснено в пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2000 N 9 «О некоторых вопросах применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», при рассмотрении заявлений военнослужащих, связанных с осуществлением ими права на жилище, необходимо иметь в виду, что основания и порядок обеспечения военнослужащих жильем регулируются как Федеральным законом «О статусе военнослужащих», так и нормами жилищного законодательства Российской Федерации.

По установленным законом основаниям жилые помещения предоставляются военнослужащим и проживающим совместно с ними членам их семей.

При решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жильем, следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса РФ.

В пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 г. N 8 «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих» даны следующие разъяснения: при решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, имеющим право на обеспечение жильем, судам следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса РФ и Семейного кодекса РФ.

Согласно части 1 статьи 69 Жилищного кодекса РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

Частью 1 ст. 31 Жилищного кодекса РФ к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и в исключительных случаях иные граждане могут быть признаны членами семьи собственника, если они вселены собственником в качестве членов своей семьи.

Таким образом, для установления факта нахождения на иждивении юридически значимыми являются обстоятельства, подтверждающие, что лицо, в отношении которого устанавливается этот факт, проживает с военнослужащим и получает от него такую помощь, которая носит систематический характер, является основным и постоянным источником средств существования.

Тогда как для признания иных лиц членами семьи военнослужащего, имеющих право на обеспечение жильем, с учетом действующего законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законом, помимо приведенного выше основания, предусмотрены и иные основания, к числу которых следует отнести факт вселения и совместного проживания, ведения общего хозяйства с проживающими в квартире лицами, наличие совместного бюджета с военнослужащим, общих расходов на приобретение продуктов питания, имущества для совместного пользования, а также наличие родственных связей (внуки, племянники, сестры) и т.д.

Так, отказывая в удовлетворении заявления военнослужащей Шевелюк Е.С. об установлении факта нахождения на ее иждивении несовершеннолетней внучки, зарегистрированной в муниципальной квартире, нанимателем которой является заявитель, суд указал, что круг лиц, относящихся к членам семьи военнослужащего, имеющих право на социальные гарантии, в том числе на получение права на обеспечение жильем, определяется п.5 ст. 2 ФЗ «О статусе военнослужащих» и ч.1 ст. 69 ЖК РФ в их системной связи и является исчерпывающим. Внуки военнослужащего не относятся к перечисленному выше перечню лиц, которые могут быть признаны членами семьи военнослужащего.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 3 пп. «б» п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса РФ», при определении круга лиц, относящихся к нетрудоспособным иждивенцам, судам необходимо руководствоваться пунктами 2 и 3 ст. 9 Федерального закона от 17.12.2001 г. N 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», в которых дается перечень нетрудоспособных лиц, а также устанавливаются признаки нахождения лица на иждивении.

Согласно приведенной норме закона внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей.

Проанализировав положения ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» с учетом положений ст. 9 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», суд пришел к обоснованному выводу о том, что заявительницей Шевелюк Е.С. не представлено доказательств того, что внучка находится на ее иждивении, то есть получает от нее такую помощь, которая носит систематический характер, является основным и постоянным источником средств к существованию ребенка.

Между тем, судом установлено, что родители ребенка — внучки U., ДД.ММ.ГГГГ рождения, являются трудоспособными, не лишены родительских прав и в силу ст. 80 Семейного кодекса РФ обязаны содержать свою дочь, отец ребенка имеет место работы, является военнослужащим — офицером войсковой части № и получает доход по месту службы, размер которого превышает зарплату заявительницы, что не отрицала последняя.

Доводы заявителя о том, что она также, как и родители ребенка несет расходы на содержание внучки, отклонены судебными инстанциями, поскольку малолетняя внучка имеет родителей, обязанности по содержанию дочери в силу семейного законодательства возложены именно на них, а факт оказания материальной помощи бабушкой не свидетельствует о нахождении внучки у последней на иждивении.

Разрешая заявление Петрусевич Л.И. о признании несовершеннолетней внучки Y. членом ее семьи, суд установил, что истица является военнослужащей, уволенной в запас, состоит на учете нуждающихся, включена в список на предоставление жилья по договору социального найма составом семьи 3 человека – истица, супруг и их совместная совершеннолетняя дочь, которые зарегистрированы в квартире по месту жительства в <адрес>, нанимателем которой является истица.

Соглашаясь с доводами иска Петрусевич Л.И., настаивающей, что родившийся у ее дочери ребенок — дочь Y., зарегистрированная и проживающая с ней в одной квартире вместе со своей матерью, является членом ее семьи, суд исходил из того, что названные обстоятельства подтверждены имеющимися в деле доказательствами.

Так, судом установлено, что действительно внучка истицы с момента рождения зарегистрирована и постоянно проживает в квартире, нанимателем которой является ее бабушка. Мать ребенка обучается в ВУЗе на дневной очной форме обучения, в браке с отцом ребенка не состоит, нигде не работает и самостоятельного источника дохода не имеет, в связи с чем истица несет все заботы в отношении ребенка, материально содержит дочь и внучку. Тогда как отец внучки жильем не обеспечен, совместно с матерью ребенка не проживает, живет в другом городе, денежные средства на ее содержание не передает.

При таком положении, учитывая приведенные выше доказательства в их совокупности суд пришел к выводу о том, что несовершеннолетняя внучка является членом семьи нанимателя — своей бабушки Петрусевич Л.Н., уволенной в запас и, как следствие, членом семьи военнослужащего.

При разрешении иска Ветровой Ю.Н. — дочери умершего военнослужащего W., состоявшего к моменту смерти в льготной очереди нуждающихся при администрации ГО «Город Калининград», судом установлено, что действительно отец истицы был включен в такую очередь составом семьи 3 человек (включая супругу и дочь) как необеспеченный жильем по избранному месту жительства. 21 декабря 2010 г. W.. умер.

Отказывая в удовлетворении иска Ветровой Ю.Н. о признании ее членом семьи военнослужащего и понуждении к принятию на учет как члена семьи военнослужащего, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что несмотря на кровное родство, истица перестала быть членом семьи своего отца и, соответственно, утратила право на обеспечение жильем.

При этом судебные инстанции исходили из того, что отец истицы был уволен в запас в 1996 г., включен в льготную очередь составом семьи 3 человека. До 1999 г. W. проживал в отдельной двухкомнатной квартире, впоследствии сдал это жилье военному ведомству и выехал в г. Орел, где был зарегистрирован в квартире, нанимателем которой являлась его мать, и проживал в этой квартире до своей смерти. Иных лиц в квартире зарегистрировано не было. К моменту переезда отца истицы в г.Орел брак между супругами Ветровыми был расторгнут, сама истица, будучи несовершеннолетней, проживала вместе с бабушкой в Челябинской области. По возвращении в Калининградскую область истица с отцом не проживала, вселившись в принадлежащую ее матери на праве собственности квартиру, затем обучалась в ВУЗе в г.Орле, где была зарегистрирована в общежитии, и впоследствии вновь вернулась в квартиру матери. При этом с отцом ни в г.Калининграде, ни в г.Орле истица никогда не проживала, в его квартиру не вселялась, совместное хозяйство с ним не вела. Более того, Ветрова Н.Ю. с 2012 г. проживает с R. в квартире по <адрес>, с которым в 2013 г. заключила брак.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют, что после расторжения брака родителей место жительства несовершеннолетней истицы — дочери военнослужащего W. было определено с матерью, более истица с отцом никогда не проживала, общего хозяйства с ним не вела, не имела общего бюджета, в связи с чем перестала быть членом его семьи.

Отказ в удовлетворении иска Степакиной О.В., настаивавшей на том, что при предоставлении ее отцу — военнослужащему в отставке Q. квартиры по избранному месту жительства в г.Калининграде не были учтены ее интересы, суд мотивировал тем, что изначально при постановке на учет Q. указывал в качестве членов своей семьи супругу, сына и дочь — истицу по делу. На тот период времени все члены семьи Степакиных были зарегистрированы и проживали в муниципальной квартире в г.Советская Гавань, которая впоследствии была сдана при переезде на новое место жительства. Однако впоследствии, в связи с тем, что дочь военнослужащего снялась с регистрационного учета в указанной квартире, выехала из нее и проживала в г.Хабаровске, ее отцом были внесены изменения в состав членов семьи военнослужащего с исключением из него дочери, в связи с чем в 2010 г. ему на состав семьи 3 человека была распределена квартира по избранному месту жительства в г.Калининграде, по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м (<данные изъяты> кв.м х 3 чел.)

Проверяя доводы истицы о том, что несмотря на временное (вынужденное) отсутствие ее регистрации в квартире в г.Советская Гавань, она не перестала быть членом семьи своего отца, поскольку проживала с ним вместе и вела общее хозяйство, суд указал, что с 2001 г. истица с этом жилье не проживала, с 2004 г. – не имела регистрации в нем, более 10 лет трудоустроена в Хабаровском крае и проживает там в квартире на основании договора коммерческого найма.

Сослался суд и на то, что к моменту снятия с регистрационного учета в квартире в г.Советская Гавань истица достигла возраста 23 лет, в связи с чем не относится к перечисленному в п.5 ст.2 Закона о статусе перечню лиц, которые могут быть признаны членами семьи военнослужащего. Более того, состав членов семьи военнослужащего, подлежащего обеспечению жильем, определяется самим заявителем — военнослужащим, именно военнослужащий как лицо, заинтересованное в предоставлении жилья, указывает, кто подлежит включению в состав семьи для постановки на учет и получения социального жилья. Из материалов дела следует, что состав членов семьи был изменен отцом истицы добровольно, что позволяет сделать вывод о том, что к этому моменту Q. истицу членом своей семьи не считал.

В анализируемый период судами области было разрешено значительное количество дел о признании за военнослужащими и членами их семей права собственности на предоставленные им военным ведомством жилые помещения в порядке приватизации.

Практически по всем делам судами вынесены решения об удовлетворении требований уволенных в запас военнослужащих и признании за ними и членами их семей права собственности на предоставленное Министерством обороны РФ жилье, при этом основная часть таких дел не являлась предметом апелляционного рассмотрения, случаи апелляционного обжалования носили единичный характер.

При разрешении возникших споров суды правильно руководствовались положениями пункта 6 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», предусматривающего, что военнослужащие — граждане, а также граждане, уволенные с военной службы, и члены их семей имеют право безвозмездно получать в собственность занимаемые ими жилые помещения в соответствии с федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, за исключением служебных жилых помещений и жилых помещений в закрытых военных городках.

Принципы осуществления приватизации государственного и муниципального жилищного фонда социального использования на территории Российской Федерации, правовые, социальные и экономические основы преобразования отношений собственности на жилище установлены Законом РФ от 4 июля 1991 г. N 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации». Названным законом предусмотрено, что вступление в права собственности на жилище дает гражданам возможность эффективно вкладывать свои средства, осуществлять накопление недвижимой собственности, выступать с ней на рынке недвижимости, свободно владеть, пользоваться и распоряжаться своим жилищем.

Статьями 1, 2 указанного выше Закона РФ предусмотрено, что граждане РФ, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет в порядке приватизации, представляющей бесплатную передачу в собственность граждан РФ на добровольной основе занимаемых ими жилых помещений в государственном и муниципальном жилищном фонде.

Из представленных на изучение дел следует, что причинами отказа в передаче занимаемого военнослужащими жилья в собственность являлись обстоятельства, связанные с тем, что ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» отдел № 5 г. Калининграда, куда военнослужащие обращались за реализацией своих прав, не является собственником жилого помещения и не является учреждением, за которым конкретное жилое помещение закреплено на праве оперативного управления, в связи с чем не может им распоряжаться. Кроме того, в полномочия отдела передача жилых помещений в собственность граждан не входит. Ссылался ответчик и на то, что в настоящее время законодательством не урегулирован вопрос передачи квартир Министерством обороны РФ в собственность граждан в порядке приватизации, не определен орган, уполномоченный передавать жилые помещения в собственность в порядке приватизации, в связи с чем признание права собственности на занимаемые гражданами жилые помещения возможно только в порядке гражданского судопроизводства.

Аналогичные ответы были получены военнослужащими и от ФГКУ «Северо-Западное территориальное управление имущественных отношений» Министерства обороны РФ.

Удовлетворяя заявленные иски, суды правомерно исходили из того, что обстоятельства, на которые ссылались учреждения Министерства обороны РФ, не могут ограничить право истцов на приватизацию занимаемого ими по договору социального найма жилого помещения, поскольку в данном случае нарушаются положения ст.35 Конституции РФ и ст. 2 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации». Поскольку законом установлено право граждан на получение жилья в собственность бесплатно, то государство обязано обеспечить возможность реализации данного права.

Согласно ст. 8 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» в случае нарушения прав гражданина при решении вопросов приватизации жилых помещений он вправе обратиться в суд.

На основании п. 71 Положения о Министерстве обороны РФ, утвержденного Указом Президента РФ от 16 августа 2004 г. № 1082, Министерство обороны РФ осуществляет в пределах своей компетенции правомочия собственника имущества, закрепленного за Вооруженными Силами РФ.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 29 декабря 2008 г. № 1053 «О некоторых мерах по управлению федеральным имуществом» Министерство обороны РФ является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по управлению федеральным имуществом, находящимся у Вооруженных Сил РФ на праве хозяйственного ведения или оперативного управления.

Министерство обороны РФ в целях управления имуществом Вооруженных Сил РФ и подведомственных Министерству обороны РФ организаций осуществляет от имени Российской Федерации юридические действия по защите имущественных и иных прав и законных интересов Российской Федерации при управлении имуществом Вооруженных Сил РФ и подведомственных Министерству обороны РФ организаций и его приватизации.

Поскольку полномочия по распоряжению жилищным фондом Вооруженных Сил РФ переданы Министерству обороны РФ, суды правильно исходили из того, что передающей стороной по договору приватизации квартиры может быть только Министерство обороны РФ в лице соответствующих учреждений.

Вместе с тем, в настоящее время Министерством обороны РФ действительно не разрешен вопрос об органе, уполномоченном передавать по договору приватизации в собственность гражданам жилые помещения, находящиеся в ведении Министерства обороны РФ и расположенные на территории Калининградской области, в связи с чем истцы не могут получить спорное жилое помещение в собственность в порядке приватизации. Однако отсутствие органа, уполномоченного на передачу истцам занимаемого ими жилого помещения в собственность по договору приватизации, не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных истцами требований в судебном порядке.

При этом в числе обстоятельств, подлежащих обязательному выяснению и учету при разрешении указанной категории споров, подлежат выяснению основания предоставления военнослужащим жилья, наличие либо отсутствие права на его приобретение в собственность исходя из календарной выслуги в Вооруженных Силах РФ и основания увольнения с военной службы.

Поскольку право на приобретение жилого помещения в собственность является однократным, т.е. может быть реализовано гражданином только один раз, обязательной проверке и учету судом подлежат обстоятельства, связанные с тем, что ранее это право военнослужащим или членами его семьи не было реализовано.

Приведенные требования учитывались судами.

Так, удовлетворяя иск Пичеря В.В., действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних сыновей Ы. и Я., и признавая за ними право общей долевой собственности в порядке приватизации на квартиру № общей площадью <данные изъяты> кв.м, расположенную в доме № по <адрес>, по 1/3 доли в праве за каждым, суд первой инстанции, исходя из установленных по делу обстоятельств и с учетом положений ч. 6 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», а также требований Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», пришел к правильному выводу о том, что истица и ее дети имеют право на приватизацию занимаемого ими по договору социального найма жилого помещения в государственном жилищном фонде, и им не может быть отказано в передаче спорного жилого помещения в собственность бесплатно.

Судом установлено, что истцы являются членами семьи погибшего военнослужащего Ю., которому спорное жилое помещение было предоставлено по договору социального найма жилого помещения № от 20 мая 2009 г. Истцы проживают и постоянно зарегистрированы в спорном жилом помещении, выразили волю на приватизацию занимаемого ими жилого помещения, ранее Пичеря В.В. и несовершеннолетние дети в приватизации жилых помещений не участвовали, а спорное жилое помещение не относится к числу жилых помещений, которые не подлежат приватизации в соответствии с положениями ст. 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации».

Разрешая требования уволенного в запас военнослужащего Лепетчука В.В., действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетней дочери Э., ДД.ММ.ГГГГ рождения, суд первой инстанции исходил из того, что в связи с прохождением военной службы истцу предоставлена квартира № дома № по <адрес>, где был зарегистрирован военнослужащий и члены его семьи.

Истец указывал, что он уволен с военной службы в запас по достижении предельного возраста пребывания на военной службе, выслуга лет в календарном исчислении на дату исключения из списков личного состава войсковой части № составила 17 лет. Поскольку в соответствии с распоряжением Правительства РФ от 19 августа 2011 г. № 1470-р «О внесении изменений в распоряжение Правительства РФ от 1 июня 2000 г. № 752-р» военный городок, в котором находится вышеуказанная квартира, исключен из перечня закрытых военных городков, полагал, что он и члены его семьи фактически занимают жилое помещение на условиях социального найма, следовательно, к нему применяется правовой режим, установленный для жилых помещений, предоставленных по договорам социального найма.

Решением суда иск удовлетворен.

Давая оценку возражениям ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» о том, что спорное жилое помещение является служебным и предоставлялось Лепетчуку В.В. на период прохождения военной службы, в связи с чем в силу статьи 4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ» не подлежит приватизации, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что согласно сведениям Росреестра право собственности на спорную квартиру не зарегистрировано, данное жилое помещение не находится в муниципальной собственности, передано в оперативное управление ОАО «Щ.» в лице указанного филиала на основании договора от 2 августа 2010 г., собственником многоквартирного дома, в котором находится данная квартира, является Министерство обороны РФ.

Согласно ч. 2 ст. 92 Жилищного кодекса РФ использование жилого помещения в качестве специализированного жилого помещения допускается только после отнесения такого помещения к специализированному жилищному фонду с соблюдением требований и в порядке, которые установлены уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти, за исключением случаев, установленных федеральными законами. Включение жилого помещения в специализированный жилищный фонд с отнесением такого помещения к определенному виду специализированных жилых помещений и исключение жилого помещения из указанного фонда осуществляются на основании решений органа, осуществляющего управление государственным или муниципальным жилищным фондом.

Постановлением Правительства РФ № 42 от 26 января 2006 г., вступившим в законную силу с 14 февраля 2006 г., утверждены Правила отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду. Согласно пункту 12 указанных Правил включение жилого помещения в специализированный жилищный фонд с отнесением такого помещения к определенному виду специализированных жилых помещений и исключение жилого помещения из указанного фонда осуществляется на основании решений органа, осуществляющего управление государственным или муниципальным жилищным фондом.

Судом установлено, что спорное жилое помещение не включалось в число служебных в предусмотренном законом порядке (ст.92 ЖК РФ; Правила отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду, утвержденные Постановлением Правительства РФ № 42 от 26 января 2006 г., вступившие в силу с 14 февраля 2006 г.). Договор найма служебного жилого помещения в отношении данной квартиры заключен с Лепетчуком В.В. лишь в силу того, что эта квартира находилась на территории закрытого военного городка г. Ш. Багратионовского района Калининградской области.

Однако распоряжением Правительства РФ из перечня закрытых военных городков, имеющих жилищный фонд, исключен военный городок г. Ш. Багратионовского района Калининградской области, в связи с чем препятствий к передаче жилья в собственность не имеется.

И наоборот, отказ суда в удовлетворении иска Самсонова В.В. о признании права собственности на жилье в порядке приватизации был связан с тем, что истцом поставлен вопрос о признании права собственности на квартиру по <адрес>, имеющую статус служебного жилья, которая предоставлялась Самсонову В.В. именно в качестве служебного жилья в период прохождения им военной службы.

Наличие у спорной квартиры статуса служебной в силу положений ст.4 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ» является препятствием к передаче этого жилья в собственность. Кроме того, суд пришел к правильному выводу о том, что отказ в приватизации не нарушает прав истца и членов его семьи на обеспечение жильем, поскольку истец состоял и продолжает состоять в едином реестре военнослужащих, принятых на учет нуждающихся, и будет обеспечен жильем.

Что касается требований, предъявляемых Министерством обороны РФ, ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» к военнослужащим, то они сводились к предъявлению исков о выселении из служебного жилья (освобождении жилых помещений), оспаривании решений о предоставлении жилого помещения.

При разрешении споров о выселении из служебного жилья суды правильно исходили из того, что согласно п.1 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» военнослужащим — гражданам, проходящим военную службу по контракту, и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются не позднее трехмесячного срока со дня прибытия на новое место военной службы служебные жилые помещения по нормам и в порядке, которые предусмотрены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Служебные жилые помещения предоставляются в населенных пунктах, в которых располагаются воинские части, а при отсутствии возможности предоставить служебные жилые помещения в указанных населенных пунктах — в других близлежащих населенных пунктах.

Аналогичные положения содержались и в п.п.1, 4 Инструкции «О порядке обеспечения жилыми помещениями в Вооруженных Силах РФ», утвержденной приказом Министра обороны РФ от 15 февраля 2000 г. N 80, согласно которым военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются жилые помещения по нормам и в порядке, которые предусмотрены федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ, с учетом права на дополнительную жилую площадь, за счет государственного или муниципального жилищного фонда, закрепляемого за Министерством обороны РФ, а до их получения – служебные жилые помещения, пригодные для временного проживания, или общежития, а также в принятой впоследствии — 30 сентября 2010 г. Инструкции о предоставлении военнослужащим — гражданам Российской Федерации, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах РФ, служебных жилых помещений.

Военнослужащие, обеспечиваемые служебными жилыми помещениями, заключают договор найма такого жилья, в котором определяется порядок его предоставления, содержания и освобождения.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ЖК РФ в случаях расторжения или прекращения договора найма специализированных жилых помещений граждане должны освободить жилые помещения, которые они занимали по данным договорам.

В случае отказа освободить такие жилые помещения указанные граждане подлежат выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 103 ЖК РФ, согласно которой не могут быть выселены из служебных жилых помещений и жилых помещений в общежитиях без предоставления других жилых помещений не являющиеся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений или членами семьи собственника жилого помещения и состоящие на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях члены семьи военнослужащих, погибших (умерших) или пропавших без вести при исполнении обязанностей военной службы или служебных обязанностей.

В силу закона военнослужащий и члены его семьи, состоящий на учете нуждающихся в получении жилья, не подлежат выселению из занимаемого помещения специализированного жилищного фонда (служебного жилья) до предоставления жилья для постоянного проживания.

Соответственно, при выполнении государством обязанности по обеспечению военнослужащего жильем, т.е. при утрате военнослужащим права пользования служебным жилым помещением, а также в случае отсутствия у военнослужащего права на обеспечение жильем (утрате связи с военным ведомством и отсутствии необходимой выслуги) он подлежит выселению из него.

Так, удовлетворяя иск Военного прокурора Пионерского гарнизона и выселяя Полегенько М.В. из квартиры по <адрес>, суд первой инстанции установил, что указанное жилье было предоставлено органами военного управления ответчику, являющемуся военнослужащим, в 2010 г. с заключением соответствующего договора найма. Являясь участником накопительной ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих, Полегенько М.В. приобрел в собственность квартиру в г.Светлогорске.

Принимая такое решение, суд правильно исходил из того, что основания для обеспечения военнослужащего служебным жильем и, как следствие, основания пользованиям им ответчиком и членами его семьи утрачены.

Правомерно судом удовлетворены требования Министерства обороны РФ с выселением членов семьи уволенного в запас военнослужащего Тюпа П.И. из помещения в общежитии по <адрес>, находящегося в собственности истца.

Из материалов дела следует, что Тюпа П.И. являлся военнослужащим, был уволен с военной службы с зачислением в запас по ст. 48 Закона по достижении предельного возраста пребывания на военной службе. В период прохождения военной службы распоряжением командира войсковой части № (без даты и номера) Тюпа П.И. на состав семьи было выдано разрешение на право временного занятия площади в общежитии по <адрес>, которое Тюпа П.И. обязался освободить и сдать после косметического ремонта по требованию администрации общежития в указанный срок.

Несмотря на то, что Тюпа и члены его семьи вселились в данное жилое помещение, они сохранили регистрацию по месту работы Тюпа П.И. в Ч., где Тюпа П.И. состоял на учете нуждающихся.

В дальнейшем жилищная проблема военнослужащего Тюпа П.И. была решена, ему предоставлена и впоследствии передана в собственность на состав семьи 3 человека квартира общей площадью <данные изъяты> кв.м, по адресу <адрес>, т.е. в пределах нуждаемости военнослужащего в жилье (18 кв.м х 3 человека), в связи с чем ранее занимаемое им специализированное жилье, являющееся собственностью Министерства обороны РФ, подлежало освобождению.

То обстоятельство, что дочь военнослужащего Тюпа О. после передачи квартиры в собственность подарила отцу 1/3 доли в праве на квартиру, а затем вновь зарегистрировалась в общежитии и впоследствии вселила в него свою малолетнюю дочь, не свидетельствует о возникновении самостоятельного права пользования жильем. Сам факт регистрации Тюпа О.П. в этом жилье без законных к тому оснований не порождает каких-либо прав ответчицы на жилье. Изначально она была вселена в спорное помещение общежития в качестве члена семьи военнослужащего — своего отца Тюпа П.И., ее права производны от прав отца, которому это жилье было предоставлено временно.

Рассматривались судами и споры об освобождении военнослужащим и членами его семьи ранее предоставленного от Министерства обороны РФ жилья, хотя и не имеющего статус служебного, но в отношении которого военнослужащим подписано обязательство о сдаче.

Так, разрешая иск прокурора Багратионовского района, предъявленный в защиту интересов МО «Долгоруковское сельское поселение», и выселяя Тихонова В.Н. и членов его семьи из муниципальной квартиры в <адрес>, суд первой инстанции исходил из того, что право пользования этим жильем ответчиками — уволенным в запас военнослужащим и членами его семьи, утрачено.

Судом установлено, что Тихонов В.Н., являясь военнослужащим, уволенным с военной службы по состоянию здоровья, состоял в очереди нуждающихся в улучшении жилищных условий, и выразил желание быть обеспеченным жилым помещением в форме предоставления ему жилого помещения в собственность бесплатно. В 2013 г. Тихонову В.Н. и членам его семьи предоставлено за счет средств федерального бюджета в общую долевую собственность жилое помещение, находящееся по адресу: <адрес>.

При решении вопроса об обеспечении жильем путем предоставления жилого помещения в собственность бесплатно Тихоновым В.Н. с согласия совершеннолетних членов его семьи в 2012 г. было дано обязательство, согласно которому он обязался в 2-месячный срок со дня предоставления ему жилого помещения освободить занимаемое жилое помещение, которое до настоящего времени не исполнено.

С учетом этого, установив, что обязательства по обеспечению Тихонова В.Н. и членов его семьи жильем путем предоставления жилого помещения в собственность бесплатно исполнены государством в полном объеме, суд пришел к обоснованному выводу о том, что ответчики утратили право пользования ранее занимаемым ими жилым помещением. Более того, одним из условий обеспечения Тихонова В.Н. и членов его семьи жилым помещением за счет средств федерального бюджета, являлось их обязательство об освобождении жилого помещения.

В то же время, при рассмотрении дела по иску ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» к Зинковскому А.П. и членам его семьи об оспаривании решения о предоставлении жилья и договора социального найма по мотиву неисполнения должным образом обязательства о сдаче ранее предоставленного жилого помещения, судом правомерно не усмотрено оснований к их удовлетворению.

Из материалов дела следует, что военнослужащий Зинковский А.П. 10 сентября 1996 г. уволен в запас из Вооруженных Сил РФ в связи с организационно-штатными мероприятиями, признан нуждающимся в жилье составом семьи 4 человека, включая супругу и двоих сыновей. Все члены семьи Зинковских были зарегистрированы и проживали в квартире по <адрес> и при решении вопроса об обеспечении жильем от Министерства обороны РФ Зинковскими дано обязательство об освобождении ранее занимаемого жилья, после чего в июне 2012 г. им предоставлена квартира по <адрес>, куда ответчики вселились, снявшись с регистрации из ранее занимаемой квартиры.

Предъявление иска об оспаривании решения о принятии жилья было мотивировано тем, что в настоящее время в квартире по <адрес> зарегистрирована и проживает мать Зинковского А.П., что, по мнению уполномоченного органа Министерства обороны РФ, свидетельствует о ненадлежащем исполнении обязательства о сдаче жилья.

С подобной позицией не согласились суды первой и апелляционной инстанций, указав на отсутствие правовых оснований к признанию решения о предоставлении жилья и заключенного в его исполнение договора социального найма недействительным. При этом судебные инстанции исходили из того, что ответчики выполнили обязательство о сдаче жилья, выехали из квартиры и снялись с регистрационного учета, а само по себе наличие регистрации в спорной квартире матери Зинковского А.П., которая членом его семьи не признавалась и на которую жилье по <адрес> не предоставлялось, не свидетельствует о недействительности решения и договора социального найма.

При этом истец не лишен возможности иным образом разрешить возникший спор, выбрать иной способ защиты нарушенного права — поставив вопрос об освобождении жилого помещения и снятии Х. с учета, которая зарегистрирована в нем без законных к тому оснований.

На обобщение также поступили дела по искам Министерства обороны РФ либо ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» об оспаривании (признании недействительным) решений о предоставлении уволенному в запас военнослужащему жилья.

Так, при рассмотрении дела по иску ФГКУ «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Калининградской области» к Куклиным, судом установлено, что Куклин С.П. состоял на военной службе с 1984 г. и приказом ФСБ России от 2 августа 2013 г. уволен с военной службы по достижении предельного возраста пребывания на военной службе (по п.п. «а» п. 1 ст. ФЗ «О воинской обязанности и военной службе») и 23 октября 2013 г. исключен из списков личного состава. В период прохождения военной службы решением жилищной комиссии от 16 сентября 2010 г. Куклин С.П. составом семьи 3 человека, включая его, супругу и дочь, принят на учет военнослужащих, нуждающихся в получении жилых помещений, и на этом же заседании было принято решение о предоставлении 3-х комнатной квартиры по адресу <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м (с учетом права на дополнительную площадь в соответствии с п.8 ст. 15 Федерального закона РФ «О статусе военнослужащих»). Впоследствии в отношении указанного жилья был заключен договор найма, а затем квартира приватизирована.

Признавая незаконными решение жилищной комиссии и заключенный на его основании договор социального найма, суд обоснованно исходил из того, что при решении вопроса о распределении Куклину С.П. квартиры уполномоченным органом не были должным образом собраны и проверены документы, необходимые для принятия решения о предоставлении жилого помещения по договору социального найма, были нарушены требования действующего законодательства, регламентирующие порядок и условия обеспечения военнослужащих и граждан, уволенных в запас, жилыми помещениями по договорам социального найма.

Из материалов дела следует, что ранее Куклину С.П., как военнослужащему, по прежнему месту службы за счет средств федерального бюджета на состав семьи 5 человек, включая его бывшую супругу и троих детей, Пограничным управлением ФСБ России по Республике Северная Осетия — Алания в 1998 г. предоставлено по договору социального найма жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, в которое он вселился на основании ордера. После перевода Куклина к иному месту службы указанное жилье для повторного её заселения военнослужащими и членами их семей Куклиным С.П. сдано не было, в квартире остались проживать его бывшая супруга, брак с которой был расторгнут в 2001 г., и двое сыновей.

Установив данные обстоятельства, суд обоснованно указал, что поскольку Куклин С.П. ранее реализовал свое право на жилое помещение по договору социального найма в порядке, предусмотренном Федеральным законом «О статусе военнослужащих», и не представил документы о его освобождении, его обеспечение жилым помещением по договору социального найма не могло быть осуществлено без учета ранее полученного жилого помещения от федерального органа исполнительной власти. Названные обстоятельства не были учтены при принятии жилищной комиссией решения о предоставлении ответчику жилья, что послужило основанием к признанию такого решения недействительным.

Кроме того, не было учтено жилищной комиссией и то, что вторая супруга Куклина имела в собственности квартиру в г.Черняховске и непосредственно перед обращением ее супруга в жилищную комиссию, с намерением приобретения права на включение в очередь на улучшение жилищных условий совершила действия по отчуждению принадлежащей ей квартиры в собственность своей матери, что привело к изменению права пользования этим жилым помещением и утрате ею статуса собственника этого жилого помещения, что в силу положений действующего законодательства правильно расценено как намеренное ухудшение жилищных условий.

С обоснованностью такого решения согласился и суд апелляционной инстанции.

По аналогичным основаниям, связанных с тем, что военнослужащим не сдано ранее предоставленное Министерством обороны РФ жилье, судом удовлетворен иск ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» о признании недействительными решения о предоставлении уволенному в запас военнослужащему Ильину Д.Л. жилого помещения и договора найма жилья, выселении Ильина Д.Л. из квартиры.

Судом установлено, что Ильин Д.Л. проходил военную службу в г. Балтийске Калининградской области, являлся нуждающимся в жилье и в 1999 г. Министерством обороны РФ ему на состав семьи из трех человек по договору социального найма предоставлена квартира в г. Балтийске Калининградской области. В 2000 г. брак между супругами расторгнут и в 2002 г. Ильин Д.Л. переведен на новое место службы в г. Калининград на факультет военного обучения в Ф. на должность <данные изъяты>, однако после перевода на новое место службы в г. Калининград, Ильин Д.Л. в установленном порядке жилье не сдал, оставил членам своей семьи, в связи с чем в марте 2012 г. исключен из единого реестра военнослужащих, нуждающихся в жилых помещениях.

Не согласившись с таким решением, Ильин Д.Л. обжаловал действия ФГУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ в суд. Решением Калининградского гарнизонного военного суда от 14 мая 2012 г. в удовлетворении его требований отказано, однако определением Балтийского флотского военного суда от 10 июля 2012 г. данное решение суда было отменено с возложением обязанности восстановить Ильина Д.Л. на указанном учете. Во исполнение указанного судебного акта 7 ноября 2012 г. ФГУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» принято решение о предоставлении Ильину Д.Л. по договору социального найма квартиры по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м.

Однако 28 ноября 2012 г. президиумом Балтийского флотского военного суда вынесено постановление суда надзорной инстанции, которым кассационное определение Балтийского флотского военного суда от 10 июля 2012 г. отменено. Данным судебным постановлением установлено отсутствие законных оснований для передачи Ильину Л.Д. жилого помещения и для его обеспечения жильем за счет Министерства обороны РФ.

С учетом указанных обстоятельств, судом первой инстанции иск был удовлетворен, с чем согласилась апелляционная инстанция.

На обобщение также поступили дела по спорам о признании за военнослужащими права повторного заселения, понуждении муниципалитета к заключению договора найма служебного жилья.

Пунктом 5 статьи 15 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 67-ФЗ «О статусе военнослужащих» в случае освобождения жилых помещений, занимаемых военнослужащими и совместно проживающими с ними членами их семей, за исключением жилых помещений, находящихся в их собственности, указанные помещения предоставляются другим военнослужащим и членам их семей.

Таким образом, за военнослужащими и членами их семей законом закреплено право на повторное заселение жилых помещений, ранее занимаемых другими военнослужащими и членами их семей и освободившихся за их выездом.

При этом реализация данного права не ставится в зависимость от принадлежности жилых помещений, в частности, к муниципальному жилищному фонду.

Федеральный закон от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ «О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием Федеральных законов «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» и «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» не изменил положения Федерального закона «О статусе военнослужащих», закрепляющего право на повторное заселение.

При проверке наличия неопределенности в вопросе о соответствии Конституции РФ нормы п. 5 ст. 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» Конституционный Суд РФ в Определении от 25 декабря 2003 г. № 453-О пришел к выводу об отсутствии такой неопределенности.

При этом Конституционный Суд РФ отметил, что жилищный фонд социального использования предназначен для удовлетворения потребностей граждан, нуждающихся в жилище. Осуществляя регулирование отношений, связанных с обеспечением функционирования и сохранения целевого назначения объектов жилищного фонда, законодатель, исходя из публичных целей и независимо от принадлежности жилищного фонда к государственной или муниципальной форме собственности, вправе установить специальный порядок их передачи (заселения) той или иной категории граждан, нуждающихся в социальной защите, в том числе военнослужащим.

Возлагая на органы местного самоуправления обязанность по предоставлению освободившихся жилых помещений, ранее занимаемых военнослужащими и совместно проживающими с ними членами их семей, другим военнослужащим и членам их семей, положения пункта 5 статьи 15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» — в целях обеспечения баланса таких конституционно защищаемых ценностей, как самостоятельность местного самоуправления и защита прав военнослужащих, — не исключают участие органов местного самоуправления в распределении таких жилых помещений, что призвано гарантировать правомочия муниципального образования как собственника жилья; при этом самостоятельность местного самоуправления в распоряжении муниципальной собственностью не нарушается.

Таким образом, предоставление военнослужащему жилого помещения из муниципального жилищного фонда в порядке повторного заселения на основании решения уполномоченного органа Министерства обороны РФ является обязанностью администрации муниципального образования, что предполагает заключение с таким военнослужащим договора найма служебного жилого помещения.

В силу приведенных выше требований закона, определяющих специальный порядок предоставления военнослужащим жилых помещений, ранее занимаемых другими военнослужащими, в том числе жилых помещений, находящихся в муниципальной собственности, решение о предоставление военнослужащему такого жилого помещения обязательно для муниципального образования – собственника жилищного фонда.

Представленные на обобщение дела свидетельствуют о том, что приведенные выше требования закона учитывались судами при вынесении решений об удовлетворении требований военнослужащих, которые ставили вопрос о понуждении органа местного самоуправления к заключению с ними договора найма служебного жилого помещения.

Так, при разрешении иска Минакова В.А., являющегося военнослужащим и проходящим военную службу по контракту в войсковой части №, судом установлено, что решением начальника отдела № 5 г. Калининграда ФГУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ от 4 сентября 2012 г. Минакову В. А. и совместно проживающим с ним членам его семьи — супруге и дочери предоставлено служебное жилое помещение в виде отдельной двухкомнатной квартиры по адресу: <адрес>. Данное жилое помещение предоставлено Минакову В.А. и членам его семьи в связи с реализацией права на повторное заселение жилого помещения, ранее занимаемого другим военнослужащим — Т. и членами его семьи и освободившегося в связи с их выездом, в связи с чем Минаковым В.А. было подписано обязательство от 3 сентября 2012 г. об освобождении занимаемой площади в казарме в/ч № (<адрес>). Справкой ТСЖ «У.» подтверждено, что квартира № в доме № по <адрес>, в которой ранее проживала семья военнослужащего Т., свободна под заселение. Квартира включена в реестр муниципального имущества и является муниципальной собственностью.

С учетом положений статей 100 и 104 ЖК РФ, предусматривающих в качестве оснований возникновения правоотношений по найму служебного жилого помещения заключение договора найма служебного жилья, учитывая законность предоставления военным ведомством семье истца такого жилья на условиях договора найма служебного жилого помещения, суд пришел к верному выводу, что именно на собственнике названного имущества – администрации ГО «Город Калининград» лежит обязанность по заключению с семьей военнослужащего Минакова В.А. договора найма служебного жилья.

Разрешая аналогичный иск военнослужащего Путилова А.М., суд пришел к выводу о возложении на администрацию МО «Переславское сельское поселение» обязанности заключения договора найма служебного жилого помещения.

Давая оценку доводам муниципального образования о том, что спорная квартира является муниципальной собственностью и в этой связи администрация МО вправе распорядиться ею, в том числе путем предоставления ее по договору социального найма лицам, состоящим в очереди нуждающихся, суд верно счел их несостоятельными.

Согласно Распоряжению Правительства РФ от 2 июня 2001 г. № 764-р «О передаче в муниципальную собственность объектов коммунально-бытового назначения» на Минобороны России по согласованию с Минфином России возложена обязанность по обеспечению возмещения затрат на функционирование объектов, передаваемых по смете на текущее содержание Минобороны России.

Из акта приемки-передачи, подписанного между командующим Балтийским флотом и главой администрации МО «Зеленоградский район» следует, что в муниципальную собственность администрации МО «Зеленоградский район» был передан жилой городок № в пос. Колосовка Согласно карточке учета № – жилая площадь: квартира № дома № по <адрес> закреплена за Колосовским гарнизоном (войсковой частью № ).

Таким образом, несмотря на передачу данной квартиры в собственность администрации МО «Переславское сельское поселение», у территориальных органов Министерства обороны РФ сохранилось право распоряжения ею. Кроме того, на указанных органах лежит обязанность по обеспечению возмещения затрат на функционирование данного объекта.

В этой связи оснований для представления спорной квартиры в порядке очередности С. у администрации МО «Переславское сельское поселение» не имелось, договор социального найма на эту квартиру заключен быть не может, тогда как предоставление спорной квартиры военнослужащему Путилову А.М. для проживания в порядке повторного заселения этого жилья, ранее занимаемого другим военнослужащим и членами его семьи и освободившегося за их выездом, является правомерным и не нарушает прав муниципального образования как собственника этого жилого помещения.

Из материалов представленных на обобщение гражданских дел следует, что в случае предоставления указанных жилых помещений органом местного самоуправления лицам, состоящим на учете нуждающихся, в порядке очередности при доказанности факта вселения этих лиц в жилье, судом удовлетворялись требования военнослужащих либо Военного прокурора Калининградского гарнизона, предъявленные в их интересах, о выселении указанных лиц из жилых помещений с одновременным признанием за военнослужащими права пользования жильем на условиях договора найма служебного жилого помещения.

Рассмотрение дел, связанных с осуществлением

сотрудниками правоохранительных органов права на жилище

Дел по требованиям сотрудников правоохранительных органов, связанных с реализацией права на жилище, на обобщение поступило существенно меньше, чем по искам военнослужащих – всего 21 дело.

Из них наибольшее число дел рассмотрено по требованиям сотрудников полиции – 14 дел. Кроме того, по 6 делам иски предъявлялись сотрудниками УФСИН России по Калининградской области, еще по 1 делу – сотрудником МЧС.

Порядок обеспечения жильем сотрудников внутренних дел (сотрудников полиции) регулируется следующими законодательными актами.

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел, регулируются положениями Федерального закона от 30 ноября 2011 г. № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В соответствии с п. 19 ч. 1 ст. 11 указанного Федерального закона сотрудник органов внутренних дел имеет право на обеспечение жилым помещением его и членов его семьи в порядке и на условиях, которые определяются законодательством Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 44 Федерального закона от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции», введенного в действие с 1 января 2012 г., обеспечение сотрудника полиции жилым помещением осуществляется за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета посредством предоставления ему служебного жилого помещения или жилого помещения в собственность либо единовременной социальной выплаты на его приобретение в порядке и на условиях, предусмотренных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Отношения, связанные с денежным довольствием и пенсионным обеспечением сотрудников органов внутренних дел РФ (далее — сотрудники), обеспечением жилыми помещениями, медицинским обеспечением сотрудников, граждан РФ, уволенных со службы в органах внутренних дел, членов их семей и лиц, находящихся (находившихся) на их иждивении, а также с предоставлением им иных социальных гарантий регулируются нормами Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Названным законом предусмотрено несколько способов решения жилищной проблемы сотрудника.

Так, статьей 4 этого Закона предусмотрено, что сотрудник, имеющий стаж службы в органах внутренних дел не менее 10 лет в календарном исчислении, имеет право на единовременную социальную выплату (ЕСВ) для приобретения или строительства жилого помещения один раз за весь период государственной службы, в том числе службы в органах внутренних дел.

Сотруднику, имеющему право на единовременную социальную выплату в соответствии с частью 2 статьи 4 этого же Федерального закона, по решению руководителя федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, руководителя иного федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, жилое помещение, приобретенное (построенное) за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, может быть предоставлено в собственность (ст.5 Закона 19 июля 2011 года № 247-ФЗ).

Сотрудникам, гражданам РФ, уволенным со службы в органах внутренних дел, принятым на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, иным федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, до 1 марта 2005 года, и совместно проживающим с ними членам их семей указанным федеральным органом предоставляются жилые помещения жилищного фонда Российской Федерации по договору социального найма с последующей передачей этих помещений в муниципальную собственность (ст.6 Закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ).

Частью 2 статьи 6 предусмотрено, что сотрудникам, гражданам РФ, указанным в части 1 настоящей статьи, т.е. принятым на учет до 1 марта 2005 г., по их желанию может быть предоставлена единовременная социальная выплата.

Таким образом, в силу приведенных выше требований закона правом на ЕСВ среди прочих установленных законом условий обладает действующий сотрудник, имеющий стаж службы в органах внутренних дел не менее 10 лет в календарном исчислении, тогда как право на получение ЕСВ сотрудника, уволенного со службы в органах внутренних дел, возникает только в том случае, если он был принят на учет нуждающихся до 1 марта 2005 г.

Вводя новый порядок обеспечения сотрудников органов внутренних дел РФ жилыми помещениями — в виде предоставления им единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения, федеральный законодатель предусмотрел распространение данной льготы и на граждан РФ, уволенных со службы в органах внутренних дел, которые до вступления в силу Жилищного кодекса РФ (т.е. до 1 марта 2005 г.) были приняты на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, иным федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники (статья 6 Федерального закона «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

Несоблюдение условия для сотрудника, уволенного со службы, о принятии на учет нуждающихся до 1 марта 2005 г., является препятствием к возникновению права на получение ЕСВ.

Так, отказывая Бузницкому А.А. в иске о признании права на получение единовременной социальной выплаты на приобретение жилья, суд исходил из того, у истца такое право не возникло.

Из материалов дела следует, что истец проходил службу с 12 августа 1995 г. в МВД России, в МОВО при ОВД по Гвардейскому району и уволен из органов внутренних дел приказом 6 октября 2011 г. (календарная выслуга на момент увольнения составляет 21 год 6 месяцев 11 дней). В период прохождения службы Бузницкий А.А. на учете нуждающихся в жилых помещениях по месту прохождения службы не состоял; до 1 марта 2005 г. с соответствующим заявлением о постановке на учет не обращался.

19 августа 2011 г. до увольнения со службы Бузницкий А.А. обратился с заявлением в УВД по Калининградской области о рассмотрении вопроса о предоставлении ему жилого помещения либо о постановке на учет в качестве имеющего право на получение единовременной социальной выплаты.

Отказывая в иске, суд исходил из того, что в связи с увольнением Бузницкого А.А. до вступления в законную силу Федерального закона «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел», действие положений указанного закона на истца не распространяется; кроме того, отсутствует необходимое для этого условие — Бузницкий А.А. не был принят на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, иным федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, до 1 марта 2005 г.

С таким решением согласилась апелляционная инстанция.

При разрешении требований Королек И.А., оспаривающего отказ в постановке на учет для получения ЕСВ, судом было установлено, что с января 1994 г. Королек И.А. проходил службу в Управлении Департамента налоговой полиции РФ по Калининградской области, где с сентября 1998 г. включен в список очередников сотрудников УФСНП России по Калининградской области, нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Приказом ФСНП России от 3 июня 2003 г. Королек И.А. исключен из списков сотрудников федеральных органов налоговой полиции по п. «е» ст. 45 — по сокращению штатов. 1 июля 2003 г. Королек И.А. назначен на должность <данные изъяты> Багратионовского межрайонного отделения оперативно-розыскной части по налоговым преступлениям, подведомственной УВД по Калининградской области, а 26 ноября 2006 г. — уволен из органов внутренних дел по п. «в» ч. 7 ст. 19 – выслуге срока службы, дающего право на пенсию. Выслуга лет на день увольнения в календарном исчислении составила 16 лет 10 месяцев.

Обращение в суд с иском о признании права на ЕСВ истец мотивировал наличием у него права на получение единовременной социальной выплаты на приобретение или строительство жилья в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ, поскольку ни во время службы, ни после увольнения жильем не был обеспечен, при этом имеет достаточную для того выслугу.

Однако доводы истца признаны судебными инстанциями основанными на ошибочном толковании норм материального права, поскольку в силу ст.6 Закона право для уволенных со службы в органах внутренних дел граждан на получение единовременной социальной выплаты связано, помимо прочего, с постановкой на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях по месту службы до 1 марта 2005 г.

Вместе с тем, как установлено по делу, при переходе на службу в органы внутренних дел, истец в жилищно-бытовую комиссию по новому месту работы с заявлением о принятии его на учет, в том числе с момента первоначальной постановки — 10.09.1998 г., не обращался.

Давая оценку доводам истца о том, что на такой учет он должен был быть поставлен автоматически, суд указал, что организационные вопросы постановки на учет сотрудников, уволенных в порядке исполнения Указа Президента РФ № 306, которым 1 июля 2003 г. упразднена Федеральная служба налоговой полиции РФ, подлежали регулированию, на момент увольнения истца из налоговой полиции, в соответствии с Положением о деятельности органов внутренних дел РФ по учету лиц, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и распределению жилой площади, утвержденным приказом МВД РФ от 24.05.2003 года № 345.

Согласно п.2 данного Положения постановка на учет сотрудников органов внутренних дел и предоставление им жилых помещений по месту расположения соответствующих органов внутренних дел осуществляется в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, актами органов местного самоуправления, нормативными правовыми актами МВД России и настоящим Приказом.

Действовавшим в 2003 г. законодательством был предусмотрен заявительный порядок постановки на учет гражданина, нуждающегося в улучшении жилищных условий, в случаях перевода на другое место работы.

Так, ст. ст. 30, 41 ЖК РСФСР, п. 12 Примерных правил Порядка учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в РСФСР, а также п.13,23 Порядка учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, и предоставления жилых помещений в Калининградской области, утвержденного постановлением Калининградской областной Думы от 11.09.1997 г. № 64, была предусмотрена необходимость подачи заявления гражданином в соответствующий орган, ведущий учет нуждающихся в улучшении жилищных условий, не только первоначально, но и в случаях перевода на другое место работы.

Поскольку истцом данный заявительный порядок не был соблюден, указанная очередность им была утрачена. В связи с этим он не относится к категории лиц, указанных в ст. 6 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ.

И наоборот, при разрешении иска Кравченко В.М. судом признан незаконным отказ в принятии его на учет для получения единовременной социальной выплаты, на УМВД России по Калининградской области возложена обязанность принять Кравченко В.М. с составом семьи 2 человека на учет для получения единовременной социальной выплаты.

При этом судом установлено, что Кравченко В.М. проходил службу в органах внутренних дел в МО МВД РФ «Светловский» с 4 августа 1992 г., уволен 11 апреля 2011 г. по состоянию здоровья с правом на пенсию. Из поквартирной карты жилого помещения видно, что Кравченко В.М. с сыном зарегистрирован по месту жительства в г. Светлый, в квартире, общей площадью <данные изъяты> кв.м и является нуждающимся. С 1992 г. истец состоит на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий в МО «Светловский городской округ» с 25 июня 1992 г. в общей очереди и в списке сотрудников ОВД.

Решением ЖБК УМВД России по Калининградской области от 27 марта 2013 г. истцу отказано в постановке на учет на получение единовременной социальной выплаты в связи с тем, что истцом не представлен документ, подтверждающий принятие Кравченко В.М. на учет в качестве нуждающегося в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел до 1 марта 2005 г., а именно: соответствующее решение жилищно-бытовой комиссии органа внутренних дел, где проходил службу истец.

Удовлетворяя иск, суд указал, что предусмотренные законом условия для получения истцом единовременной выплаты на приобретение или строительство жилья соблюдены, в связи с чем законных оснований для отказа ему в постановке на соответствующий учет не имелось.

В силу п.16 Правил предоставления единовременной социальной выплаты отказ в принятии сотрудника на учет для получения единовременной выплаты допускается в случае, если представленные документы и сведения, полученные по результатам проведенной комиссией проверки, не подтверждают наличие условий, необходимых для принятия сотрудника на такой учет.

Таким образом, отказано в принятии на учет для получения социальной выплаты может быть в том случае, если имеющиеся документы и сведения свидетельствуют об отсутствии условий для принятия на такой учет.

Применительно к данной правовой ситуации истцу могло быть отказано в случае подтверждения того факта, что он в период службы не принимался на учет нуждающихся в жилом помещении по месту службы. Однако материалы дела свидетельствуют об обратном – в 1992 г. Кравченко В.М. принят на учет нуждающихся в жилом помещении и поставлен в общую очередь для получения жилой площади под №, в льготную очередь сотрудников ОВД под № и ежегодно проходил перерегистрацию.

Удовлетворяя требования Дячека В.Н., оспаривающего решение ЖБК ФГКУ «УВО УМВД России по Калининградской области», утверждённое распоряжением ФГКУ «УВО УМВД России по Калининградской области» об отказе в принятии на учёт для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения и возлагая обязанность принять на такой учет, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что истец обладает правом на получение ЕДВ, им соблюдены условия обращения за такой выплатой, в связи с чем он не может быть лишен права на ее получение.

При разрешении спора судом установлено, что истец проходил службу в органах внутренних дел РФ и 26 июля 2012 г. уволен из органов внутренних дел с 31 июля 2012 г., на момент увольнения его выслуга лет в календарном исчислении составила 29 лет 7 месяцев 7 дней. До увольнения со службы, 29 июня 2012 г. Дячек В.Н., нуждающийся в жилье, обратился с заявлением о рассмотрении вопроса о принятии его на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения и сдал его с другими необходимыми документами в комиссию УМВД России по Калининградской области. Однако в установленный п. 15 Правил срок УМВД России по Калининградской области не было принято решение о принятии либо об отказе в принятии Дячека В.Н. на учёт для получения единовременной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения, а впоследствии — протоколом от 15 мая 2013 г. истцу отказано в принятии на учёт для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения в связи с тем, что он не был принят на учёт во время прохождения им службы.

Признавая незаконным указанное решение, суд исходил из того, что на момент подачи заявления истец являлся действующим сотрудником внутренних дел, имел стаж работы более 10 лет и нуждался в улучшении жилищных условий, что не оспаривалось представителем ответчика.

Все поступившие дела свидетельствуют о наличии споров как действующих, так и уволенных со службы сотрудников, связанных с возникновением у сотрудников права на единовременную социальную выплату (ЕСВ).

В этой связи судебная коллегия обращает внимание на следующие аспекты.

В силу ч. 1 ст.4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ правом на единовременную социальную выплату обладает сотрудник, имеющий стаж службы в органах внутренних дел не менее 10 лет в календарном исчислении, которая предоставляется 1 раз за весь период службы.

Частью 2 статьи 4 данного Федерального закона предусмотрены условия предоставления такой выплаты.

Единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику в пределах бюджетных ассигнований, при условии, что сотрудник:

1) не является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения;

2) является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения и обеспечен общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее 15 квадратных метров;

3) проживает в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям, независимо от размеров занимаемого жилого помещения;

4) является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения, если в составе семьи имеется больной, страдающий тяжелой формой хронического заболевания, при которой совместное проживание с ним в одной квартире невозможно, и не имеет иного жилого помещения, занимаемого по договору социального найма либо принадлежащего на праве собственности. Перечень соответствующих заболеваний устанавливается уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти;

5) проживает в коммунальной квартире независимо от размеров занимаемого жилого помещения;

6) проживает в общежитии;

7) проживает в смежной неизолированной комнате либо в однокомнатной квартире в составе двух семей и более независимо от размеров занимаемого жилого помещения, в том числе если в состав семьи входят родители и постоянно проживающие с сотрудником и зарегистрированные по его месту жительства совершеннолетние дети, состоящие в браке.

Таким образом, нормой, при которой сотрудник может быть признан нуждающимся и при наличии иных условий получить право на ЕСВ, является обеспеченность сотрудника и членов его семьи жильем менее 15 кв.м на одного человека, что более устанавливаемой органом местного самоуправления учетной нормы.

Согласно части 4 статьи 4 указанного Федерального закона единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику с учетом совместно проживающих с ним членов его семьи.

Круг членов семьи сотрудника и лица, уволенного со службы в органах внутренних дел, а также лиц, находящихся (находившихся) на их иждивении, на которых распространяется действие настоящего Федерального закона, в том числе, и распространяется право на определен частью 2 статьи 1 Закона.

Членами семьи считаются:

1) супруга (супруг), состоящие в зарегистрированном браке с сотрудником;

2) супруга (супруг), состоявшие в зарегистрированном браке с погибшим (умершим) сотрудником на день его гибели (смерти);

3) несовершеннолетние дети,

дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет,

дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения;

4) лица, находящиеся (находившиеся) на полном содержании сотрудника (гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в органах внутренних дел) или получающие (получавшие) от него помощь, которая является (являлась) для них постоянным и основным источником средств к существованию, а также иные лица, признанные иждивенцами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Право на единовременную социальную выплату возникает у действующего сотрудника и сохраняется за гражданами Российской Федерации, уволенными со службы в органах внутренних дел с правом на пенсию и принятыми в период прохождения службы на учет в качестве имеющих право на получение единовременной социальной выплаты (часть 6 статьи 4).

Частью 5 статьи 4 предусмотрено, что правила предоставления единовременной социальной выплаты, порядок расчета ее размера и порядок исчисления стажа службы в органах внутренних дел для предоставления единовременной социальной выплаты определяются Правительством РФ.

Постановлением Правительства РФ от 30 декабря 2011 г. N 1223 утверждены Правила предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел РФ, которыми установлен порядок и условия предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения (далее — единовременная выплата) сотрудникам органов внутренних дел РФ, членам их семей, а также родителям сотрудников, погибших, умерших вследствие увечья или иного повреждения здоровья, полученных в связи с выполнением служебных обязанностей, либо вследствие заболевания, полученного в период прохождения службы в органах внутренних дел.

В силу п. 5 Правил принятие сотрудника на учет для получения единовременной выплаты осуществляется на основании заявления сотрудника в котором указывается, что по прежним местам службы единовременная выплата не предоставлялась.

К заявлению прилагаются следующие документы:

а) копия финансового лицевого счета, справка о проверке жилищных условий, выписка из домовой книги или единый жилищный документ за последние 5 лет до подачи заявления с мест жительства сотрудника и членов его семьи (в случае, если по независящим от сотрудника обстоятельствам документы не могут быть получены, представляются документы, подтверждающие невозможность их получения);

б) копии паспорта сотрудника и паспортов членов его семьи;

в) копия свидетельства о заключении (расторжении) брака — при состоянии в браке (расторжении брака);

г) копия (копии) свидетельства о рождении ребенка (детей) сотрудника;

д) справка о стаже службы сотрудника в органах внутренних дел в календарном исчислении;

е) копии документов, подтверждающих наличие либо отсутствие в собственности сотрудника и (или) членов его семьи жилых помещений, помимо жилого помещения, в котором они зарегистрированы;

ж) копия документа, подтверждающего право на дополнительную площадь жилого помещения (в случае, если такое право предусмотрено законодательством Российской Федерации).

В силу пункта 8 при наличии у сотрудника и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной площади всех жилых помещений.

Установлены Правилами и обстоятельства, которые следует отнести к намеренному ухудшению жилищных условий, что влечет возможность принятия на учет для получения единовременной выплаты не ранее чем через 5 лет: а) обмен жилыми помещениями; б) невыполнение условий договора о пользовании жилым помещением, повлекшее выселение в судебном порядке; в) вселение в жилое помещение иных лиц (за исключением вселения супруга (супруги), несовершеннолетних детей и временных жильцов); г) выделение доли собственниками жилых помещений; д) отчуждение жилого помещения или частей жилого помещения, имеющихся в собственности сотрудника и совместно с ним проживающих членов его семьи (п. 9).

Образованной в соответствии с п.10 Правил комиссией по предоставлению единовременной выплаты сотрудникам разрешается заявление сотрудника и принимается решение о принятии (об отказе в принятии) сотрудника на учет для получения единовременной выплаты принимается комиссией( п.п.10, 14, 15).

Согласно п.16 отказ в принятии сотрудника на учет для получения единовременной выплаты допускается в случае, если представленные документы и сведения, полученные по результатам проведенной комиссией проверки, не подтверждают наличие условий, необходимых для принятия сотрудника на такой учет.

Предусмотрены Правилами и условия снятия сотрудника с учета, который снимается с учета для получения единовременной выплаты, в случае изменения (улучшения) жилищных условий, в результате которого утрачиваются основания получения единовременной выплаты (б), в случае реализации сотрудником права на получение единовременной выплаты (в) и в случае выявления сведений, не соответствующих сведениям, указанным в заявлении и представленных документах, послуживших основанием для принятия сотрудника на учет для получения единовременной выплаты (если данные сведения свидетельствуют об отсутствии у сотрудника права на принятие на такой учет) – п.19 Правил.

В судебной практике в обобщаемый период имелись споры, связанные с определением уровня нуждаемости сотрудника, и, как следствие, возможности признания его нуждающимся и признании права на получение единовременной социальной выплаты.

Так, обращаясь в суд, Строгая Н.В., проходящая службу в органах внутренних дел, стаж которой составляет 11 дет, указывала, что решением центральной жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Калининградской области от 5 декабря 2012 г. ей отказано в принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения с составом семьи один человек в связи с тем, что она обеспечена общей площадью жилого помещения более 15 кв.м.

Отказывая в иске, суд исходил из отсутствия правовых оснований для признания указанного выше решения центральной жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Калининградской области незаконным.

Из материалов дела следует, что Строгая Н.В. постоянно с 26 апреля 1995 г. зарегистрирована в четырехкомнатной квартире № дома № по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, принадлежащей ее отцу О. В данном жилом помещении также зарегистрированы и проживают собственник О. (отец истицы), сестра истицы – Р., брат – П.

С учетом размера общей площади жилого помещения, принадлежащего отцу истицы, количества членов семьи, имеющих право пользования данным жилым помещением, суд обоснованно пришел к выводу о том, что на долю истицы приходится <данные изъяты> кв.м общей площади жилого помещения, что значительно превышает учетную норму площади жилого помещения на одного члена семьи, установленную п. 2 ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 19 июля 2011 г. N 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации».

Таким образом, у центральной жилищно-бытовой комиссии УМВД России по Калининградской области имелись основания для отказа в принятии Строгой Н.В. на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения.

Давая оценку доводам истицы о том, что она не является членом семьи собственника жилого помещения по адресу: <адрес>, так как совместно с ним не проживает длительное время, выехав из данного жилого помещения в 2008 г., она отказалась от права пользования данным жилым помещением, суд указал, что Строгая Н.В. и собственник данного жилого помещения ее отец О. были вселены в жилое помещение как члены одной семьи, истица зарегистрирована в данном жилом помещении как член семьи собственника (дочь) с 26 апреля 1995 г. С учета она не снималась и у нее имеется право пользования жильем.

Более того, наличие родственных (семейных) отношений между ними презюмируется, а обратное подлежит доказыванию. Однако доказательств о том, что истица перестала быть членом семьи собственника жилого помещения, утратила право пользования данным жилым помещением, ею суду представлено не было.

Удовлетворяя требования Мисяченко Д.П., оспаривавшего решение центральной ЖБК об отказе в принятии на учет для получения ЕСВ, и признавая за ним право на получение единовременной социальной выплаты, суд пришел к выводу, что истец, являющийся действующим сотрудником и имеющий выслугу более 10 лет, а также члены его семьи имеют обеспеченность жилой площадью менее учетной нормы площади жилого помещения на одного члена семьи (менее 15 кв.м), установленную пунктом 2 части 2 статьи 4 Федерального закона от 19 июля 2011 года N 247-ФЗ.

Из материалов дела следует, что на момент обращения за единовременной социальной выплатой состав членов семьи истца составлял 3 человека, включая супругу и дочь. Истец с 2003 г. зарегистрирован в квартире по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, до этого времени имел регистрацию в трехкомнатной квартире по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, в которой в настоящее время зарегистрированы его супруга и дочь, а также зарегистрированы мать истца, его сестра и племянник (всего 5 человек).

В этой связи, посчитав, что на каждого проживающего в квартире по <адрес> приходится по <данные изъяты> кв.м (<данные изъяты> : 5), т.е. на супругу и дочь – <данные изъяты> кв.м, приняв во внимание площадь квартиры по <адрес> – <данные изъяты> кв.м, жилищно-бытовая комиссия указала, что суммарная площадь занимаемого жилья составляет <данные изъяты> кв.м (<данные изъяты> кв.м + <данные изъяты> кв.м), что свидетельствует об обеспеченности каждого из членов семьи истца по <данные изъяты> кв.м.

Удовлетворяя иск, суд признал, что у истца отсутствует законное право пользования жильем по <адрес>, в связи с чем оно не подлежит учету при определении нуждаемости. В указанную квартиру Мисяченко Д.П. был вселен и зарегистрирован в качестве опекуна Н., признанного в установленном законом порядке недееспособным и находящимся на лечении в <данные изъяты> больнице. Несмотря на то, что между администрацией и истцом заключался договор на временное вселение и проживание в этом жилье, самостоятельного права пользования жильем истец не приобрел. Более того, в удовлетворении его иска о признании права на квартиру было отказано и согласно пояснениям представителя администрации ГО «Город Калининград», в настоящее время готовится иск о выселении Мисяченко Д.П. из этой квартиры. При таком положении, учитывая, что ранее Мисяченко Д.П. был зарегистрирован в квартире по <адрес>, где в настоящее время зарегистрированы и проживают его супруга и дочь, суд указал, что обеспеченность семьи истца жильем составляет менее учетной нормы.

Что же касается второго основания отказа в принятии на учет со ссылками на то, что не доказан факт совместного проживания истца и членов его семьи, имеющих регистрацию по разным адресам, то в ходе рассмотрения дела судом установлено, что семья проживает совместно, что подтвердили как сам Мисяченко П.Д., так и его супруга, а также допрошенные судом свидетели.

Между тем, в силу Закона то обстоятельство, что истец и члены его семьи (супруга и дочь) зарегистрированы в разных жилых помещениях, не является доказательством того, что они не могут быть признаны членами его семьи в целях, предусмотренных Федеральным законом от 19.07.2011 г. № 247-ФЗ, поскольку ч. 2 ст. 1 данного Федерального закона данные лица — супруга и несовершеннолетние дети включены в круг членов семьи сотрудника полиции для названных целей.

Применительно к рассмотренному делу следует учитывать и правило, предусмотренное п.29 Правил предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации, согласно которому в случае если сотрудник имеет жилые помещения, принадлежащие ему и (или) членам его семьи на праве собственности и (или) занимаемые им и (или) членами его семьи по договору социального найма, для расчета размера единовременной выплаты размер общей площади жилого помещения рассчитывается как разница между нормой предоставления общей площади жилого помещения и общей площадью указанных жилых помещений.

При разрешении иска Чмыга Н.В. к УМВД России по Калининградской области о признании незаконным решения об отказе в принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты, признании права на получение социальной выплаты и принятии на учет для получения единовременной выплаты, судом установлено, что истец проходил службу в органах внутренних дел с 15 марта 1995 г. 30 сентября 2013 г Чмыга Н.В. уволен со службы по выслуге лет, дающей право на пенсию, с выслугой лет в календарном исчислении в МВД РФ 18 лет 06 мес. 15 дней.

17 сентября 2013 г, т.е. до увольнения со службы, Чмыга Н.В. обратился в ЦЖБК УМВД России по Калининградской области с заявлением о принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения на состав семьи 5 человек: заявитель, супруга М. и трое несовершеннолетних детей.

17 октября 2014 г. решением ЦЖБК УМВД России по Калининградской области Чмыга Н.В. отказано в принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения на указанный состав семьи, по тому основанию, что истец по месту постоянного жительства обеспечен общей площадью жилого помещения более учетной нормы в 15 кв.м. При этом комиссией принято во внимание, что Чмыга Н.В. зарегистрирован в квартире № дома № по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, принадлежащей на праве собственности его отцу Л. и матери К., в которой также проживает его сестра И.

Супруга и дети заявителя зарегистрированы и проживают в муниципальной квартире по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, нанимателем которой является ее отец З., где также зарегистрирована сестра супруги — Ж.

Иных жилых помещений Чмыга Н.В., его супруга и дети не имеют.

В этой связи обеспеченность Чмыги Н.В. общей площадью жилого помещения была исчислена комиссией исходя из площади квартиры, в которой он зарегистрирован, без учета остальных членов его семьи, поскольку не предоставлены документы, подтверждающие его совместное проживание с женой и детьми.

С законностью такого решения ЖБК согласился суд первой инстанции, признав обоснованным примененный ответчиком порядок исчисления обеспеченности жилой площадью истца, претендующего на такую выплату.

Отменяя решение и признавая незаконным отказ в постановке Чмыга Н.В. на учет для получения ЕСВ, суд апелляционной инстанции исходил из того, что в силу части 4 статьи 4 единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику с учетом совместно проживающих с ним членов его семьи, к которым согласно части 2 статьи 1 Федерального закона от 19.07.2011 года № 247-ФЗ отнесены супруг (супруг), состоящие (состоявшие) в зарегистрированном браке с сотрудником; несовершеннолетние дети.

Судом установлено, что Чмыга В.Н., одновременно с заявлением от 17 сентября 2013 г. о принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты, представил в ЦЖБК УМВД России по Калининградской области документы, перечисленные в п. 5 Правил, в том числе: свидетельства о заключении брака, рождении детей; поквартирные карточки и копии лицевых счетов с места регистрации его и членов семьи; копии документов, подтверждающих отсутствие в собственности истца и членов его семьи жилых помещений.

Порядок определения нуждаемости претендента на получение единовременной выплаты содержится в пункте 8 Правил, предусматривающем, что при наличии у сотрудника и (или) проживающих совместно с ним членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной площади всех жилых помещений.

Давая оценку возражениям представителя ответчика о том, что супруга и дети зарегистрированы в разных жилых помещениях, судебная коллегия указала, что данное обстоятельство не является доказательством того, что супруга и дети истца не могут быть признаны членами его семьи в целях, предусмотренных Федеральным законом от 19.07.2011 г. № 247-ФЗ, поскольку частью 2 ст.1 данного Федерального закона данные лица включены в круг членов семьи сотрудника полиции для названных целей.

В этой связи обеспеченность жилым помещением сотрудника органов внутренних дел подлежит исследованию в силу прямого указания в ч.1 ст. 1 и ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 19.07.2011 г. № 247-ФЗ при постановке в соответствующую очередь, с учетом обеспеченности жильем не только истца, но и членов его семьи – супруги и детей.

Установив, что на истца, зарегистрированного в квартире, принадлежащей на праве собственности его родителям, общей площадью <данные изъяты> кв.м, с учетом проживающих там 4-х лиц, приходится <данные изъяты> кв.м, а на супругу и детей, зарегистрированных в муниципальной квартире общей площадью <данные изъяты> кв.м, в числе 6-ти зарегистрированных в квартире лиц, приходится по <данные изъяты> кв.м, то суммарная обеспеченность семьи истца составляет <данные изъяты> кв.м ((<данные изъяты> кв.м х 4) +<данные изъяты> кв. м), а уровень обеспеченности общей площадью жилого помещения каждого члена семьи составляет <данные изъяты> кв.м, что не превышает установленный п. 2 ч. 2 ст. 4 Федерального закона от 19 июля 2011 года № 247-ФЗ уровень обеспеченности общей площадью жилого помещения на одного члена семьи в 15 кв.м, являющийся одним из условий предоставления единовременной социальной выплаты.

В обобщаемый период времени судами области рассмотрено несколько дел с аналогичной правовой ситуацией, в которых действующие сотрудники оспаривали отказ в принятии их на учет для получения единовременной социальной выплаты, выражая несогласие с подходом ЖБК при определении их нуждаемости и учете имеющихся у сотрудников в собственности строений без права регистрации, расположенных на садовых земельных участках.

Судом такие требования сотрудников признавались обоснованными, с чем соглашалась апелляционная инстанция.

Так, при разрешении иска Тураева А.С., оспаривавшего отказ ЖБК УМВД России по Калининградской области в принятии на учет для получения единовременной социальной выплаты, судом установлено, что истец является действующим сотрудником, имеет выслугу более 10 лет. При определении нуждаемости Тураева А.С. и членов его семьи в обеспечении жилыми помещениями ЖБК принято во внимание наличие у истца на праве собственности жилого строения без права регистрации проживания, расположенного на садовом земельном участке по адресу: <адрес>.

Учет данного жилого строения не соответствует положениям Федерального закона № 247-ФЗ от 19.07.2011 г., в котором прямо указано, что при рассмотрении заявления сотрудника органа внутренних дел следует учитывать наличие у него или у членов его семьи в собственности жилого помещения, то есть изолированного помещения, которое является недвижимым имуществом и пригодно для постоянного проживания граждан (отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства) – ч. 2 ст. 15 ЖК РФ.

К жилым помещениям относятся: 1) жилой дом, часть жилого дома; 2) квартира, часть квартиры; 3) комната (ст. 16 ЖК РФ).

Однако суду не было представлено допустимых доказательств, подтверждающих, что жилое строение, находящееся в собственности у истца, в соответствии с «Положением о признании помещения жилым помещением, жилого помещения непригодным для проживания и многоквартирного дома аварийным и подлежащим сносу или реконструкции», утвержденным Постановлением Правительства РФ от 28.01.2006 № 47, признано жилым помещением, пригодным для постоянного проживания, то есть отвечает установленным санитарным и техническим правилам и нормам, иным требованиям законодательства.

Напротив, согласно представленному истцом техническому заключению ООО «Е.», составленному специалистом по результатам обследования строения, указанное строение непригодно для круглогодичного проживания и не может эксплуатироваться как одноквартирный жилой дом.

Принимая во внимание, что без учета данного жилого строения, расположенного на садовом земельном участке, уровень обеспеченности общей площадью жилого помещения на одного члена семьи составляет менее 15 кв.м, поскольку из материалов дела следует, что Тураев А.С. и члены его семьи собственниками жилых помещений не являются, истец зарегистрирован в квартире № дома № по <адрес> общей площадью <данные изъяты> кв.м и помимо него в квартире зарегистрированы еще два человека – мать и брат (<данные изъяты> кв.м : 3 чел. = <данные изъяты> кв.м), а супруга истца, его дочь и сын зарегистрированы в квартире <адрес> дома № по <адрес> общей площадью <данные изъяты> кв.м, где также зарегистрированы мать и отец супруги — всего 5 человек (<данные изъяты> кв.м:5 чел. = <данные изъяты> кв.м), в связи с чем обеспеченность семьи сотрудника жильем составляет <данные изъяты> кв.м и с учетом состава семьи – 4 человека на каждого приходится по <данные изъяты> кв.м, что менее учетной нормы, установленной Федеральным законом от 19 июля 2011 г. № 247-ФЗ.

Таким образом, законных оснований к отказу в постановке истца и членов его семьи на учет для получения единовременной социальной выплаты на приобретение или строительство жилого помещения, не имелось.

При разрешении указанной категории дел судебная коллегия полагает необходимым обратить внимание на то, что в соответствии с ч.2 ст.1 Федерального закона от 19.07.2011 № 247 «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (в редакции ФЗ 185-ФЗ от 02.07.2013 г.) членами семьи сотрудника и гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в органах внутренних дел, и лицами, находящимися (находившимися) на их иждивении, на которых распространяется действие настоящего Федерального закона, считаются супруга (супруг), состоящие (состоявшие) в зарегистрированном браке с сотрудником; несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения; лица, находящиеся (находившиеся) на полном содержании сотрудника (гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в органах внутренних дел) или получающие (получавшие) от него помощь, которая является (являлась) для них постоянным и основным источником средств к существованию, а также иные лица, признанные иждивенцами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Таким образом, для целей настоящего федерального закона установлен специальный критерий отнесения того или иного лица к членам семьи сотрудника органа внутренних дел, отличный от принципов признания граждан членами семьи нанимателя по смыслу Жилищного кодекса РФ.

С учетом изложенного для разрешения вопроса о праве сотрудника органа внутренних дел состоять на учете, в том числе и для получения единовременной социальной выплаты, а равно и определения его нуждаемости с учетом членов семьи такого сотрудника, применяются специальные нормы названного закона (в редакции, действовавшей до 16 ноября 2014 г.).

Статьей 6 указанного закона в редакции, действующей до внесения изменений Федеральным законом от 4 ноября 2014 г. N 342-ФЗ, было предусмотрено, что действующим сотрудникам и уволенным со службы в органах внутренних дел и принятым на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях соответствующим территориальным органом федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, иным федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, до 1 марта 2005 г., и совместно проживающим с ними членам их семей указанным федеральным органом предоставляются жилые помещения жилищного фонда Российской Федерации по договору социального найма с последующей передачей этих помещений в муниципальную собственность. В силу части 2 статьи 6 сотрудникам, в том числе уволенным со службы, по их желанию может быть предоставлена единовременная социальная выплата.

Из приведенной выше нормы закона следовало, что применительно к этой редакции состав членов семьи сотрудника как действующего, так и уволенного со службы, определяется с учетом положений ч.2 ст.1 Федерального закона от 19.07.2011 № 247.

Впоследствии Федеральным законом от 4 ноября 2014 г. N 342-ФЗ редакция статьи 6 была изменена указанием на то, что сотрудникам и лицам, уволенным с военной службы в органах внутренних дел, принятым на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях до 1 марта 2005 г., и совместно проживающим с ними членам их семей предоставляются жилые помещения жилищного фонда Российской Федерации по договору социального найма с последующей передачей этих помещений в муниципальную собственность.

При этом состав членов семьи сотрудника, гражданина РФ, указанных в настоящей части, определяется в соответствии с Жилищным кодексом РФ.

Частью 2 статьи 6 предусмотрено, что лицам, указанным в части 1 настоящей статьи, по их желанию может быть предоставлена единовременная социальная выплата в соответствии со статьей 4 настоящего Федерального закона с одновременным снятием их с учета в качестве нуждающихся в жилых помещениях.

Указанный выше Федеральный закон вступил в силу с 16 ноября 2014 г.

Таким образом, федеральным законодателем посредством издания Федерального закона от 4 ноября 2014 г. N 342-ФЗ сделаны исключения из установленного Федеральным законом № 247 специального критерия отнесения того или иного лица к членам семьи сотрудника органа внутренних дел – в отношении лиц, принятых на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях до 1 марта 2005 г., состав членов семьи сотрудника (гражданина, уволенного со службы) определяется в соответствии с Жилищным кодексом РФ.

Примером правильного разрешения спора сотрудника, уволенного со службы в органах внутренних дел, возникшего до внесения изменений Федеральным законом от 4 ноября 2014 г. N 342-ФЗ в Федеральный закон № 247, является следующее дело.

Гагина О.В. обратилась в суд с иском к УМВД по Калининградской области, в котором оспаривала законность отказа в принятии ее и членов ее семьи на учет нуждающихся в жилом помещении для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилья, указывая, что в период службы в органах внутренних дел с декабря 1992 г. она и члены ее семьи (супруг и двое в то время несовершеннолетних детей) приняты на учете в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий. 18 июля 1997 г. она уволена на пенсию по выслуге лет с сохранением учета в общем списке нуждающихся в улучшении жилищных условий. В 2014 г. она обратилась к ответчику с заявлением о принятии ее и членов ее семьи (она, бывший супруг, двое детей и трое внуков) на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилья, в чем ей было отказано со ссылкой на то, что указанные лица членами ее семьи не являются, а она одна обеспечена жильем свыше установленных норм.

Проверяя законность и обоснованность принятого ответчиком решения, суд исходил из того, что правовых оснований для принятия истицы на учет для выплаты единовременной денежной выплаты на приобретение и строительство жилья не имеется, поскольку действующее законодательство не позволяет отнести совестно проживающих с истицей ее бывшего супруга, взрослых детей и внуков к членам семьи сотрудника внутренних дел для целей применения специального закона.

Вопреки утверждениям истицы, для разрешения вопроса о праве сотрудника органа внутренних дел состоять на учете, в том числе и для получения единовременной социальной выплаты, а равно и определения его нуждаемости с учетом членов семьи такого сотрудника, применяются специальные нормы названного закона (в редакции, действовавшей до 16 ноября 2014 г.), а не положения ЖК РФ, как ошибочно полагал истец.

Таким образом, в силу положений специального закона, подлежащего применению к спорным правоотношениям, бывший супруг, взрослые дети, не ставшие инвалидами до 18 лет и не обучающиеся до 23 лет в образовательных учреждениях по очной форме обучения, а равно и внуки не отнесены законом к членам семьи сотрудника органа внутренних дел, которые учитываются при определении права на социальную выплату.

Правильно не согласился суд и с требованиями истицы о признании ее родственников членами ее семьи в связи с нахождением их на ее иждивении.

По смыслу закона, лицо может быть признано находящимся на иждивении, когда оказываемая ему материальная помощь носит постоянный характер и является единственным или основным источником средств к существованию.

Характер такой помощи должен свидетельствовать о том, что истица взяла на себя заботу о содержании своих детей, внуков, а равно и бывшего супруга.

Между тем, бесспорных доказательств этому в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ истицей не представлено, тогда как из материалов дела следует, что сын истицы Д. работает <данные изъяты> на судах иностранных компаний, имеет самостоятельный доход и сам помогает матери материально, а дочь также обеспечена работой, в настоящее время находится в отпуске по уходу за ребенком, имеет троих детей и получает на них пособие по уходу за ребенком по <данные изъяты> руб. на каждого, а также взысканы <данные изъяты> на содержание троих детей. При таком положении, учитывая, что доход самой Гагиной О.В. в виде пенсии за выслугу лет составляет <данные изъяты> руб., оснований для признания детей и внуков Гагиной О.В. находящими у нее на иждивении не имеется.

Соглашаясь с законностью и обоснованностью решения, судебная коллегия указала на то, что Федеральным законом от 04.11.2014 года № 342, вступившим в действие уже после принятия оспариваемого истицей решения, были внесены изменения, определяющие, что состав членов семьи сотрудника, принятого на учет в качестве нуждающихся в жилом помещении до 1 марта 2005 г., определяется в соответствии с Жилищным кодексом РФ, в связи с чем истица не лишена возможности повторного обращения к ответчику с заявлением о принятии ее на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилья.

Что касается вопроса жилищного обеспечения иных сотрудников правоохранительных органов, то по существу он аналогичен установленному законодателем подходу к обеспечению жильем сотрудников органов внутренних дел.

Так, отношения, связанные с денежным довольствием сотрудников, имеющих специальные звания и проходящих службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органах Российской Федерации (далее — сотрудники), обеспечением жилыми помещениями, медицинским обеспечением сотрудников, граждан РФ, уволенных со службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, таможенных органах РФ (далее — учреждения и органы), членов их семей и лиц, находящихся (находившихся) на их иждивении, а также с предоставлением им иных социальных гарантий регулируются Федеральным законом от 31 декабря 2012 г. № 283-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам некоторых федеральных органов Российской Федерации».

Названным законом предусмотрено несколько способов решения жилищной проблемы сотрудника.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона от 31 декабря 2012 г. № 283-ФЗ сотрудник, имеющий общую продолжительность службы в учреждениях и органах не менее 10 лет в календарном исчислении, имеет право на единовременную социальную выплату для приобретения или строительства жилого помещения один раз за весь период государственной службы, в том числе в учреждениях и органах (далее — единовременная социальная выплата).

Статьей 5 данного Федерального закона предусмотрена возможность передачи в собственность указанным в данной норме лицам, имеющим право на единовременную социальную выплату в соответствии с частью 3 статьи 4 настоящего Федерального закона жилого помещения в собственность.

В силу статьи 6 указанного Федерального закона сотрудникам и уволенным со службы в учреждениях и органах гражданам РФ, принятым на учет в качестве нуждающихся в жилых помещениях до 1 марта 2005 г. федеральным органом исполнительной власти, в котором проходят (проходили) службу сотрудники, и совместно проживающим с ними членам их семей указанным федеральным органом исполнительной власти предоставляются жилые помещения жилищного фонда РФ по договору социального найма с последующей передачей этих помещений в муниципальную собственность.

В силу ч. 3 ст. 4 Федерального закона от 31 декабря 2012 г. № 283-ФЗ единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных соответствующему федеральному органу исполнительной власти, по решению руководителя федерального органа исполнительной власти, в котором проходят службу сотрудники, или уполномоченного им руководителя при условии, что сотрудник:

1) не является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения;

2) является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения и обеспечен общей площадью жилого помещения на одного члена семьи менее 15 квадратных метров;

3) проживает в помещении, не отвечающем установленным для жилых помещений требованиям, независимо от размеров занимаемого жилого помещения;

4) является нанимателем жилого помещения по договору социального найма или членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственником жилого помещения или членом семьи собственника жилого помещения, если в составе семьи имеется больной, страдающий тяжелой формой хронического заболевания, при которой совместное проживание с ним в одной квартире невозможно, и не имеет иного жилого помещения, занимаемого по договору социального найма либо принадлежащего на праве собственности. Перечень соответствующих заболеваний устанавливается уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти;

5) проживает в коммунальной квартире независимо от размеров занимаемого жилого помещения;

6) проживает в общежитии;

7) проживает в смежной неизолированной комнате либо в однокомнатной квартире в составе двух семей и более независимо от размеров занимаемого жилого помещения, в том числе если в состав семьи входят родители и постоянно проживающие с сотрудником и зарегистрированные по его месту жительства совершеннолетние дети, состоящие в зарегистрированном браке.

Таким образом, учетной нормой, при которой сотрудник может быть признан нуждающимся и при наличии иных условий получить право на ЕСВ, является обеспеченность сотрудника и членов его семьи жильем менее 15 кв.м на одного человека.

Частью 5 статьи 4 Федерального закона от 31 декабря 2012 г. № 283-ФЗ предусмотрено, что единовременная социальная выплата предоставляется сотруднику с учетом совместно проживающих с ним членов его семьи, к которым согласно части 2 статьи 1 Закона относятся:

1) супруга (супруг), состоящие в зарегистрированном браке с сотрудником;

2) супруга (супруг), состоявшие в зарегистрированном браке с погибшим (умершим) сотрудником на день гибели (смерти);

3) несовершеннолетние дети, дети старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях по очной форме обучения (в ред. Федерального закона от 02.07.2013 N 185-ФЗ);

4) лица, находящиеся (находившиеся) на полном содержании сотрудника (гражданина Российской Федерации, уволенного со службы в учреждениях и органах) или получающие (получавшие) от него помощь, которая является (являлась) для них постоянным и основным источником средств к существованию, а также иные лица, признанные иждивенцами в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Порядок и условия предоставления единовременной социальной выплаты определяются Правительством РФ (часть 6 статьи 4 указанного Федерального закона).

Постановлением Правительства РФ от 24 апреля 2013 г. № 369 утверждены Правила предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам, проходящим службу в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, федеральной противопожарной службе Государственной противопожарной службы, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органах Российской Федерации, которыми установлен порядок и условия предоставления единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения сотрудникам указанной выше категории.

Пунктом 4 Правил предусмотрено, что принятие сотрудника на учет для получения единовременной социальной выплаты осуществляется при наличии у сотрудника общей продолжительности службы в учреждениях и органах не менее 10 лет в календарном исчислении.

В целях постановки на учет для получения единовременной социальной выплаты сотрудник представляет в комиссию по рассмотрению вопросов предоставления единовременных социальных выплат для приобретения или строительства жилого помещения заявление, в котором указываются сведения о совместно проживающих с ним членах его семьи, а также о лицах, членом семьи которых является сотрудник в соответствии со статьями 31 и 69 Жилищного кодекса РФ, и указывается, что ранее ему во всех местах прохождения государственной службы, в том числе в учреждениях и органах, единовременные выплаты (субсидии) в целях приобретения (строительства) жилого помещения не предоставлялись. К заявлению прилагаются документы, указанные в пункте 5.

Пунктом 11 предусмотрено, что при наличии у сотрудника и (или) совместно проживающих с сотрудником членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма и (или) принадлежащих им на праве собственности, определение общей площади жилого помещения на 1 члена семьи осуществляется исходя из суммарной площади всех этих жилых помещений с учетом лиц, членом семьи которых является сотрудник в соответствии со статьями 31 и 69 Жилищного кодекса РФ, и общей площади занимаемого ими по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности жилого помещения, в котором они проживают совместно с сотрудником.

Право на получение единовременной социальной выплаты сохраняется за гражданами РФ, принятыми на учет для получения единовременной социальной выплаты в качестве сотрудников и уволенными со службы в учреждениях и органах с правом на пенсию, с учетом сохранения за ними права, указанного в пункте 19 настоящих Правил, имевшегося у них на день увольнения (пункт 14).

Пунктом 15 предусмотрены основания снятия сотрудника с учета.

Определение размера единовременной социальной выплаты предусмотрено разделом 3 Правил, пунктом 20 которого предусмотрено, что в случае наличия у сотрудника и (или) членов его семьи жилых помещений, принадлежащих им на праве собственности и (или) занимаемых ими по договорам социального найма, при расчете размера единовременной социальной выплаты из общей площади жилого помещения, определяемой с учетом положений пунктов 18 и 19 настоящих Правил, вычитается общая площадь жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма, а также принадлежащих на праве собственности сотруднику и совместно проживающим с ним членам его семьи.

На обобщение судебной практики представлено 2 дела по спорам, связанным с применением приведенного выше законодательства.

Так, по одному из дел Шиховым С.А. — сотрудником ГУ МЧС России по Калининградской области с выслугой лет более 21 года, заявлен иск об оспаривании решения комиссии ГУ МЧС России по Калининградской области по рассмотрению вопросов предоставления сотрудникам федеральной противопожарной службы государственной противопожарной службы единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения от 28 февраля 2014 г., которым он был принят на учёт сотрудников для получения единовременной социальной выплаты с составом семьи 4 человека (истец, жена, сын, дочь), но с указанием на обеспеченность общей площадью жилого помещения на одного члена семьи <данные изъяты> кв.м, учитываемой в течение 5-ти лет с момента ухудшения жилищных условий. С этим истец был не согласен, полагая, что комиссией безосновательно учтены действия его семьи, связанные с вселением в предоставленное в 2012 г. служебное жилье, в качестве намеренного ухудшения жилищных условий с целью получения выплаты.

Из материалов дела следует, что 28 февраля 2014 г. комиссией на основании рапорта Шихова С.А. он принят на учёт сотрудников (граждан) для получения единовременной социальной выплаты с 02.12.2013 г. с учётом обеспеченности общей площадью жилого помещения на одного члена семьи <данные изъяты> кв.м, учитываемой в течение пяти лет с момента ухудшения жилищных условий.

Основанием для принятия такого решения жилищной комиссии послужили следующие обстоятельства: ранее Шихов С.А. и его несовершеннолетние дети были зарегистрированы по месту жительства в муниципальной квартире общей площадью <данные изъяты> кв.м по адресу: <адрес>, где также проживали отец и мать истца, и на каждого из проживающих приходилось по <данные изъяты> кв.м жилой площади и <данные изъяты> кв.м общей площади жилого помещения.

Жена истца была постоянно зарегистрирована в квартире своих родителей по адресу: <адрес>, где на каждого из проживающих приходилось по <данные изъяты> кв.м. общей площади жилого помещения. Данная квартира была приватизирована родителями жены с её согласия в 2005 г., от участия в приватизации она отказалась.

В сентябре 2012 г. истец и члены его семьи выселились из названных жилых помещений, со снятием с регистрационного учета, поскольку Шихову С.А. было предоставлено служебное жилье — квартира общей площадью <данные изъяты> кв.м, по адресу: <адрес>, куда в 2012 г. вселились и зарегистрировались Шихов С.А. и все члены его семьи. Квартира по адресу: <адрес>, передана в собственность матери истца по договору приватизации от 14.03.2013 г.

В связи с указанными обстоятельствами жилищная комиссия посчитала, что истец сознательно ухудшил жилищные условия, поскольку он и дети могли бы претендовать на приватизацию квартиры родителей в долях, на которые бы пришлось <данные изъяты> кв.м площади квартиры, а супруга истца отказалась от права постоянного пользования жилым помещением – квартирой ее родителей, где была обеспечена свыше учетной нормы (<данные изъяты> кв.м).

При определении обеспеченности жилыми помещениями, жилищная комиссия ГУ МЧС посчитала обеспеченность истца и членов его семьи по месту их регистрации и проживания до предоставления служебного жилого помещения, суммировав площадь, приходившуюся на жену истца в квартире её родителей и на самого истца и его детей в квартире его родителей, что составило <данные изъяты> кв.м (<данные изъяты> + <данные изъяты>), или <данные изъяты> кв.м на одного члена семьи.

Частично удовлетворяя иск Шихова С.А., суд первой инстанции признал, что действия истца и членов его семьи по вселению в служебную квартиру и регистрации в ней произведены с соблюдением закона и не могут быть признаны действием по намеренному ухудшению жилищных условий, поскольку квартира родителей истца являлась муниципальной, их жилищные права в данной квартире были связаны лишь с фактическим проживанием в этом жилом помещении.

Учел суд и то, что предоставление истцу служебного жилого помещения на состав семьи 4 человека не могло являться основанием для прекращения у Г. права постоянного бессрочного пользования жилым помещением по <адрес>, в котором остались проживать её родители – собственники названной квартиры, указав, что снявшись с регистрационного учета в квартире, в которой имела право бессрочного проживания, самостоятельно отказалась от права пользования данным жилым помещением, то есть совершила действия, повлекшие ухудшение её жилищных условий с намерением приобретения её супругом Шиховым С.А. права состоять на учете на получение единовременной социальной выплаты на состав семьи 4 человека, включая Г., не обеспеченных вообще жилой площадью.

Судебная коллегия, полагая верным вывод суда о необходимости учитывать обеспеченность жильем истца и его семьи по месту жительства его супруги, не согласилась с обоснованностью решения в части исключения из расчета обеспеченности семьи истца жильем по прежнему месту жительства в квартире родителей Шихова С.А. по <адрес>.

Сославшись на п. 11 Правилам предоставления единовременной социальной выплаты указанным категориям сотрудников, предусматривающий порядок определения общей площади жилого помещения на 1 члена семьи, исходя из суммарной площади всех этих жилых помещений, с учетом лиц, членом семьи которых является сотрудник в соответствии со статьями 31 и 69 ЖК РФ, и общей площади занимаемого ими по договору социального найма или принадлежащего им на праве собственности жилого помещения, в котором они проживают совместно с сотрудником, судебная коллегия указала, что совокупность совершенных семьей истца действий по выселению и снятию с регистрационного учета по прежнему месту жительства, которым они вправе были постоянно пользоваться, как вселенные в качестве членов семьи нанимателя квартиры по <адрес>, так и на праве постоянного бессрочного пользования в квартире по <адрес>, свидетельствует о добровольном отказе от жилищных прав.

Такие действия привели к снижению уровня обеспеченности жильем семьи истца, который определяется в соответствии с п. 11 Правил.

Учтено судом и то, что служебная квартира, в которой зарегистрированы Шихов С.А. и все члены его семьи, была предоставлена истцу в порядке исключения, временно, что следует из договора найма.

Согласно положениям п.20 Правил, в случае наличия у сотрудника и (или) членов его семьи жилых помещений, принадлежащих им на праве собственности и (или) занимаемых ими по договорам социального найма, при расчете размера единовременной социальной выплаты из общей площади жилого помещения, определяемой с учетом положений пунктов 18 и 19 настоящих Правил, вычитается общая площадь жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма, а также принадлежащих на праве собственности сотруднику и совместно проживающим с ним членам его семьи.

Таким образом, при сохранении истцом и членами его семьи прав на ранее занимаемые жилые помещения, в квартирах родителей истца и его супруги, членами семьи которых они являлись в соответствии со статьями 31 и 69 ЖК РФ, общая площадь данных помещений учитывалась бы при определении размера выплаты.

Следовательно, по смыслу закона, добровольный отказ семьи истца о своих жилищных прав, которые подлежали учету при исчислении размера единовременной социальной выплаты, не исключает необходимость принимать во внимание эти права и площадь имевшихся ранее у них жилых помещений, от которых они отказались, при определении уровня обеспеченности жильем.

Предоставленная семье истца возможность проживать в отдельной благоустроенной служебной квартире, с учетом их добровольного отказа от жилищных прав, не должна предоставлять преимущество перед другими лицами, имеющими аналогичные права на получение выплат, при решении вопроса об уровне обеспеченности жильем и исчислении размера единовременной социальной выплаты.

В этой связи, решение комиссии ГУ МЧС России по Калининградской области от 28 февраля 2014 года о постановке семьи истца на учет для получения единовременной социальной выплаты при обеспеченности общей площадью жилого помещения на одного члена семьи с учетом занимаемых ими до добровольного выселения в служебную квартиру жилых помещений, в течение пяти лет, в полной мере соответствует вышеприведенным положениям закона.

Вторым примером является дело по иску Брагина А.В. о признании незаконным бездействия Федеральной службы исполнения наказаний РФ по нерассмотрению его заявления для принятия его на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилья, возложении обязанности рассмотреть заявление.

Из материалов дела следует, что 26 ноября 2013 г. Брагин А.В. в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 24 апреля 2013 г. № 369 подал рапорт по месту службы и требуемые документы для принятия его на учет для получения единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилья. По результатам рассмотрения рапорта на заседании комиссии УФСИН России по Калининградской области принято решение о направлении рапорта и документов <данные изъяты> внутренней службы Брагина А.В. в Комиссию ФСИН России, и данные документы направлены в ФСИН России 17 декабря 2013 г.

В соответствии с положениями п. 19 Приказа ФСИН России от 29 августа 2013 г. № 496 «Об утверждении Порядка формирования и работы комиссии учреждений и органов уголовно-исполнительной системы по рассмотрению вопросов предоставления сотрудникам учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и в случаях, установленных законодательством Российской Федерации, членам их семей и гражданам РФ, уволенным со службы в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, единовременной социальной выплаты для приобретения или строительства жилого помещения» документы для получения единовременной выплаты должны быть рассмотрены Комиссией ФСИН России в течение трех месяцев с даты приема (получения) документов, отраженной в Книге учета заявлений.

Удовлетворяя иск, суд установил, что установленный названным Приказом ФСИН России срок рассмотрения документов Брагина А.В. для получения единовременной выплаты, направленных во ФСИН России 17 декабря 2013 г., не соблюден, и в связи с нерассмотрением указанного заявления Брагина А.В. ФСИН России допущено незаконное бездействие.

Вывод суда обоснован ответом ФКУ ЦГИЖБО ФСИН России от 3 апреля 2014 г., направленным Брагину А.В., из которого следует, что его документы будут рассмотрены Комиссией ФСИН России в порядке очередности в соответствии с требованиями нормативных правовых актов, без указания даты рассмотрения и без соблюдения установленных законом сроков.

Кроме того, на обобщение поступили дела по требованиям сотрудников УФСИН по Калининградской области об оспаривании решений о снятии их с учета нуждающихся.

Так, отклоняя иск Ульяновой В.В., суд исходил из того, что решение жилищно-бытовой комиссии ФКУ ИК-4 УФСИН России по Калининградской области о снятии истицы с учета нуждающихся основано на законе.

Судом установлено, что протоколом заседания № от 15 ноября 2004 г. жилищно-бытовой комиссии ФКУ ИК-4 УФСИН России по Калининградской области истица, проходящая службу в колонии, была поставлена на очередь лиц, нуждающихся в улучшении жилищных условий, составом семьи 2 человека (она и сын). Протоколом заседания жилищно-бытовой комиссии от 4 февраля 2013 г. Ульянова Е.А. снята с учета в качестве нуждающейся в жилых помещениях на основании п.п. 6 п. 1 ст. 56 ЖК РФ в связи с тем, что при постановке на учет на семью истицы из двух человек приходилось <данные изъяты> кв.м жилой площади, что превышало учетную норму 8 кв.м жилой площади на каждого члена семьи, необходимую для постановки на учет нуждающихся в жилых помещениях.

Правовых оснований к принятию истицы на учет нуждающихся не имелось.

В соответствии со ст.28 ЖК РСФСР, действовавшего на момент возникновения спорных отношений – принятия решения о постановке истицы на учет нуждающихся, и в силу ст.6 ЖК РФ, ст. 5 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса РФ» подлежащих применению к возникшему спору, граждане, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, имеют право на получение в пользование жилого помещения в домах государственного или общественного жилищного фонда в порядке, предусмотренном законодательством Союза ССР, ЖК РСФСР и другим законодательством РСФСР.

Граждане признаются нуждающимися в улучшении жилищных условий по основаниям, предусмотренным законодательством Союза ССР, ЖК РСФСР и другим законодательством РСФСР.

Основания признания граждан нуждающимися в улучшении жилищных условий были установлены положениями ст.29 ЖК РСФСР, согласно п.1 которой нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане, имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи ниже уровня, устанавливаемого Советом Министров автономной республики, исполнительным комитетом краевого, областного, Московского и Ленинградского городских Советов народных депутатов;

В силу ст.30 ЖК РСФСР учет нуждающихся в улучшении жилищных условий граждан, работающих на предприятиях, в учреждениях, организациях, имеющих жилищный фонд и ведущих жилищное строительство или принимающих долевое участие в жилищном строительстве, осуществляется по месту работы, а по их желанию — также и по месту жительства. Наравне с ними принимаются на учет граждане, оставившие работу на этих предприятиях, в учреждениях, организациях в связи с уходом на пенсию.

Порядок такого учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, а также определения очередности предоставления гражданам жилых помещений устанавливается законодательством Союза ССР, настоящим Кодексом и другим законодательством РСФСР.

Принятие на учет граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий, производилось в порядке, установленном ст.31 ЖК РСФСР.

Так, на момент подачи заявительницей в октябре 2004 г. рапорта о постановке на учет в качестве нуждающейся в улучшении жилищных условий, учетная норма была определена Постановлением областной Думы от 11 сентября 1997 г. № 64, в соответствии с которым нуждающимися в улучшении жилищных условий признавались граждане, имеющие обеспеченность жилой площадью на одного члена семьи 8 и менее квадратных метров.

Из материалов дела следует, что в указанный период времени истица была зарегистрирована в муниципальной квартире, жилой площадью <данные изъяты> кв.м, расположенной по адресу: <адрес>, нанимателем которой являлся ее отец. В указанном жилье было зарегистрировано 4 человека, т.е. на каждого проживающего приходилось по <данные изъяты> кв.м. жилой площади.

Сын истицы зарегистрирован в муниципальной квартире жилой площадью <данные изъяты> кв.м, расположенной по адресу: <данные изъяты>, где зарегистрировано 3 человека, т.е. на каждого приходилось по <данные изъяты> кв.м. Итого на семью Ульяновой Е.А. составом семьи 2 человека приходилось <данные изъяты> кв.м суммарной жилой площади занимаемых ими помещений, т.е. на одного члена семьи приходилось по <данные изъяты> кв.м.

Таким образом, по состоянию на указанный выше период 2004 г. — на момент подачи рапорта, обеспеченность Ульяновой Е.А. и членов ее семьи превышала установленную учетную норму, необходимую для решения вопроса о постановке гражданина в очередь нуждающихся в улучшении жилищных условий в соответствии с действовавшим в тот период времени законодательством, что являлось самостоятельным основанием для отказа в постановке на учет в качестве нуждающегося в улучшении жилищных условий.

Правильно судом разрешен и спор по иску Добробабина В.А., также оспаривавшего решение жилищно-бытовой комиссии ФКУ ИК-8 УФСИН России по Калининградской области.

Из материалов дела следует, что Добробабин В.А., в период прохождения службы в органах уголовно-исполнительной системы, 27 мая 2004 г. решением жилищно-бытовой комиссии УИН МЮ РФ по Калининградской области был поставлен на учет нуждающихся в улучшении жилищных условий.

15 февраля 2011 г. он был снят с учета в связи с переводом на другое место службы, а решением жилищно-бытовой комиссии ФКУ ИК-8 УФСИН России по Калининградской области от 21 марта 2011 г. принят на учет нуждающихся в жилых помещениях с 27 мая 2004 г. и включен в соответствующие списки сотрудников данного учреждения. 18 декабря 2013 г. Добробабин В.А. снят с учета нуждающихся в жилых помещениях на основании п.п.6 п.1 ст.56 ЖК РФ.

Отказывая в иске, суд обоснованно исходил из того, что на момент принятия Добробабина В.А. на учет 27 мая 2004 г. не истекло 5 лет с даты преднамеренного ухудшения им жилищных условий, что и повлекло принятие решения о снятии истца с учета нуждающихся в жилых помещениях.

Из материалов дела следует, что на момент принятия его на учет нуждающихся Добробабин В.А. был временно зарегистрирован в квартире № дома № по <адрес> жилой площадью <данные изъяты> кв.м, собственником которой являлся отец супруги истца – В. В указанном жилом помещении было зарегистрировано 7 человек, т.е. на каждого проживающего приходилось по <данные изъяты> кв.м. жилой площади, что ниже учетной нормы.

В тоже время, с 1996 г. истец на основании договора приватизации являлся собственником 1/3 доли в квартире № дома № по <адрес>, общей площадью <данные изъяты> кв.м, которую продал своей матери — Б. по договору купли-продажи от 5 декабря 2000 г.

Также из материалов дела следует, в указанной квартире истец сохранял постоянную регистрацию по месту жительства вплоть до 14 апреля 2004 г..

Установив данные обстоятельства, суд пришел к правильному выводу о том, что действия истца по продаже им доли квартиры, а также по снятию с регистрационного учета по месту жительства из указанной квартиры, в которой он был обеспечен жилой площадью более учетной нормы, и оформление временной регистрации по месту пребывания в пос. Ь. за 1,5 месяца до решения вопроса о включении его в списки нуждающихся в жилых помещениях, были направлены на создание искусственной ситуации нуждаемости в улучшении жилищных условий.

Направляя настоящую справку по результатам обобщения, судебная коллегия рекомендует судьям учитывать изложенные в ней правовые подходы при рассмотрении гражданских дел указанной категории.

Судебная коллегия по гражданским делам

Калининградского областного суда

Заказать звонок
Нажимая кнопку, вы даете согласие на обработку своих персональных данных.